← Назад к обзору

утинные истории 2017 Л

Нити судьбы и узлы из теней

– Лина, просыпайся! У нас сегодня по плану «Операция: Утренняя Овсянка», но я заменила её на «Операцию: Секретный Штаб»! – Голос Поночки ворвался в сознание Лины вместе с бесцеремонным скрипом открываемой двери.

Лина резко села на кровати, её пальцы инстинктивно сжались, и тени в углах комнаты мгновенно вздыбились, превращаясь в острые пики. Через секунду она осознала, где находится, и заставила магию отступить. Шестнадцать лет выживания в тени Магики приучили её просыпаться в полной боевой готовности.

– Поночка, – Лина потерла лицо ладонями, чувствуя, как сердце постепенно замедляет бег. – Ты когда-нибудь слышала о концепции «личного пространства»? Или о том, что будить людей до того, как солнце решит, стоит ли ему сегодня вообще вставать, — это преступление против человечности?

– Солнце уже встало! – Поночка подбежала к окну и с грохотом раздвинула тяжелые шторы. – И дядя Скрудж уже три часа как пересчитывает свои инвестиции. Хьюи составляет график на неделю, Дьюи пытается засунуть кота в пылесос... ну, или наоборот, а Луи... Луи всё еще спит, но он не в счет!

Лина сощурилась от яркого света. В этом теле, укрепленном поглощенной энергией, она чувствовала себя превосходно — никакой утренней разбитости, мышцы в тонусе, реакция взрослого бойца. Но ментально она всё еще была тем саркастичным парнем, который превыше всего ценил покой и возможность потроллить окружающих в комфортной обстановке.

– Ладно, – Лина спрыгнула с высокой кровати, её приземление было абсолютно бесшумным. – Что за «Секретный Штаб»? Если там нет бесплатного кофе и возможности легально поспать еще часок, я пас.

– О, там есть кое-что получше! – Поночка заговорщицки понизила голос. – Я хочу показать тебе свои архивы. Настоящие. Те, о которых не знает даже дядя Скрудж.

Лина замерла, делая вид, что поправляет рукав толстовки. Внутри неё Магика довольно облизнулась. «Архивы. Это шанс», — прошипела ведьма. Лина проигнорировала её, но интерес был искренним. Если Поночка знала что-то, чего не знал Скрудж, это стоило увидеть.

– Веди, – коротко бросила Лина.

Они пробирались по коридорам поместья, которые при дневном свете выглядели менее зловеще, но всё так же пафосно. По пути им попался Скрудж, который сердито спорил с кем-то по телефону, размахивая тростью.

– Нет, Гломгольд, я не буду покупать твой завод по производству резиновых утят! Это неликвид! – рявкнул он и, заметив девочек, лишь коротко кивнул. – Поночка, не забудь про тренировку в полдень. Лина, постарайся не сломать дом.

– Никаких обещаний, мистер Макдак, – отозвалась Лина с ленивой ухмылкой. – Зависит от того, насколько крепкие у вас стены.

Скрудж хмыкнул и скрылся в кабинете. Лина чувствовала, как от него исходит мощная аура уверенности и... золота. Буквально. Энергия богатства и удачи была настолько плотной, что её тени невольно съеживались в его присутствии.

Они спустились в вентиляционную шахту — Поночка двигалась по ней с грацией ниндзя, а Лина просто использовала тени, чтобы «скользить» по поверхностям, экономя силы. Вскоре они оказались в небольшом помещении, скрытом за фальшивой стеной в подвале.

Здесь всё было завалено картами, фотографиями, связанными красными нитками, и папками с досье. В центре стоял старый проектор.

– Вот оно, – торжественно объявила Поночка. – Мое исследование семьи Макдак. И не только.

Лина подошла к одной из стен. Её взгляд зацепился за раздел «Мистические угрозы». Там, среди изображений различных монстров и артефактов, было пустое место с огромным вопросительным знаком.

– Я знаю, что за нами кто-то следит, – тихо сказала Поночка, подходя к Лине. – Дядя Скрудж думает, что он победил всех своих врагов, но в воздухе что-то висит. Какая-то древняя, злая магия. Она как тень, которая ждет своего часа.

Лина почувствовала, как холодная судорога пробежала по спине. Амулет на шее начал нагреваться. Магика внутри неё затаилась, боясь выдать себя.

– И ты думаешь, что эта «тень» где-то здесь? – Лина постаралась, чтобы её голос звучал максимально скептично. – Слушай, Розовая Ленточка, у твоего дяди столько врагов, что они могли бы организовать собственный профсоюз. Может, это просто паранойя?

– Нет, – Поночка посмотрела ей прямо в глаза. – Это не паранойя. Это предчувствие. И знаешь, что самое странное? Когда ты появилась, это чувство стало сильнее. Но не потому, что ты плохая. А потому, что ты... как будто стоишь на линии фронта.

Лина отвела взгляд, рассматривая карту Дакбурга. Эта девчонка была слишком проницательной. Это начинало раздражать и одновременно пугать.

– Ты слишком много думаешь, – Лина ткнула пальцем в фотографию Гломгольда. – Глянь на этого парня. У него борода выглядит так, будто в ней живут белки-экстремисты. Вот это — настоящая загадка природы, а не твои древние тени.

Поночка хихикнула, и напряжение в комнате немного спало.

– Наверное, ты права. Но я всё равно буду следить. Кстати, Лина, а чем ты занималась в Дексбилле? Ты никогда не рассказывала о своей семье.

Лина присела на старый ящик, закинув ногу на ногу. В её голове пронеслись воспоминания о прошлой жизни — шумный мегаполис, работа в офисе, видеоигры по вечерам. И потом — шестнадцать лет кошмара в тени Магики.

– Моя семья — это... сложная тема, – Лина криво усмехнулась. – Скажем так, у моей тети очень специфическое представление о воспитании. Вместо сказок на ночь я учила, как вызывать слуг из преисподней и как правильно манипулировать людьми. Она считает, что мир — это большая доска для игры в монополию, где все остальные — просто фишки.

– Звучит ужасно, – Поночка присела рядом. – Ты поэтому ушла?

– Я не ушла. Я на «длинном поводке», – Лина посмотрела на свои руки. – Она хочет, чтобы я принесла ей кое-что важное. И если я этого не сделаю... ну, скажем так, у неё очень плохой характер.

– Мы поможем тебе! – Поночка вскочила, её глаза горели праведным огнем. – Если твоя тетя — злодейка, мы её победим! Дядя Скрудж обожает побеждать злодеев, особенно если они пытаются что-то украсть.

– Поаккуратнее с обещаниями, – Лина встала и направилась к выходу. – Иногда злодеи — это не те, кого можно просто ударить тростью. Ладно, пошли отсюда. У меня от этого подвала начинается аллергия на секреты.

Весь оставшийся день Лина провела как на иголках. Она тренировалась вместе с детьми во дворе — Скрудж заставил их проходить полосу препятствий. Лина показывала результаты, которые заставляли старого селезня удивленно протирать очки. Её сила, скорость и выносливость были на уровне элитного спецназовца, что выглядело странно для подростка.

– Откуда у тебя такая подготовка, девчонка? – спросил Скрудж, когда Лина закончила полосу за рекордное время, даже не запыхавшись.

– Жизнь в плохих районах, мистер Макдак, – бросила она, вытирая пот со лба. – Если ты не умеешь бегать быстрее, чем летит пуля или магический разряд, ты долго не протянешь.

– Хм, резонно, – Скрудж постучал тростью по земле. – У тебя есть потенциал. Но в тебе слишком много гнева. Это делает тебя предсказуемой.

– Гнев — отличный двигатель, – парировала Лина. – Он не требует дозаправки.

Вечером, когда поместье погрузилось в тишину, Лина не легла спать. Она сидела на крыше, свесив ноги над бездной. Город внизу сиял огнями.

– Ты медлишь, – голос Магики раздался прямо за её спиной.

Лина не обернулась. Она знала, что это лишь проекция, созданная амулетом.

– Я не медлю. Я вхожу в доверие. Скрудж уже считает меня «перспективной», а Поночка готова идти за мной в огонь и воду.

– Ты начинаешь сочувствовать им, – Магика подошла ближе, её теневой силуэт колыхался на ветру. – Я чувствую твой пульс, Лина. Ты наслаждаешься их обществом. Ты забываешь, что ты — лишь тень. Моя тень.

– Я ничего не забываю, – Лина резко повернулась, её глаза вспыхнули фиолетовым. – Но если вы будете давить на меня, я могу случайно «промахнуться» и выдать нас обоих. Вы ведь этого не хотите, правда?

Магика зашипела, её лицо исказилось в гримасе ярости.

– Не смей угрожать мне! Помни, кто дал тебе это тело! Кто позволил тебе существовать после того, как твой никчемный мир исчез?!

– О, я помню, – Лина встала во весь рост. Она была выше проекции Магики, и в этот момент её аура была ничуть не менее пугающей. – Вы дали мне тело, но я сделала его сильным. Вы дали мне магию, но я научилась использовать её лучше вас. Вы заперты в амулете, тётя. А я гуляю на свободе. Так кто из нас здесь главный?

Проекция Магики на мгновение задрожала, словно от помех.

– Ты заплатишь за свою дерзость, – прошептала ведьма. – Когда я вернусь, я заберу это тело себе. А твое сознание... я развею его по ветру.

– Удачи, – бросила Лина. – Но пока что я — ваш единственный шанс. Так что сидите тихо и не мешайте мне работать.

Когда проекция исчезла, Лина тяжело опустилась на черепицу. Её трясло. Противостоять Магике становилось всё труднее — ведьма восстанавливала силы, питаясь негативными эмоциями внутри поместья.

Внезапно дверь на крышу скрипнула. Лина мгновенно приняла расслабленную позу, пряча дрожь в руках.

Это был Луи. Он вышел, кутаясь в свою зеленую толстовку, и в руках у него была банка содовой.

– Не спится? – спросил он, усаживаясь неподалеку.

– Типа того, – ответила Лина. – Слишком много звезд. Они меня отвлекают.

– Понимаю, – Луи отпил из банки. – Знаешь, Лина, я долго наблюдал за тобой сегодня. Ты очень хорошо притворяешься, что тебе всё равно. Но на самом деле ты напугана до смерти.

Лина замерла. Из всех племянников Луи казался ей самым безобидным и ленивым. Но она забыла, что он — мастер манипуляций и чтения людей.

– С чего ты взял? – спросила она, не глядя на него.

– У тебя взгляд человека, который ждет удара в спину каждую секунду, – Луи пожал плечами. – У нас в семье все такие, в каком-то смысле. Но ты... ты как будто ждешь этого удара от самой себя.

Лина промолчала. Она не знала, что ответить. Этот маленький селезень в зеленом худи только что попал в самую точку.

– Если тебе нужны деньги или способ свалить из города — скажи мне, – добавил Луи, вставая. – Я знаю пару парней, которые могут сделать документы. Но если ты решишь остаться... просто знай, что Поночка уже внесла тебя в список «Семья». А из этого списка у нас выход только через приключения или очень долгие объяснения с дядей Скруджем.

– Спасибо, Луи, – тихо сказала Лина. – Я учту.

Когда он ушел, Лина еще долго сидела в одиночестве. Она понимала, что время игр заканчивается. Магика требовала действий, Поночка требовала искренности, а Скрудж... Скрудж просто был Скруджем.

Она посмотрела на свою тень. Та медленно шевелилась, словно живое существо, отдельное от неё.

– Ну что, – прошептала Лина. – Посмотрим, смогу ли я переиграть их всех.

Она щелкнула пальцами, и маленькая теневая фигурка, похожая на кошку, появилась у её ног. Она потерлась о руку Лины, издавая странный, вибрирующий звук.

– Иди, – приказала Лина. – Проверь Хранилище. Но не приближайся к защитным кругам. Мне нужно знать, что там внутри, кроме золота.

Тень скользнула вниз по стене и растворилась в ночи. Лина знала: она играет с огнем. Но в этом теле, в этом мире, огонь был единственным, что заставляло её чувствовать себя по-настоящему живой.

Она спрыгнула с крыши прямо на балкон своей комнаты, мягко перекатившись при приземлении. Завтра будет новый день. И завтра она должна будет сделать выбор, который определит, останется ли она человеком или окончательно превратится в инструмент зла.

– Посмотрим, кто из нас в итоге окажется чьей тенью, – повторила она свою любимую фразу, засыпая.

А в это время в подвале, в секретном штабе Поночки, одна из красных ниточек на карте внезапно натянулась и лопнула. Поночка, которая тайно вернулась туда, чтобы проверить свои записи, нахмурилась.

– Что-то начинается, – прошептала она, глядя на пустую рамку, где скоро должно было появиться фото Лины. – И я надеюсь, Лина, что ты на нашей стороне.

Тьма в углу штаба на мгновение сгустилась, словно в ответ на её слова, но тут же рассеялась под светом фонарика. Дакбург засыпал, но тени только начинали свою работу.