← Назад к обзору

Воздух

Шепот ветра и пламя страсти

Возрожденный Южный Храм Воздуха встретил их прохладой высокогорья и тихим звоном колокольчиков, которые Аанг восстановил в память о своих предках. Город внизу, в долинах, только строился, но здесь, среди облаков, время словно замерло. Белый камень храма сиял в лучах заходящего солнца, отражая надежду, которую они привезли с собой.

Как только Аппа коснулся лапами площадки, началась суматоха. Сокка командовал разгрузкой, Катара и Зуко помогали детям — маленьким, испуганным, но любопытным будущим магам воздуха — освоиться в их новом доме. Тоф ворчала, что на этой высоте земля слишком «разреженная», но все же помогала создавать временные перегородки в залах.

Юми воспользовалась моментом, когда Аанг отвлекся на одного из мальчишек, который случайно поднял в воздух стопку свитков. Она незаметно выскользнула из общей толпы. Тело ныло, рана на руке, хоть и затянутая магией Катары, все еще пульсировала тупой болью, а пыль дорог, казалось, въелась в саму кожу.

Ей нужно было одиночество. Хотя бы на полчаса.

Она добралась до отведенных им покоев — просторной комнаты с огромным каменным бассейном, в который по бамбуковым трубам стекала теплая вода из термальных источников храма. Юми открыла кран, и пар мгновенно заполнил помещение, обволакивая всё вокруг влажной пеленой.

Пока вода набиралась, она медленно разделась. Одежда, пропитанная гарью и потом, упала на холодный пол бесформенной кучей. Юми подошла к большому зеркалу в массивной раме из темного дерева.

На нее смотрела незнакомка. Короткие, неровно обрезанные волосы делали ее лицо более острым, почти хищным. Фарфоровая кожа была покрыта мелкими царапинами и синяками — следами недавней битвы. Но больше всего ее пугали собственные глаза. В них больше не было того беззаботного блеска, который так любил Аанг. Там поселилась усталость человека, который видел слишком много тьмы за последние полгода.

– Кто ты теперь? – прошептала она, касаясь пальцами своего отражения. – Веселая девчонка с персиками или убийца, умеющая блокировать чи?

Она закрыла глаза и прижалась лбом к прохладному стеклу зеркала. Тяжелый вздох сорвался с ее губ. В тишине храма этот звук показался оглушительным. Юми чувствовала, как внутри нее натянутая струна, державшая ее все эти месяцы, наконец начинает ослабевать, угрожая оборваться и затопить ее слезами или криком.

Она не услышала, как дверь тихо скрипнула. Аанг вошел бесшумно, как и подобает мастеру воздуха. Он на мгновение замер в дверях, глядя на ее обнаженную спину, на хрупкие лопатки и на то, как пар мягко оседает на ее коже капельками росы.

Аанг сбросил верхнюю часть своего одеяния, оставаясь в одних штанах. Его тело за эти пять лет стало крепким, мускулистым, потеряв детскую округлость. Он подошел к крану и выключил воду — бассейн был полон.

Юми вздрогнула, но не обернулась. Она почувствовала его жар еще до того, как он коснулся ее.

Аанг подошел вплотную, обнимая ее сзади. Его сильные руки легли ей на талию, притягивая к себе, лишая малейшего пространства между ними. Его кожа была горячей, а дыхание — прерывистым.

– Я так скучал по тебе, Юми, – прошептал он ей в шею, и этот звук заставил ее вздрогнуть. – Ты даже не представляешь, сколько раз я закрывал глаза и видел этот момент.

Он зарылся лицом в ее короткие волосы, вдыхая остатки запаха дорожной пыли, которые еще не смыл пар. Его губы коснулись чувствительной кожи за ухом, спускаясь ниже, к плечу.

– Ты заставила меня поволноваться, – продолжал он хрипло, и его ладони начали медленно подниматься вверх по ее телу, очерчивая изгибы, которые он помнил наизусть. – Полгода тишины. Я думал, что потерял тебя навсегда. Что мир снова забрал у меня самое дорогое.

– Аанг... – выдохнула она, запрокидывая голову ему на плечо. Ее глаза оставались закрытыми, но теперь в них не было усталости — только нарастающее пламя. – Я должна была. Ради тебя. Ради них всех.

– Знаю, – он повернул ее в своих руках, заставляя посмотреть на себя.

Его серые глаза, обычно полные спокойствия и мудрости Аватара, сейчас горели первобытным, земным желанием. В этом взгляде не было святого или монаха — в нем был мужчина, который слишком долго ждал свою женщину.

– Но больше никогда не уходи так, – сказал он, и в его голосе проскользнула властная нотка. – Слышишь? Никогда.

Он подхватил ее под бедра, легко, словно она была сделана из воздуха. Юми инстинктивно обхватила его ногами, прижимаясь к нему всем телом. Она чувствовала его возбуждение, его силу, его отчаянную потребность в ней.

– Я здесь, Аанг, – прошептала она, запуская пальцы в его волосы. – Я вернулась.

Он впился в ее губы поцелуем — жадным, требовательным, лишающим воли. Это не было похоже на их прежние, нежные ласки. В этом поцелуе была вся боль их разлуки, весь страх потери и вся радость встречи. Аанг сделал несколько шагов назад, прижимая ее спиной к стене, облицованной теплым камнем.

Юми чувствовала, как его руки блуждают по ее телу, сминая кожу, оставляя невидимые клейма собственности. Она отвечала ему с той же неистовостью, кусая его губы, выгибаясь в его руках. Весь мир за пределами этой комнаты — бандиты, маги воздуха, Республиканский город — перестал существовать.

– Ты изменилась, – прохрипел Аанг, отрываясь от ее губ лишь на секунду, чтобы перевести дыхание. – Стала сильнее. Опаснее.

– Тебе это не нравится? – она вызывающе приподняла бровь, хотя ее дыхание сбилось.

– Это сводит меня с ума, – признался он, и его глаза на мгновение вспыхнули белым светом Аватара, отражая бурю эмоций внутри.

Он опустил ее на край каменного бассейна, где вода мягко перехлестывала через край. Теплая влага коснулась их тел, но они этого почти не заметили. Аанг опустился перед ней на колени, его руки продолжали исследовать ее, словно он пытался заново выучить карту ее тела.

– Юми... – его голос сорвался на шепот. – Я люблю тебя больше, чем саму жизнь. Больше, чем долг Аватара.

Она потянула его на себя, заставляя подняться.

– Тогда забудь о долге. Хотя бы на эту ночь. Будь просто моим.

Аанг не заставил себя ждать. Он вошел в нее одним мощным движением, заполняя ее собой, даря то чувство целостности, которого ей так не хватало все эти месяцы в лесах и пещерах. Юми вскрикнула, запрокидывая голову, и ее голос эхом отразился от сводов купальни.

Ритм их движений был подобен шторму. Аанг использовал свою магию воздуха неосознанно — потоки ветра кружили вокруг них, поднимая капли воды и превращая их в сверкающий туман. Юми чувствовала, как в ее собственных жилах закипает огонь, как искры статического электричества пробегают между их телами.

Это было безумие. Это было исцеление.

Когда пик наслаждения настиг их, Аанг прижал ее к себе так крепко, что ей показалось, будто они стали одним существом. Он выкрикнул ее имя, и этот крик был полон такого облегчения и страсти, что Юми почувствовала, как слезы все-таки брызнули из ее глаз.

Они еще долго сидели в остывающей воде бассейна, тесно прижавшись друг к другу. Пар медленно рассеивался, открывая вид на звезды, которые начали проступать в высоком небе над храмом.

– Твои волосы, – тихо сказал Аанг, проводя рукой по ее короткой стрижке. – Мне они нравятся. Ты в них похожа на воина ветра.

Юми слабо улыбнулась, прижимаясь щекой к его груди, слушая, как его сердце постепенно замедляет свой бег.

– Я просто хотела выжить, чтобы вернуться к тебе.

– Ты вернулась, – он поцеловал ее в лоб. – И теперь я тебя никуда не отпущу. Нам предстоит много работы, Юми. Эти дети... они наше будущее. Но сегодня... сегодня есть только мы.

– И персики, – сонно добавила она. – Ты обещал корзину персиков.

Аанг тихо рассмеялся, и этот звук был самым прекрасным, что она слышала за последние полгода.

– Будут тебе персики. Завтра. А сейчас — спать.

Он выбрался из воды, бережно завернул ее в пушистое полотенце и отнес на кровать. Уложив ее, он лег рядом, обнимая со спины и укрывая их обоих тяжелым одеялом из шерсти зубра.

За окном шумел ветер, гуляя в пустых коридорах Южного Храма Воздуха. Но в этой комнате было тепло и спокойно. Аватар нашел свою искру, а девушка с сумасбродством в глазах наконец нашла свой причал. И пока они были вместе, никакие культы и никакие тени прошлого не могли погасить свет, который они зажгли в эту ночь высоко над миром.