← Назад к обзору

Война Святого Грааля в Волшебном Мире

Порох, кровь и старые долги

Холодный шотландский дождь хлестал по вересковым пустошам, превращая торфяную почву в вязкую, чавкающую жижу. Густой, серый, словно овечья шерсть, туман стелился по низинам, скрывая границу между миром обычных смертных и древним анклавом британских чародеев.

Штурмовой транспорт Святой Церкви — приземистый, покрытый антидемоническими молитвами броневик, модифицированный мастерскими Атласа, — замер в полумиле от барьера, глухо урча экранированным дизельным двигателем.

Хиро спрыгнул с подножки прямо в грязь. Подошвы его тяжелых армейских ботинок коснулись земли, и тончайшая пленка праны мгновенно укрепила кожу, предотвращая скольжение. Юноша поморщился, накинул на голову капюшон своего темного пальто и брезгливо отряхнул рукав.

– Терпеть не могу здешнюю погоду, – проворчал он, поправляя кобуры Маузеров под полой. – Сырость, туман и абсолютное отсутствие вкуса во всем, начиная от климата и заканчивая архитектурой. Бабушка Цукумо была права: этот остров прогнил еще во времена Артура, а с тех пор здесь только плесень разрослась.

Рядом с ним, абсолютно не обращая внимания на хлещущие струи воды, материализовалась невысокая фигура в алой армейской шинели. Ода Нобунага сдвинула форменную фуражку на затылок, широко вдохнула сырой шотландский воздух и… оглушительно чихнула.

– Кха! Что это за мерзкая дыра, Мастер?! – возмущенно завопила Арчер, сверкая рубиновыми глазами и картинно топая сапожком по луже, отчего брызги полетели прямо на брюки Хиро. – Ни теплого саке, ни цветущей сакуры, ни даже приличного замка, который можно было бы сжечь дотла! Только унылые овцы и трава цвета дохлой жабы! Ты куда меня притащил, сопляк?!

– Прекрати орать, женщина, – с ледяным спокойствием бросил Хиро, даже не повернув головы, хотя его бровь нервно дернулась. – И перестань пачкать мне одежду. Если ты испортишь этот костюм, я вычту его стоимость из твоей доли праны на следующий бой.

Нобунага опешила, забавно надула губы и уперла руки в бока:

– Какая дерзость! Да как ты смеешь угрожать великой мне подобной мелочностью?! Я — Владыка Шестых Небес! Гроза провинции Овари! Я превращала армии в пепел одним взмахом веера! А ты трясешься над какими-то портками?!

– Это зачарованная ткань двойного плетения с вплетенными нитями из волос единорога, – отрезал Хиро, окинув Слугу уничтожающим взглядом истинного аристократа. – Она стоит больше, чем половина твоего захудалого арсенала эпохи Воюющих провинций. Так что заткнись и веди себя прилично, пока мы не пересекли защитный периметр.

– Ах ты… мелочный, невыносимый мальчишка! – зашипела Нобунага, но спорить перестала, лишь скрестила руки на груди и недовольно отвернулась, тихо бурча под нос проклятия на старояпонском.

Из броневика неторопливо выбралась Базетт. Ее строгое мужское пальто промокло за считанные секунды, но ирландка даже бровью не повела. В ее движениях сквозила собранность профессионального ликвидатора. За ее спиной без единого звука возник Кухулин. Лансер небрежно крутил в пальцах смертоносное алое копье, его звериный оскал обнажал крепкие белые зубы.

– Ну и ну, – протянул кельт, щурясь сквозь пелену дождя в сторону невидимого барьера. – Воздух здесь густой, как прокисший эль. Пахнет старой, затхлой магией. Похоже на владения какого-нибудь замшелого друида, который забыл, что эпоха богов кончилась пару тысяч лет назад.

– Не друида, Лансер, – раздался мягкий, шелестящий голос Сиэль.

Седьмой представитель Погребальной Академии стояла у открытого люка машины, методично перепроверяя механизмы «Седьмого Священного Писания». Огромный концептуальный ковчег за ее спиной тихо гудел, излучая холодную, очищающую мощь Святого Престола. Рядом с ней стояла Святая Марта, перебирая пальцами тяжелые деревянные четки. Лицо святой было умиротворенным, но железный боевой цеп на ее поясе не оставлял сомнений в методах ее пастырского служения.

– Местные волшебники называют себя «Орденом Феникса», – продолжила Сиэль, поправляя сползающие от влаги очки. – Но по сути они — отколовшаяся секта, присвоившая фрагменты древних кельтских таинств. Старик, который ими верховодит, Дамблдор, создал замкнутую экосистему. Он использует лей-линии острова, чтобы питать свою фальшивую копию системы Грааля.

Хиро подошел к невидимой черте, отделявшей вересковую пустошь от территории волшебной Британии. Он снял правую перчатку и вытянул руку вперед.

В его глазах вспыхнули изумрудные искры. Сорок основных цепей клана Фудзимия отозвались мгновенной, хирургически точной детонацией праны.

– *Trace… Structural Analysis.*

Волна сенсорного импульса сорвалась с кончиков его пальцев, вгрызаясь в невидимый купол защитных чар. В голове юноши мгновенно выстроилась трехмерная голограмма барьера. Хиро скривил губы в откровенно презрительной усмешке.

– Какое убожество, – холодно произнес он.

– Что там, Фудзимия? – нахмурилась Базетт, подходя ближе и сжимая обмотанные зачарованной лентой кулаки.

– Нагромождение костылей и архаичных заплаток, – Хиро опустил руку. – Они взяли руническую основу раннего средневековья, примитивно наложили поверх маглоотталкивающие иллюзии семнадцатого века и связали все это узлами сырой магии через фокус школьного замка. Никакой многослойной компрессии, никакой динамической смены частот. В Часовой Башне за такую халтуру первокурсника вышвырнули бы с факультета Общей Магии прямо в Темзу.

– То есть мы можем его взломать? – уточнил Кухулин, поигрывая брошенным вперед острием Гэй Болга.

– Взломать? – Хиро хмыкнул, доставая из кобуры правый Маузер. – Слишком много чести. Мы его просто прострелим. Нобунага, подсоби. Мне нужна концептуальная брешь с максимальным анти-магическим вектором.

Арчер мгновенно осклабилась, забыв про обиду:

– О-о-о! Наконец-то дело! Смотри и учись, сопляк!

Она щелкнула пальцами. В воздухе вокруг нее с металлическим лязгом материализовались шесть парящих фитильных мушкетов. Стволы старинного оружия хищно уставились в пустоту перед барьером. Черный порох внутри их казенников вспыхнул багровым пламенем шестых небес.

– Залп! – скомандовала Нобунага.

Грохот разорвал тишину пустоши. Шесть зачарованных пуль, несущих в себе концепт «Отрицания Таинств», ударили в одну точку невидимой стены. Раздался звук, похожий на треск разбивающегося бронированного стекла. Пространство дрогнуло, защитная пленка пошла паутиной трещин и лопнула, обнажая мощеную булыжником старую дорогу, ведущую сквозь холмы прямо к окраинам деревни Хогсмид.

– Вперед, – скомандовал Хиро, загоняя патрон в патронник пистолета. – И помните: мы здесь не для того, чтобы играть по их дурацким правилам. Любой, кто встанет на пути — комбатант. Пленных не брать, время не тратить.

– А парень мне определенно по душе! – хохотнул Лансер, первым срываясь в туманное марево разверзшейся бреши.

* * *

Замок Хогвартс, башня директора.

В круглом кабинете, пахнущем ладаном, старыми книгами и карамельными лимонными дольками, царила неестественная, удушливая тишина.

Альбус Дамблдор сидел за своим массивным столом, сцепив пальцы в замок. Полукруглые очки сдвинулись на кончик носа, а его обычно лукавый и ясный взгляд был затуманен тяжелыми думами. Серебряные приборы на тонких ножках, расставленные по периметру комнаты, бешено вращались, испуская струйки едкого фиолетового дыма и тонкий, пронзительный звон.

Напротив стола стояли трое.

Джеймс Поттер, глава благородного и древнейшего дома Поттер, выглядел значительно старше своих тридцати с небольшим лет. В его смоляных волосах отчетливо серебрилась ранняя седина, под глазами залегли глубокие тени, а щеки ввалились. Но хуже всего было его магическое дыхание: каждый вдох давался Джеймсу с видимым трудом, вены на его шее пульсировали лихорадочным, неестественно багровым светом.

Цена контракта со Слугой класса Берсеркер оказалась непомерно высокой.

Позади Джеймса, сгорбившись в полумраке между книжными шкафами, замер гигант. Мускулистый дикарь в звериных шкурах, от которого несло сырым мясом, кровью и первобытной яростью. Его глаза светились безумным алым пламенем, а дыхание напоминало рык раненого медведя. Беовульф — легендарный саксонский герой, обращенный Безумным Усилением в живое оружие массового поражения. Каждая секунда его присутствия в материальном мире буквально выкачивала жизненные соки из Джеймса, но гордость аристократа не позволяла ему признать эту ошибку.

Рядом с отцом стоял Годрик Поттер.

Четырнадцатилетний подросток, «Мальчик, Который Выжил», выглядел ожившей иллюстрацией к героическим балладам. Золотисто-каштановые волосы, горделивая осанка, безупречно сшитая мантия из шелка с гербом Гриффиндора и глубокий шрам в виде молнии на лбу, который мальчик демонстративно не прикрывал челкой. На его поясе висели богато украшенные ножны с мечом самого Годрика Гриффиндора — величайшей реликвией факультета.

А рядом с ним, излучая теплое, благородное золотое сияние, возвышался сам легендарный основатель.

Слуга класса Сэйбер. Годрик Гриффиндор предстал могучим витязем в сияющих стальных латах, поверх которых был наброшен алый плащ с золотой каймой. Его лицо обрамляла густая рыжевато-русая борода, а взгляд ясных серых глаз лучился праведной силой рыцаря без страха и упрека.

– Граница пробита, Альбус, – глухо произнес Джеймс, сжимая в кармане волшебную палочку. Его голос хрипел от перегрузки магических каналов. – Внешний контур на северо-западе пал за считанные мгновения. Это не Пожиратели Смерти. У них нет такой разрушительной мощи против фундаментальных чар.

– Успокойся, Джеймс, – мягко проговорил Дамблдор, хотя его рука, покоящаяся на столешнице, незаметно сжалась в кулак. – Наши сенсорные чары зафиксировали три источника колоссальной праны. Это Слуги. Ассоциация Магов и Церковь с континента все же решились на прямое вмешательство. Они прислали своих палачей.

– Палачей? – фыркнул юный Годрик, самодовольно задрав подбородок. На его губах играла дерзкая, мальчишеская улыбка. – Пусть приходят, директор! Мы сокрушили Сам-Знаешь-Кого, когда я был младенцем! А теперь со мной истинный Сэйбер — величайший воин в истории Британии! Мы с сэром Годриком сотрем этих континентальных еретиков в пыль!

Рыцарь в золотых латах положил тяжелую ладонь в латной рукавице на плечо мальчика.

– Не горячись, мой юный тезка, – голос Гриффиндора звучал подобно низкому рокоту колокола. – Храбрость — это клинок, но мудрость — это щит, который направляет удар. Я чувствую тех, кто перешагнул черту. Один из них несет в себе ярость древнего кельтского волка. Другой окутан благословением святых мучеников. Но третий…

Сэйбер нахмурился, и его благородное чело прорезали глубокие морщины.

– Что с третьим, сэр Годрик? – насторожился Дамблдор.

– От него разит черным дымом, сожженными храмами и ядом, который пожирает само естество рыцарства, – медленно ответил Гриффиндор. – Это не герой. Это бич эпох. Демоническая сущность, не знающая пощады.

Внезапно Берсеркер за спиной Джеймса глухо взрыкнул. Огромные кулаки Беовульфа сжались, когти впились в ладони до крови, а по каменному полу пошли мелкие трещины от хлынувшей из него волны сырой, неконтролируемой жажды крови.

– Гр-р-р-а-а-а!.. – вырвалось из глотки дикаря.

Джеймс покачнулся, схватившись за сердце. Лицо мага побелело, как полотно, из носа потекла тонкая струйка алой крови.

– Джеймс! – воскликнул Дамблдор, поднимаясь с кресла.

– Я… в порядке… – прохрипел Поттер-старший, упрямо вытирая кровь тыльной стороной дрожащей ладони. – Беовульф чует битву. Он хочет крови. Альбус, позволь мне пойти к границе. Я возьму отряд верных авроров Ордена. Мы перехватим нарушителей в вересковых пустошах до того, как они приблизятся к замку или Хогсмиду. Я докажу Совету попечителей, что род Поттеров способен защитить Британию без посторонней помощи!

Дамблдор долго смотрел на своего бывшего ученика. В глазах старого чародея мелькнул холодный, расчетливый огонек. Позволить Джеймсу и Берсеркеру принять первый удар? Это истощит нападавших, раскроет их козыри и позволит Сэйберу нанести решающий, победоносный удар на глазах у всего Визенгамота.

– Хорошо, мой мальчик, – кивнул Дамблдор, напустив на себя вид скорбной решимости. – Возьми Сириуса и ударный авангард. Но будь осторожен. Эти люди не знают милосердия.

– Мы покажем им силу чистой крови, – оскалился Джеймс, поворачиваясь к выходу. За ним, тяжело ступая и сотрясая каменные плиты пола, двинулся рычащий монстр.

Годрик проводил отца завистливым взглядом:

– Директор, почему мне нельзя с ним?!

– Твое время придет, Годрик, – мягко улыбнулся старик, поглаживая длинную бороду. – Герой появляется тогда, когда тьма сгущается сильнее всего. Твой триумф должен стать абсолютным.

* * *

Вересковые пустоши между Хогсмидом и границей барьера.

Дождь превратился в сплошную стену серой воды. Ветер завывал в гранитных расщелинах холмов, разнося запах прелой травы и надвигающейся грозы.

Хиро Фудзимия стоял на вершине пологого кургана, спокойно наблюдая за тем, как в полумиле впереди, прямо из воздуха, с громкими хлопками материализуются вооруженные волшебники.

Дюжина магов в тяжелых боевых мантиях с капюшонами рассредоточилась полукругом. Впереди шагал Джеймс Поттер, его палочка была наготове, источая серебристые искры. Справа от него двигался Сириус Блэк — похудевший, с диким огнем в темных глазах, готовый разорвать любого врага за семью своего лучшего друга.

А в центре их строя, возвышаясь над людьми на две головы, тяжело дышал Berserker.

– О-о-о, какая прелесть, – раздался за спиной Хиро звонкий, насмешливый голос Нобунаги. Девушка материализовалась рядом, опираясь подбородком на рукоять своего церемониального меча. – Местный комитет по встрече прибыл в полном составе! Смотри, Мастер, какой забавный волосатый дядька у них в авангарде! Он рычит прямо как голодный кабан в лесах Овари! Можно я его пристрелю? Ну пожалуйста-пожалуйста!

– Держи строй, Арчер, – холодно оборвал ее Хиро. Его пальцы привычно легли на рифленые рукояти Маузеров. – Берсеркер — Слуга высокого ранга. Даже под управлением дилетанта его физические параметры превосходят твои в ближнем бою в разы. Ты не пойдешь в лобовую атаку. Твоя задача — огневое подавление и уничтожение эскорта.

Базетт встала слева от Хиро, слегка присев и перенеся вес на правую ногу. Ее кулаки окутались плотным, почти осязаемым сиянием чистой кинетической рунической магии.

– Лансер уже зашел им во фланг, – коротко бросила ирландка. – Он ждет сигнала.

– Сестра Сиэль? – Хиро покосился на церковницу.

Сиэль стояла чуть позади, держа в каждой руке по три тонких, смертоносных Черных Ключа. Длинные серебряные лезвия торчали между ее пальцами, как стальные когти. Святая Марта замерла рядом, опустив голову в безмолвной молитве, но ее пальцы на рукояти цепа побелели от напряжения.

– Небеса готовы к суду, мастер Хиро, – ровным, лишенным эмоций тоном ответила исполнительница. – Очистим эту землю от скверны.

С противоположной стороны холма донесся громкий, усиленный чарами голос Джеймса Поттера:

– Именем Министерства Магии и Визенгамота! Вы вторглись на суверенную территорию волшебной Британии! Бросьте ваше магловское оружие и сдайтесь, или мы уничтожим вас на месте!

Хиро медленно вздохнул. В его груди не шевельнулось ничего. Ни капли детской боли, ни малейшего сочувствия к человеку, чей голос он смутно помнил по обрывкам ранних кошмаров. Перед ним стоял чужой, глупый, ослепленный гордыней мужчина, добровольно сжигающий свои жизненные силы ради призрачной славы.

– Какая высокомерная банальность, – пробормотал юноша.

Хиро сделал шаг вперед, и его собственный голос, усиленный резонансом магических цепей, зазвучал с кристальной четкостью над пустошью:

– Ты слишком много говоришь для покойника, Поттер. Твои цепи почти сгорели, резервы на исходе, а монстр на твоем поводке сожрет твою душу еще до заката. Ты пришел сюда побеждать? Ты даже собственного Слугу контролировать не способен!

Джеймс на мгновение опешил. Слова неизвестного подростка в черном полоснули по его самолюбию больнее режущего проклятия. Но еще больше мага потряс этот взгляд — ледяной, изучающий, пронзительный изумрудный взор, от которого по спине пробежал необъяснимый холодок. Где-то на самом краю сознания шевельнулось забытое, вытесненное воспоминание о разрушенной детской спальне тринадцать лет назад… но ярость заглушила этот тихий голос разума.

– Щенок! – взревел Джеймс, вскидывая палочку. – Авада… нет, Бомбарда Максима! Беовульф, разорви их!

– ГР-Р-Р-О-О-О-А-А-А-Р!

Земля содрогнулась. Берсеркер рванул вперед с такой чудовищной скоростью, что ударная волна от его первого шага разметала грязь и камни на десятки метров вокруг. Гигант преодолел разделяющее их расстояние за долю секунды, вздымая пудовые кулачищи, способные вбить человека в землю по пояс.

– Сейчас! – скомандовал Хиро.

В тот же миг из тумана справа, подобно молнии, ударило алое пламя.

– Куда разогнался, здоровяк?! – взвыл Кухулин, материализуясь в воздухе прямо над несущимся монстром.

Острие Гэй Болга со страшным скрежетом столкнулось с железными наручами Беовульфа. Вспышка багровой энергии осветила пустошь. Берсеркер зарычал от ярости, его инерция была сломлена, и два титана древности сцепились в яростной схватке, круша гранитные валуны и вспарывая землю на метры в глубину.

Тем временем дюжина авроров вскинула палочки, готовясь обрушить на оставшихся шквал смертоносных заклятий. Разноцветные лучи проклятий — алые, изумрудные, фиолетовые — сорвались с кончиков дерева.

– *Protego Maxima! Reducto! Confringo!*

Хиро даже не шелохнулся.

– Нобунага. Зачисти мусор.

– ХА-ХА-ХА! С УДОВОЛЬСТВИЕМ!

Арчер взмыла в воздух, ее алый плащ распахнулся, как крылья гигантской хищной птицы. Пространство позади нее замерцало, и в небе над пустошью материализовались не десятки — сотни фитильных мушкетов. Они зависли ровными геометрическими рядами, формируя идеальную расстрельную стену эпохи Сэнгоку.

– Трехлинейное построение Нагасино! – торжествующе прокричала Ода Нобунага, взмахивая рукой вниз. – Узрите пламя, перед которым пали боги! ОГОНЬ!

Грянул залп, затмивший раскаты грома.

Небо раскололось от непрерывного свинцового ливня. Пули, зачарованные на абсолютное уничтожение Мистических Таинств, обрушились на строй волшебников.

Щиты «Протего», которыми так гордились британские дуэлянты, лопались в первое же мгновение соприкосновения со свинцом Шестых Небес. Древняя магия основателей Хогвартса, концептуально основанная на высоком Мистицизме, под воздействием пассивного навыка Нобунаги «Tenka Fubu» становилась не защитой, а смертельной ловушкой: чем древнее и сложнее было заклинание, тем яростнее пули Арчера разрывали его на куски.

– Что это за чертовщина?! – в панике закричал Сириус Блэк, едва успев прыгнуть за гранитный валун, который тут же превратился в крошево под градом крупнокалиберного свинца. – Щиты не держат! Они пробивают все насквозь!

Крики раненых магов потонули в грохоте выстрелов. Мантии разрывало в клочья, земля вокруг превратилась в дымящееся месиво из грязи, пороховой гари и осколков камня. Авангард Ордена Феникса был смят за первые десять секунд боя.

– Трусы! Стоять насмерть! – надрывался Джеймс, лихорадочно выпуская режущие чары в парящую девушку-стрелка.

Но лучи его заклинаний даже не долетали до Нобунаги: Сиэль, двигаясь с размытой, нечеловеческой скоростью, возникла на траектории атаки. Взмах руки — и Черные Ключи перерубили магические лучи, как паутину, а затем вонзились в землю вокруг Джеймса, запечатывая его движения священным барьером Семи Узлов.

– Еретик, посмевший играть с таинством душ, – холодно произнесла Сиэль, поправляя очки. – Твое наказание — очищение.

– Джеймс, уходи! – Сириус выскочил из-за камня, направляя палочку в монахиню: – *Авада…*

Договорить он не успел.

Базетт возникла перед ним словно из ниоткуда. Никакой магии на расстоянии. Никаких взмахов палочкой. Только сокрушительный, поставленный удар кулака в солнечное сплетение, усиленный древней кельтской руной победы.

*ХРУСЬ!*

Воздух со свистом покинул легкие Блэка. Защитные амулеты на его груди взорвались искрами, не выдержав чистой физической мощи Исполнителя Ассоциации. Сириус с глухим стоном рухнул на колени, а затем повалился лицом в грязь, потеряв сознание от болевого шока.

– Минус один, – сухо констатировала Базетт, даже не сбив дыхания.

Бой приближался к кульминации.

Беовульф, осыпаемый ударами копья Кухулина, буквально истекал кровью. Лансер танцевал вокруг него, как лазурный вихрь, нанося десятки точнейших колющих выпадов. Берсеркер был могуч, но бездумная ярость делала его предсказуемым для одного из величайших воинов кельтского мифа.

– Прими это, дикарь! – гаркнул Кухулин, отпрыгивая назад и опускаясь на одно колено. Алое копье в его руках налилось зловещим, пульсирующим багровым светом, искажая само пространство вокруг острия. – Сердце насквозь… ГЭЙ БОЛГ!

Копье сорвалось с руки с оглушительным звуковым ударом.

Концепция «Причина и Следствие» была перевернута в ту же секунду. Сердце Берсеркера уже было пронзено еще до того, как копье коснулось его груди. Алый луч пробил мощный торс Беовульфа, вырвав с корнем кусок плоти и пригвоздив гиганта к скале за его спиной.

Берсеркер застыл. Алое пламя в его глазах медленно угасло. Он опустил голову, хрипло выдохнул облачко пара и начал осыпаться мириадами золотистых искр, возвращаясь в Трон Героев.

– БЕОВУЛЬФ! НЕТ! – истошно закричал Джеймс Поттер.

В тот же миг обратная отдача от гибели Слуги ударила по его собственным магическим каналам. Джеймс рухнул на колени, судорожно хватаясь за горло. Его палочка выпала из ослабевших пальцев в грязь. Кровь хлестала из его рта, заливая фамильную мантию. Он был сломлен, побежден и беспомощен.

Остатки выживших авроров, побросав палочки, в панике аппарировали прочь, оставляя своего предводителя на растерзание врагам.

Шум боя стих. Остался лишь шум непрекращающегося дождя и тихое потрескивание остывающего свинца.

Хиро медленно спустился с кургана. Его походка была размеренной, неторопливой. Каждый шаг отдавался глухим стуком тяжелых армейских подошв по камням. Он остановился в трех шагах от стоящего на коленях мужчины.

– П-почему… – прохрипел Джеймс, с трудом поднимая голову. Его зрение застилала кровавая пелена. – Кто вы такие?.. Какое право… вы имеете…

Хиро достал из кармана шелковый платок и методично вытер с затвора Маузера несколько капель дождя.

– Право сильного, Джеймс Поттер, – раздался холодный, кристально четкий голос юноши. – То самое право, которым ты и твой драгоценный директор руководствовались тринадцать лет назад, когда вышвырнули четырехлетнего ребенка на порог магловского дома, назвав его мусором и сквибом.

Джеймс замер. Его глаза расширились от дикого, неописуемого ужаса.

Он вгляделся в лицо стоящего перед ним юноши. Черные, растрепанные волосы. Высокие скулы. И эти глаза… глаза Лили. Но холодные, расчетливые, безжалостные. Глаза истинного чудовища из тех кошмаров, о которых чистокровным магам шептали древние легенды.

– Г-Гарри?.. – сорвался с разбитых губ Джеймса сиплый, едва слышный шепот. – Ты… ты жив?.. Но… как?.. Твое ядро… оно было мертво…

Хиро убрал платок в карман и медленно, с металлическим щелчком взвел курок Маузера. Дуло тяжелого пистолета опустилось, уставившись прямо в переносицу лорда Поттера.

– Мое имя — Хиро Фудзимия, – отчеканил юноша, и в его голосе не было ни капли сыновней теплоты. Только сталь, порох и абсолютное превосходство. – А Гарри Поттер умер в ту ночь, когда его отец предпочел дешевую славу второсортного героя жизни собственного первенца.

– Сын… постой… – Джеймс попытался поднять руку, но пальцы не слушались. – Ты не понимаешь… Альбус сказал… ради Общего Блага… твоя мать… Лили плакала по тебе годами…

– Заткнись, – оборвал его Хиро, и его палец слегка нажал на спусковой крючок. – Не смей осквернять имя моей семьи своими жалкими оправданиями. Моя настоящая семья воспитала из меня мага. Моя бабушка вбила в меня гордость, знание и силу, о которых вы, островные дикари с деревянными палочками, не смеете даже мечтать.

Рядом приземлилась Нобунага, с интересом разглядывая распростертого на земле аристократа.

– Эй, Мастер, – протянула Арчер, склонив голову набок. – Это и есть твой никчемный папаша? Какой убогий. Даже в эпоху Сэнго