В Не Зарти
Армейская дисциплина и чай с бергамотом
– Послушайте, это не точно, но, кажется, он теперь будет заглядывать к нам частенько, – Саня устало привалилась к косяку, глядя на то, как правители Зартии приходят в себя после визита её брата.
– Я совершенно не против, – отозвался Дубомир, поправляя на голове свой золотой ободок с рожками. – Твой брат... он очень сильный и прямой человек. От него пахнет лесом и металлом. Это внушает доверие.
– Согласна, – кивнула Зейна, всё еще под впечатлением от того, как Дима защищал сестру. – У него доброе сердце, хоть он и пытается казаться грозным.
Хёрли лишь что-то невнятно пробурчал, потирая бок, куда его ночью случайно «приложил» Дима, а Клавдий хранил ледяное молчание, старательно отчищая невидимую пылинку со своей футболки.
Прошло всего несколько дней. Саня начала привыкать к тому, что её квартира превратилась в филиал сказочного посольства. Она даже научила Арта пользоваться чайником, а Зарта — не пытаться кормить микроволновку металлическими ложками. Но идиллия, как обычно, длилась недолго.
Утро началось с того, что входная дверь внезапно открылась своим ключом. Саня, которая только что вышла из ванной с полотенцем на голове, замерла, увидев на пороге Диму. Он стоял, сияя широкой улыбкой, с огромным пакетом продуктов в руках.
– Дима?! – Саня чуть не выронила расческу. – Ты как зашел?! У тебя откуда ключи от моей квартиры?
– А, это? – Брат небрежно звякнул связкой. – Да я у мамы вчера был, попросил запасной комплект. Она сказала, что ей он всё равно без надобности, пока ты тут «взрослую жизнь» строишь. Привет, мелкая!
Саня почувствовала, как земля уходит из-под ног. В голове пронеслась одна-единственная мысль: «Всё, мне пиздец». Мама всегда была слишком доверчивой, когда дело касалось её «героического сына», но она и понятия не имела, какой зоопарк Саня развела в своей однушке.
Пока Саня пыталась подобрать слова, чтобы объяснить Диме, что «личные границы — это важно», из гостиной донесся звук, подозрительно напоминающий падение книжного шкафа, сопровождаемый взрывом хохота Хёрли.
– О, движуха началась! – Дима, не снимая куртки, решительно направился в сторону шума.
– Дима, стой! – Саня рванула за ним, вцепившись в его рукав. – Не ходи туда! Там... там сейчас идет важный научный эксперимент! Дим, я тебя умоляю, давай сначала чай попьем!
Но Диму было не остановить. Он отодвинул сестру одной рукой, как пушинку, и распахнул дверь в гостиную.
Картина, представшая перед его глазами, могла бы довести до инфаркта самого закаленного педагога.
Посреди комнаты стоял полный хаос. Все подушки с дивана и кресел были разбросаны по полу, образуя некое подобие баррикад. Телевизор орал на полной громкости — там шел какой-то безумный мультик про розовых пони, который Хёрли нашел случайно. Сам Хёрли, стоя на столе, пытался жонглировать пультом и тремя яблоками, заливаясь смехом.
Зарт, припав к полу, увлеченно пытался распутать провода за тумбой телевизора, бормоча что-то про «магические жилы». Зейна с криком «Зарт, отойди, тебя током шарахнет!» пыталась оттащить брата за ноги, но тот упирался.
Арт, устроившись в самом углу на горе из грязного белья, с упоением читал какую-то потрепанную книжку в мягкой обложке. Саня мельком глянула на обложку и похолодела — это был дешевый фанфик про любовь вампира и официантки, который она прятала под кроватью.
Дубомир, единственный, кто сохранял видимость спокойствия, сидел на полу и пытался прочитать инструкцию к новой настольной игре, но из-за грохота телевизора и криков Хёрли у него явно ничего не выходило.
И над всем этим возвышался Клавдий. Он стоял на единственном свободном пятачке ковра и на повышенных тонах читал лекцию о том, что хаос — это признак деградации личности, но его никто не слушал.
Дима замер на пороге. Его лицо медленно наливалось краской, а глаза сужались, превращаясь в две холодные зеленые щели. Саня сжалась за его спиной, понимая, что сейчас произойдет детонация.
Зейна первой заметила их. Она замерла, выпустив ноги брата, и прошептала:
– Это невозможно... Нам конец.
Дима сделал шаг вперед. В его груди зарождался рык, который через секунду превратился в оглушительный, командный крик, от которого в серванте зазвенел хрусталь:
– РАВНЯЙСЬ! СМИРНО!!!
Эффект был мгновенным. Хёрли от неожиданности выронил яблоки и пульт, свалившись со стола прямо в кучу подушек. Зарт ударился головой о тумбочку и замер. Арт захлопнул книгу так быстро, что едва не прищемил пальцы.
Даже Клавдий, привыкший сам отдавать приказы, на секунду вздрогнул и рефлекторно выпрямил спину, вытянувшись по швам. Все шестеро замерли в нелепой шеренге, глядя на разъяренного десантника.
Зейна, глядя на вытянувшегося в струнку Арта, который всё еще прижимал к груди любовный роман, едва сдержала истерический смешок.
– Вы что тут устроили, салаги?! – Дима прошелся перед ними, чеканя шаг. – Это что, по-вашему, жилое помещение? Это свинарник! На передовой за такой беспорядок в блиндаже я бы вас заставил зубными щетками плац подметать!
Он ткнул пальцем в сторону Хёрли.
– Ты! Почему на столе? Ты кот или человек?
– Я... я Весельчак... – пролепетал Хёрли, теряя всё свое обаяние.
– Ты бездельник! – отрезал Дима. – А ну, живо прибраться! Чтобы через пять минут здесь было чище, чем в операционной! Время пошло! Бегом, марш!
Правители Зартии, которые еще пять минут назад считали себя венценосными особами, подхватились и начали с бешеной скоростью собирать подушки и расставлять мебель. Даже Клавдий, решив, что спорить с этим человеком опаснее, чем с ледяным великаном, начал аккуратно складывать разбросанные книги.
Саня стояла в дверях, прикрыв рот ладонью.
– Слушай, Дима... – подала она голос, когда брат немного остыл. – Я, конечно, всё понимаю, но это... уже слишком. Они же гости, в конце концов.
Дима обернулся к ней. Его взгляд мгновенно смягчился, в голосе появилась нежность, предназначенная только для сестры.
– Санечка, солнце моё, – он положил руку ей на плечо. – Они не просто гости. Они в твоей квартире! Ты хотя бы раз видела, чтобы нормальные гости пол твоей комнаты вот так, вверх дном разбрасывали? Если им позволять такое сейчас, завтра они тебе люстру открутят.
– Он прав, – Зейна подошла к ним, вытирая руки о шорты. – Мы немного... увлеклись. Прости нас, Саня. И спасибо, Дима. Иногда нам нужна твердая рука.
Дима одобрительно кивнул Зейне.
– Вот, золотые слова! Ладно, раз уж я тут, пойдемте на кухню. Я там тортик принес и колбасы нормальной, а не той химии, что ты ешь.
Пока на кухне закипал чайник, в гостиной продолжалась ударная уборка. Клавдий, расставляя учебники Сани по полкам, чувствовал, как внутри него всё клокочет от негодования.
– Это было... чрезвычайно унизительно, – прошептал он Арту, который в это время старательно прятал свой фанфик под диванную подушку.
– Зато эффективно, – философски заметил Арт. – Смотри, Хёрли даже перестал хихикать. А этот Дима... у него интересная аура. Сильная.
На кухне Саня, Дима и Зейна устроились за столом. Дима вовсю хозяйничал, нарезая бутерброды такими ломтями, что их было трудно откусить.
– Саня, – Дима серьезно посмотрел на сестру, – я тут подумал. Раз у тебя столько «студентов» живет, я буду заезжать по утрам. Проверять дисциплину. А то расслабились они у тебя.
Саня чуть не подавилась чаем.
– Дима, не надо! Я сама справлюсь!
– Не обсуждается, – отрезал брат, пододвигая ей тарелку. – Ешь давай. Тебе железо нужно, а то бледная как поганка.
Зейна наблюдала за ними с легкой грустью и улыбкой. В Зартии отношения между правителями были строгими, полными этикета и долга. Увидеть такую простую, шумную и искреннюю братскую любовь было для неё в новинку.
– Знаешь, Саня, – тихо сказала Зейна, – тебе очень повезло. Иметь кого-то, кто готов прийти и навести порядок в твоем хаосе — это дар.
Саня посмотрела на брата, который в этот момент пытался объяснить Зейне, почему плов нужно есть только с чесноком, и вздохнула.
– Наверно, ты права. Хотя иногда этот «дар» хочется пристукнуть чем-нибудь тяжелым.
Из гостиной донесся подозрительный хлопок — видимо, Хёрли всё-таки нашел способ что-то сломать, даже под страхом наказания. Дима мгновенно напрягся и прислушался.
– Опять? – он медленно поднялся со стула.
– Нет, Дим, сиди! – Саня схватила его за руку. – Это... это просто окно хлопнуло! Честно!
Дима подозрительно прищурился, но сел обратно. На кухне пахло свежим хлебом, бергамотом и чем-то неуловимо домашним. И пусть в гостиной четверо правителей другого мира сейчас дрожали от каждого шороха, Саня впервые за долгое время почувствовала, что она не одна.
– Ну, – Дима поднял свою кружку, как кубок. – За дисциплину и за то, чтобы у моей мелкой сестренки всегда был полный холодильник!
– И за мир во всем мире, – добавила Зейна, чокаясь своей чашкой.
Саня улыбнулась. Приключения в Питере только начинались, и, кажется, с появлением Димы они приобрели совершенно новый, армейский масштаб. Она знала, что впереди еще много проблем — от мамы, которая может нагрянуть в любой момент, до соседей, которые рано или поздно спросят, почему из её квартиры пахнет магией и казармой. Но сейчас, глядя на довольного брата и спокойную Зейну, она просто наслаждалась моментом.
– Эй, Клавдий! Арт! – крикнула Саня в сторону двери. – Идите пить чай, пока Дима всё сам не съел!
Через минуту на кухне стало тесно. Клавдий сел с самым достойным видом, на какой был способен в футболке с шавермой, Арт загадочно улыбался, а Хёрли и Зарт старались не смотреть Диме в глаза.
Жизнь в Питере продолжалась. Странная, шумная, но определенно не скучная.