В Не Зарти
Кофе, вежливость и кошачьи лапки
Утро в питерской квартире началось не с лучей солнца, пробивающихся сквозь пыльные шторы, а с едва уловимого шороха и металлического лязга на кухне. Саня, свернувшаяся калачиком на самом краю своей кровати, резко открыла глаза. Анемия всегда делала её сон чутким, а присутствие в доме пяти иномирцев и вовсе превратило её в параноика.
Она осторожно повернула голову. Рядом, мирно посапывая, спала Зейна. Её каштановые волосы разметались по подушке, а лицо выражало такое спокойствие, будто она находилась в родных покоях, а не в хрущевке на окраине северной столицы. Саня, стараясь не шуметь, перелезла через девушку, едва не запутавшись в одеяле, и на цыпочках вышла в коридор.
Источник шума обнаружился на кухне. За столом, идеально прямой и собранный, сидел Клавдий. В его руках была маленькая фарфоровая чашка, от которой шел пар, а взгляд был устремлен в окно, где в предрассветных сумерках просыпался город.
– Ты что, блять, тут делаешь? – прошептала Саня, прислонившись к дверному косяку. – Сейчас пять мать вашу утра!
Клавдий даже не вздрогнул. Он медленно повернул голову, и в тусклом свете уличных фонарей его белые волосы казались серебряными.
– Во-первых, с добрым утром, – спокойно ответил он, сделав глоток. – Во-вторых, не выражайся, это не красит даму. А в-третьих... можно мне в следующую ночь спать как можно дальше от Хёрли?
Саня моргнула, пытаясь осознать услышанное. Она подошла ближе, прищурившись.
– Ничего не знаю про перестановку мест, но у меня есть один вопрос... Как ты сделал кофе?!
Клавдий посмотрел на неё своим фирменным ледяным взглядом, в котором, впрочем, промелькнула искра гордости.
– Я нашёл инструкцию к этому механизму, – он кивнул в сторону кофемашины. – Изучил алгоритм, последовательность действий и осуществил запуск. Вот и всё.
– Охренеть, – Саня выдохнула и потерла лицо ладонями. – Ладно, прогресс налицо. Я сейчас умоюсь и приду.
Через десять минут она вернулась на кухню, уже более бодрая после ледяной воды. Клавдий всё так же сидел у окна, но теперь в его позе было чуть меньше напряжения.
– Ну, как спала? – неожиданно спросил он.
Саня замерла с рукой на дверце шкафчика. Она ожидала лекций о дисциплине или жалоб на неудобный диван, но никак не простого человеческого вопроса.
– На удивление хорошо, – призналась она, доставая свою любимую кружку. – Я даже выспалась, как видишь. Зейна такая... теплая, что ли. Рядом с ней спокойно. Я даже смогла уснуть без света.
Клавдий приподнял бровь, и в его глазах отразилось искреннее недоумение.
– А ты что, спишь со светом?
Саня почувствовала, как щеки начинают гореть. Она не хотела признаваться, но под пристальным взглядом Капитана ложь казалась бессмысленной.
– Ну... не думай ничего такого, но... да, – она быстро отвернулась к столешнице. – Мне шестнадцать, и я до чертиков боюсь темноты! Доволен?
– Ясно, – коротко ответил Клавдий.
Саня украдкой взглянула на него и заметила, как уголки его губ едва заметно дрогнули. Это не была насмешка, скорее... тень понимания?
– А ты как? – решила сменить тему она. – Вообще, как спится на диване? И как ночь прошла? Спокойно?
Клавдий тяжело выдохнул, и его лицо снова приняло выражение ледяного раздражения.
– Меня всю ночь в спину пинал Хёрли. Складывалось ощущение, что он либо бежал марафон, либо пытался забить решающий гол в воображаемые ворота. Пока остальные спали сном праведников, я отражал атаки его коленей.
Саня не сдержалась и прыснула, представив эту картину.
– Герой, – усмехнулась она. – Слушай, помоги чашку достать с верхней полки, пожалуйста.
Клавдий молча поднялся, легко достал кружку и протянул её Сане. Заметив, что она достает молоко, он спросил:
– Ты тоже будешь кофе?
– Нет, я какао сделаю, – Саня поморщилась. – Кофе я когда-то попробовала, даже машинку эту купила в порыве энтузиазма, но он какой-то... ну, короче, горький! Не моё.
Она ловко приготовила напиток и села напротив Клавдия. Следующие полчаса прошли в странной, но почти уютной беседе. Клавдий с упоением критиковал бестактность Хёрли и отсутствие иерархии в их группе, а Саня лениво поддакивала, наслаждаясь горячим какао.
Когда кружка опустела, Клавдий посмотрел на часы на стене.
– А почему ты не собираешься на работу? – спросил он.
– А? – Саня потянулась. – А-а... ну, сегодня же суббота! К счастью, выходной. Решила расслабиться, но кое-кто не дал мне доспать до положенных десяти утра, и я проснулась в пять!
Она выразительно посмотрела на Клавдия, но тот лишь невозмутимо пожал плечами.
– Могла бы и не вставать, а заснуть снова. Это вопрос самоконтроля.
Саня встала и заглянула в холодильник, надеясь найти там хоть что-то на завтрак. Её лицо вытянулось.
– Эх... у нас опять еда закончилась! – простонала она. – Всё сожрали! Эти люди — саранча в человеческом обличье.
Клавдий кивнул, подтверждая её опасения.
– Да, пока ты вчера не видела, Хёрли положил себе ещё три порции плова, пока ты разливала всем чай. Я хотел сделать замечание, но решил, что это бесполезно.
Саня захлопнула холодильник и решительно посмотрела на Капитана.
– Так, план такой: идем в магазин. Прямо сейчас, пока город не проснулся окончательно. Пойдешь со мной?
Клавдий согласился, хотя в его глазах читалось легкое опасение перед внешним миром.
– Только помни, – Саня подняла палец вверх, – никакой магии! Даже если на тебя нападет стая голубей.
Она вытащила из кладовки старую куртку своего старшего брата — плотную, темно-синюю, которая была Клавдию почти впору, и выдала ему ботинки. Сама же натянула свою ветровку и любимые красные кеды.
Открыв входную дверь, Саня картинным жестом пригласила Клавдия выйти первым.
– Давай, все геи вперед! – весело бросила она, сияя улыбкой.
Клавдий замер на пороге, раздраженно посмотрел на неё, явно не понимая значения слова, но чувствуя подвох. Он лишь что-то глухо прорычал себе под нос и вышел в подъезд.
Дорога до «Дикси» была тихой. Утренний Питер был свеж и почти пуст. В магазине они взяли еще больше фарша и риса — Саня поняла, что плов — это единственное, что может насытить эту компанию. Проходя мимо отдела со сладостями, Саня заметила, как Клавдий замер перед полкой. Его взгляд был прикован к упаковке маршмеллоу, сделанных в виде розовых кошачьих лапок.
– Что, хочешь? – спросила Саня, подходя ближе.
Клавдий мгновенно принял свой самый официальный вид и отвел взгляд.
– Нет. Это выглядит крайне нерационально и по-детски.
Саня хмыкнула и, не говоря ни слова, закинула две пачки в корзину. Клавдий промолчал, но она видела, как он проводил их взглядом.
На обратном пути пакеты были тяжелыми.
– Дай сюда, – Саня протянула руку к пакету, который нес Клавдий.
Он послушно передал его. Саня запустила внутрь руку, выудила пачку маршмеллоу, вскрыла её и протянула одну «лапку» Клавдию.
– На, пробуй. Это не яд, обещаю.
Клавдий сначала отрицательно мотнул головой, но аромат ванили и сахара сделал свое дело. Он осторожно взял сладость, положил в рот и замер.
– Спасибо... – тихо произнес он спустя мгновение, и его лицо на секунду смягчилось.
Саня довольно улыбнулась. Они уже подходили к дому, когда у лавочки их перехватила всё та же тетя Валя. Бабушка выглядела так, будто и не уходила со своего поста с вечера.
– Саня! – крикнула она, указывая на Клавдия. – Это тот самый твой друг, у которого двенадцать ног?!
Саня почувствовала, как внутри всё сжимается. Она нервно улыбнулась, пытаясь придумать оправдание.
– Э-э-э... ну-у... да, теть Валь... он просто... ну...
Но тут вперед вышел Клавдий. Он приложил руку к груди и слегка склонил голову в идеальном, почтительном поклоне.
– Доброе утро, сударыня, – его голос звучал бархатно и невероятно вежливо. – Прошу прощения за шум, который мы могли причинить вам вчера. Мы были крайне некорректны в своем поведении. Обещаю, что впредь мы будем соблюдать тишину, достойную вашего прекрасного района.
Тетя Валя замерла с открытым ртом. Её суровое лицо медленно расплылось в благостной улыбке.
– Ой, милок... Ну надо же, какой обходительный! Ладно, прощаю, чего уж там. Санечка, береги парня, такого сейчас не найдешь!
Саня, находясь в полном шоке, схватила Клавдия за рукав и буквально затащила в подъезд. Только когда лифт закрылся, она смогла выдохнуть.
– Ты как это сделал?! – воскликнула она, глядя на него снизу вверх.
– Что именно? – непонимающе спросил Клавдий.
– Ты эту бабку утихомирил! Если кто-то начинает перед ней извиняться или оправдываться, она обычно его словесно на расстрел пускает! Она же гроза всего квартала!
Клавдий просто пожал плечами.
– Дисциплина и вежливость — залог успеха в любом обществе. Даже в таком... специфическом.
Когда они вернулись в квартиру, там уже вовсю кипела жизнь. Хёрли пытался жонглировать яблоками, Арт читал какую-то книгу, найденную на полке, а Дубомир и Зарт спорили о чем-то на кухне.
Саня, не раздеваясь, прошла в спальню. Зейна всё еще спала, уютно зарывшись в подушки. Саня тихонько тронула её за плечо.
– Эй, спящая красавица, вставай. Завтрак приехал.
Зейна что-то пробормотала и открыла глаза, улыбаясь Сане.
В это время на кухне Клавдий уже занял свое место. Он раздал всем по йогурту, купленному Саней, и, прежде чем кто-то успел начать есть, постучал ложкой по столу.
– Итак, господа, – начал он своим лекционным тоном. – Пока наш гостеприимный хозяин отдыхает, я составил график дежурств по уборке и правила поведения в общественном месте...
Хёрли застонал и уткнулся лбом в стол, но Саня, стоявшая в дверях, лишь довольно ухмыльнулась. Кажется, этот день обещал быть чуть более организованным, чем вчерашний хаос. Или, по крайней мере, она на это очень надеялась.