Восстание Джокера
Эхо пустоты
Лес встретил их молчанием и прохладой. После раскалённых крыш и едкого городского дыма здешний воздух, пахнущий влажной землёй, прелой листвой и хвоей, казался целительным бальзамом. Они шли, почти не разговаривая, погружённые в свои мысли. Треск веток под ногами звучал оглушительно в этой первобытной тишине, заставляя обоих то и дело вздрагивать. Город остался позади, его агония превратилась в далёкое багровое зарево на горизонте, словно незаживающая рана на теле ночи.
Вару шёл впереди, всё так же сжимая в руке кусок арматуры. Сейчас он использовал его не как оружие, а как посох, прощупывая дорогу в густеющих сумерках. Каждый шаг отдавался тупой болью в натруженных мышцах. Адреналин, гнавший их по крышам, отхлынул, оставив после себя свинцовую усталость и звенящую пустоту внутри. Он не смотрел на Феликса, но чувствовал его присутствие за спиной – тяжёлое дыхание, шаркающие шаги. Присутствие, которое ещё вчера вызывало бы у него лишь раздражение, а сегодня… сегодня было единственным якорем в этом сошедшем с ума мире.
Феликс, в свою очередь, не сводил глаз с зелёной куртки Вару. Этот яркий клочок цвета был единственным ориентиром в тёмной чаще. Он снова и снова прокручивал в голове сцену на крыше. Вару, заслонивший его собой. Рычание, полное не страха, а ярости. «Только попробуй его тронуть!». Это не укладывалось в привычную картину мира. Вару, который жил ради того, чтобы доводить его до белого каления, который находил удовольствие в слезах Зонтика и раздражении Пика, вдруг без раздумий бросился его защищать. Зачем? «Я просто не хотел, чтобы он получил то, что хочет». Ложь. Феликс чувствовал это каждой клеточкой своего уставшего тела. Это была ложь, но сейчас он не собирался её разоблачать. Он просто принял этот факт, как принял факт горящего города и своего ломика в руке, – как новую, странную реальность.
– Вот, – хрипло произнёс Вару, останавливаясь. – Кажется, пришли.
Впереди, среди деревьев, чернело что-то массивное и рукотворное. Подойдя ближе, они увидели склон небольшого холма, поросшего мхом и кустарником. Из склона торчала бетонная стена с вмонтированной в неё массивной стальной дверью, покрытой пятнами ржавчины. Рядом из земли торчала вентиляционная труба, похожая на гриб-переросток. Бункер. План Куромаку на случай чрезвычайной ситуации, который всегда казался им параноидальной шуткой.
– Куромаку… – тихо прошептал Феликс, и в его голосе прозвучала надежда. – Он должен быть здесь. Они все должны быть здесь.
Вару ничего не ответил. Он подошёл к двери и осмотрел её. Толстая сталь, никаких ручек снаружи. Лишь небольшое, забранное толстым стеклом окошко, сейчас тёмное и непроницаемое, и утопленное в стену колесо штурвала.
– Помоги, – бросил он через плечо.
Они вдвоём навалились на штурвал. Тот поддался не сразу, со скрежетом и стоном, словно потревоженный древний дух. Ржавчина осыпалась им на руки и одежду. Медленно, сантиметр за сантиметром, они проворачивали колесо. Наконец, с глухим щелчком сработал внутренний механизм. Вару толкнул дверь. Она со скрипом, от которого заложило уши, приоткрылась ровно настолько, чтобы можно было протиснуться в щель.
Изнутри пахнуло затхлостью, холодной пылью и металлом. Полная, абсолютная тишина. Ни звука. Ни голоса. Ни шагов.
– Эй! Есть кто живой? – крикнул Феликс в тёмный проём. Его голос утонул в гулкой пустоте, не вызвав никакого ответа. Надежда на его лице начала медленно угасать.
– Тихо ты, – шикнул на него Вару. – А если там не наши?
Они протиснулись внутрь и замерли, давая глазам привыкнуть к темноте. Длинный бетонный коридор уходил вглубь. На потолке через равные промежутки висели плафоны аварийного освещения, но ни один из них не горел. Единственным источником света была узкая полоска багрового неба в приоткрытой двери за их спинами.
– Никого, – констатировал Феликс. Его голос упал. – Мы опоздали. Или… они вообще сюда не дошли.
– Или они прячутся, – возразил Вару, хотя и сам в это не верил. Тишина была слишком… мёртвой. – Нужен свет.
Пошарив по карманам, он не нашёл ничего, кроме пары бесполезных фантиков. Феликс же, порывшись в своих, извлёк маленькую зажигалку – трофей, отобранный у Вару пару недель назад во время очередной ссоры из-за попытки поджечь занавески. Он молча чиркнул колёсиком. Крошечный огонёк выхватил из темноты их бледные, перепачканные лица и заплясал на влажных бетонных стенах.
– Ладно, – сказал Вару, принимая командование. В отсутствие Куромаку и Пика кто-то должен был это делать, и он, к своему удивлению, обнаружил, что эта роль ему не так уж и противна. – Осматриваемся. Искать генератор или щиток. Без света мы тут как слепые котята. Разделимся, так быстрее. Ты иди направо по этому коридору, я налево. Если что – кричи. Громко.
– Разделимся? – с сомнением переспросил Феликс. – Вару, это плохая идея. Мы не знаем, что здесь…
– А сидеть в темноте и ждать, пока нас найдёт Джокер, – идея лучше? – перебил его Вару. – У тебя зажигалка, у меня глаза привыкли к темноте. Просто осмотри ближайшие комнаты. Десять минут. Потом встречаемся здесь. Идёт?
Феликс колебался, но логика в словах Вару была. Он кивнул.
– Хорошо. Десять минут. Будь осторожен.
– Ты тоже не споткнись, Червовый, – буркнул Вару и, не дожидаясь ответа, скрылся в левом ответвлении коридора.
Его коридор оказался короче. Он привёл Вару в просторное помещение, похожее на штаб или командный центр. Вдоль стен стояли стеллажи с какими-то коробками и оборудованием. В центре – большой стол, заваленный картами и схемами. Вару подошёл к столу. Лунный свет, пробивавшийся сквозь толстое стекло гермоокна высоко под потолком, слабо освещал пыльную поверхность. Это были карты их города и прилегающих территорий. На одной из них красным маркером были обведены ключевые точки: больницы, полицейские участки, электростанции… и их дом. План Куромаку. Детальный, продуманный, педантичный. И абсолютно бесполезный теперь.
Вару провёл пальцем по одной из линий. Холодный укол вины, ставший уже привычным за последние часы, снова пронзил его. Это он. Он всё это сломал. Он превратил аккуратные схемы Куромаку в бессмысленную макулатуру. Он превратил их дом в пепел. Он…
Внезапно тишину бункера разорвал пронзительный, полный ужаса крик.
– ВАРУ!
Крик Феликса.
Всё остальное перестало существовать. Карты, чувство вины, усталость – всё исчезло. В голове осталась одна-единственная мысль: «Феликс в беде». Вару сорвался с места. Арматура в руке из посоха мгновенно превратилась в оружие. Он вылетел из штаба в главный коридор, его ботинки гулко топали по бетону. Крик донёсся справа, из того коридора, куда ушёл Феликс.
Он бежал, не разбирая дороги, почти ничего не видя в темноте. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Он не боялся. Он был в ярости. Ярости на то неизвестное, что посмело тронуть единственного, кто у него остался.
Коридор закончился открытой дверью, из которой лился тусклый жёлтый свет – видимо, от зажигалки Феликса, упавшей на пол. Вару, не сбавляя скорости, влетел в комнату.
Это был какой-то кабинет или склад медикаментов. Вдоль стен стояли металлические шкафы с красными крестами на дверцах. Посреди комнаты на полу сидел Феликс, прижавшись спиной к одному из шкафов. Его лицо было белым от ужаса, глаза расширены. А над ним, нависнув, стояла высокая тёмная фигура. Тень. Из-за скудного освещения Вару не мог разглядеть её черт, видел лишь тёмный силуэт, держащий в руке что-то похожее на дубину.
– А ну отошёл от него! – прорычал Вару, не раздумывая ни секунды.
Он с разбегу врезался в тень плечом, отталкивая её от Феликса. Фигура отлетела на пару шагов, удивлённо крякнув, и выронила свою «дубину» – оказавшуюся куском металлической трубы – с громким лязгом. Вару встал между незнакомцем и Феликсом, выставив вперёд свою арматуру, как копьё.
– Ты кто такой?! – прошипел он, тяжело дыша от бега и адреналина.
Теперь, когда фигура отошла от Феликса, свет от упавшей зажигалки падал на неё сбоку. Это был не монстр Джокера. Это был парень. Лет двадцати пяти, может, чуть старше. Короткие тёмные волосы, щетина на подбородке. Он был одет в походные штаны и тёмную толстовку с накинутым на голову капюшоном. В его глазах, сверкнувших в полумраке, читались шок, недоверие и враждебность.
– Это вы кто? – голос незнакомца был напряжённым и хриплым. Он медленно поднял руки, показывая, что не собирается нападать, но всё его тело было натянуто, как струна. – Посланники Джокера?! Я так и знал! Знал, что он и сюда доберётся!
– Н-нет! – голос Феликса за спиной Вару дрожал, но он пытался говорить твёрдо. Он медленно поднимался на ноги, опираясь на шкаф. – Мы… мы наоборот, против него!
Парень недоверчиво прищурился.
– Да? – Он окинул их оценивающим взглядом. Зелёные волосы, очки-спирали, импровизированное копьё из арматуры. Рядом – блондин в перепачканной жёлтой футболке со смайликом, сжимающий в руке ломик. Они не были похожи на безумных созданий Джокера. Скорее на пару отчаявшихся беженцев.
– Ага, – подтвердил Вару, не опуская оружия. – А ты всё-таки кто? И почему нападаешь на всех подряд?
Парень медленно опустил руки. Напряжение в его позе немного спало.
– Я Артём, – сказал он. – И я не нападал. Я услышал, как открывается главная дверь, и затаился. Потом услышал шаги. Этот, – он кивнул на Феликса, – зашёл сюда, чиркнул зажигалкой прямо мне в лицо, от неожиданности заорал и попятился, споткнувшись о ящик. Я просто подошёл посмотреть, что с ним. А тут влетаешь ты.
Вару перевёл взгляд на Феликса. Тот виновато покраснел.
– Он прав, – пробормотал Феликс. – Я испугался тени и… закричал. Прости.
Вару медленно опустил арматуру. Ситуация была до смешного нелепой. Он почувствовал, как по его спине катится капля холодного пота. Ярость схлынула, оставив после себя гулкую пустоту.
– Ладно, – проворчал он. – Проехали. Значит, Артём. И что ты тут делаешь?
– То же, что и вы, видимо. Выживаю, – Артём подобрал с пола свою трубу, но уже не сжимал её, как оружие. – После того, как этот фиолетовый псих начал рушить город, я вспомнил про это место. Мой дед служил здесь когда-то. Я решил, что это самый безопасный вариант. Вот, обосновался. Добываю пищу, оружие, пытаюсь наладить связь… пока безуспешно.
Он говорил спокойно, деловито. В его голосе чувствовалась усталость, но не отчаяние. Он был бойцом. Одиночкой, приспособившимся к новым реалиям.
Вару переглянулся с Феликсом. В глазах четвёртого клона он прочёл то же, о чём подумал сам. В этом аду любой союзник был на вес золота. Особенно такой, который знает это место.
– Раз так, – сказал Вару, принимая решение, – то мы можем стать напарниками. Втроём шансов больше, чем вдвоём. Или в одиночку.
Артём на мгновение задумался, изучая их. Затем его губы тронула слабая, усталая улыбка.
– Конечно. Я уж думал, совсем один тут куковать буду.
Он шагнул к Феликсу и протянул ему руку.
– Прости, что напугал, – сказал он уже более мягким тоном.
Феликс пожал его руку.
– Ничего страшного. Я сам виноват.
Артём помог ему окончательно выпрямиться.
– А у тебя есть какие-нибудь оружия? – спросил Феликс, с надеждой глядя на него. – Кроме трубы. Наш арсенал, сам видишь, не очень впечатляет.
– Пару есть, – кивнул Артём. – Нашёл тут оружейный шкаф. Старые пистолеты, немного патронов. Думал, на случай мародёров. Но против тварей Джокера… не знаю, сработает ли. В любом случае, могу вам одолжить.
– Ага, – вставил Вару, подходя ближе. Он всё ещё не доверял незнакомцу полностью, но выбора не было. – Кстати, ты никого не видел тут? Из наших. Ну… другие клоны. С фиолетовыми волосами, с серыми, в красной толстовке…
Артём покачал головой.
– Не-а, я тут один был с самого начала. Вы первые, кого я встретил. А вы разве не знаете…
Он замолчал, и его лицо помрачнело.
– Не знаем что? – с тревогой спросил Феликс.
Артём вздохнул и провёл рукой по лицу. Он выглядел так, словно собирался сообщить ужасную новость.
– Я был на крыше, когда всё началось по-настоящему. Не просто разрушения, а… магия. Небо над центром города будто треснуло, как стекло. И из этих разломов посыпались гигантские игральные карты. Они не падали. Они кружились над улицами, над домами. А потом… они начали затягивать в себя людей.
Он говорил тихо, глядя куда-то в стену, словно снова видел эту картину перед глазами.
– Люди кричали, пытались убежать, но эти карты, как порталы, всасывали их. Всех подряд. Я видел, как целая площадь опустела за минуту. Джокер… он не убивал их. Он отправил всех людей, ну, почти всех, в карточный мир.
– В карточный мир? – переспросил Феликс шёпотом.
– Да. Я слышал его голос. Он гремел над всем городом, как гром. Говорил что-то вроде: «Не волнуйтесь, овечки! В моём королевстве вам будет уютно и безопасно! Вы станете моими подданными, частью моей великой колоды!». Он считает, что спас их. Что там они в некой безопасности. Но выбраться в реальный мир, к сожалению, пока никто не может.
В кабинете повисла тяжёлая тишина. Воздух стал плотным, его было трудно вдыхать. Слова Артёма обрушились на них всей своей чудовищной тяжестью.
Не убиты. Но пленены. Целый город. Их друзья. Куромаку, Пик, Данте, Габриэль… Зонтик.
Феликс пошатнулся, и ему пришлось снова опереться на шкаф. Его лицо потеряло последние краски. Надежда найти остальных в бункере, которая теплилась в нём всё это время, рассыпалась в прах. Они не просто потерялись. Они были в другом измерении. В плену у сумасшедшего.
– Чёрт, – выдохнул Вару. Его голос был глухим. Он почувствовал, как ледяной холод сковал его изнутри. Это было хуже, чем он мог себе представить. Он хотел, чтобы они «заткнулись». И Джокер исполнил его желание самым буквальным, самым извращённым способом. Он просто убрал их с доски. Всех. – Мы что… одни выжившие?
– Не факт, – ответил Артём, выводя их из оцепенения. – Кто-то ещё мог выжить. Спрятаться, как я. Убежать из города до того, как всё началось. Но я не знаю точно. Связи нет. Полная изоляция.
Феликс несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Отчаяние было огромным, всепоглощающим, но где-то под ним уже зарождалась новая, холодная решимость. Теперь у них была не просто цель «остановить Джокера». У них была цель – вернуть всех обратно.
– Ладно, – сказал он, и его голос, хоть и дрожал, обрёл твёрдость. – Мы поняли. Спасибо, что рассказал. А… у тебя нет еды? Мы ничего не ели с самого утра.
Вопрос был таким приземлённым, таким обыденным на фоне всего этого космического ужаса, что он подействовал отрезвляюще. Вару моргнул, возвращаясь в реальность. Желудок тут же свело голодным спазмом.
Артём кивнул, и на его лице снова появилось подобие улыбки.
– Есть, конечно. Консервы, сухпайки. На армейских складах этого добра навалом. Пошлите за мной. Заодно и свет включим, я знаю, где рубильник.
Он поднял с пола зажигалку Феликса, вернул её хозяину и направился к выходу из комнаты.
– Идёмте. Пора устраиваться на новом месте. Похоже, мы здесь надолго.
Вару и Феликс переглянулись. В их взглядах больше не было ни вражды, ни недоверия. Только общая боль, общая вина и общая, почти безумная цель. Не говоря ни слова, они двинулись за своим новым союзником. Три одинокие фигуры, идущие по тёмному коридору навстречу неизвестности. Эхо их шагов было единственным звуком в пустом бункере, в пустом мире. Игра в кошки-мышки закончилась. Начиналась война.