← Назад к обзору

Встреча спустя годы

Тишина и шёпот ветра

Утро воскресенья в квартире Маки Албарн началось на удивление мирно. Вчерашний хаос, вызванный явлением Блэк Стара, казался лишь ярким сном, если бы не гора пустых коробок из-под пиццы на кухонном столе. Мака открыла глаза и прислушалась: ни грохота кастрюль, ни криков о мировом господстве. Видимо, даже у «Великого» закончился запас энергии, и он наконец-то провалился в глубокий сон.

Мака тихо выбралась из постели, набросила на плечи легкий халат и босиком прокралась в гостиную. На диване, запутавшись в огромном пледе и свесив одну ногу почти до пола, храпел Блэк Стар. Цубаки, судя по закрытой двери гостевой комнаты, тоже еще отдыхала. Мака мельком глянула на кресло, где вчера устроился Соул, но оно было пустым.

Телефон в её руке завибрировал. Звонил её заместитель из издательства. Мака поморщилась, но вышла на балкон, плотно прикрыв за собой стеклянную дверь, чтобы не разбудить друзей.

– Да, слушаю, – произнесла она вполголоса, глядя на просыпающийся город. – Нет, я же сказала, что меня не будет в офисе. Мы обсуждали это в пятницу. Послушай, я полностью доверяю тебе и команде. Вы отлично справляетесь.

На том конце провода что-то взволнованно затараторили. Мака мягко улыбнулась, поправляя выбившийся локон.

– Успокойся. Скинь мне все проекты, которые требуют моего подтверждения, на почту. Завтра я всё проверю, я всё равно буду работать на удалёнке. Да, и макет новой серии тоже отправляй. Всё, до связи.

Она нажала отбой и глубоко вздохнула. Свежий утренний воздух приятно холодил кожу. Мака чувствовала странную легкость — работа, которая раньше казалась смыслом жизни, вдруг отошла на второй план, уступив место чему-то по-настоящему важному.

– Всё еще спасаешь мир, Албарн? – раздался сзади знакомый хрипловатый голос.

Мака вздрогнула и обернулась. Соул стоял в дверях балкона, прислонившись к косяку. На нем была простая черная футболка, волосы были еще более взъерошены, чем обычно, а в руке он вертел зажигалку.

– Скорее, пытаюсь убедить мир, что он может спастись без моего участия хотя бы пару дней, – ответила она, убирая телефон в карман.

Соул сделал шаг на балкон и потянулся к пачке сигарет в кармане брюк, но Мака тут же выставила ладонь вперед, сузив глаза.

– Даже не думай об этом, Эванс. Не кури при мне, я не хочу, чтобы мои волосы пахли как пепельница в «Подвале».

Соул замер, усмехнулся и убрал сигареты обратно.

– Строгая, как всегда. А я уж думал, вчерашний вечер тебя немного размягчил.

– Вчерашний вечер был исключением, – Мака подошла к перилам и встала рядом с ним. – Но сегодня я хочу дышать чистым воздухом. Ты давно проснулся?

– Около часа назад. Твой синеволосый друг во сне так активно размахивал руками, что едва не выбил мне глаз. Пришлось ретироваться на кухню.

– Прости за это, – Мака негромко рассмеялась. – Блэк Стар всегда был... экспрессивным. Даже когда спит.

Они постояли в тишине несколько минут. Между ними больше не было той неловкости, что сковывала их в аэропорту. Поцелуй на мосту словно стер годы разлуки, оставив лишь теплое чувство узнавания.

– Ты правда собираешься работать завтра из дома? – спросил Соул, глядя на горизонт.

– Да. Хочу провести больше времени с вами. Кто знает, когда вы снова решите сорваться и уехать в другой конец света.

– Я никуда не тороплюсь, Мака, – тихо произнес он, и в его голосе прозвучало нечто такое, что заставило её сердце трепетать. – На этот раз я сам решаю, когда уезжать.

Спустя пару часов квартира окончательно ожила. Блэк Стар, проснувшись, немедленно потребовал «завтрак для чемпиона», и Цубаки, как всегда терпеливая и заботливая, принялась за готовку. После шумного приема пищи было решено отправиться в центральный парк — место, которое Мака часто упоминала в своих редких письмах.

Погода была идеальной для прогулки. Солнце грело, но не обжигало, а легкий ветерок шелестел листвой вековых деревьев. Парк был полон людей: семьи с детьми, влюбленные парочки, уличные музыканты.

– Смотрите! – Блэк Стар указал на высокую статую в центре площади. – Она почти такая же величественная, как я! Но ей не хватает стиля. Цубаки, как думаешь, если я заберусь ей на голову, меня сфотографируют для местной газеты?

– Блэк Стар, пожалуйста, не надо! – Цубаки поспешила за ним, пытаясь удержать за рукав. – Нас просто выставит охрана, и Мака будет очень расстроена.

– Охрана? Ха! Я быстрее любой охраны!

Они умчались вперед: Блэк Стар — с громким хохотом, Цубаки — с виноватыми возгласами. Мака и Соул остались позади, неспешно шагая по гравийной дорожке.

– Иногда я завидую его энергии, – заметил Соул, лениво переставляя ноги. – Откуда в одном человеке столько шума?

– Это его дар и проклятие, – улыбнулась Мака. – Но без него было бы слишком тихо, тебе не кажется?

– Иногда тишина — это именно то, что нужно.

Они прошли мимо пруда, где плавали лебеди, и углубились в более тенистую часть парка, где аллеи становились уже, а толпа — реже. Блэк Стар впереди уже пытался втянуть Цубаки в какое-то сомнительное соревнование по бегу наперегонки, и они постепенно скрывались за поворотом.

Мака почувствовала, что это идеальный момент. Ей хотелось сбежать от этой суеты, хотя бы на час. Ей хотелось тишины, которую мог разделить с ней только один человек.

Она осторожно протянула руку и потянула Соула за рукав его куртки, заставляя его замедлиться. Он вопросительно посмотрел на неё, приподняв бровь. Мака приложила палец к губам и заговорщически прищурилась.

– Они не заметят, если мы сейчас тихо уйдем, – прошептала она, кивнув в сторону скрывающихся друзей. – Блэк Стар сейчас слишком занят попытками доказать, что он быстрее ветра.

– И куда ты хочешь сбежать, Албарн? – Соул ухмыльнулся, его глаза азартно блеснули. – Неужели примерная девочка решила прогулять собственную экскурсию?

– Я знаю одно место, – Мака потянула его в сторону небольшой тропинки, скрытой за густыми кустами сирени. – Оно тихое, красивое и там почти никогда нет людей. Пойдем, Соул. Пока они не обернулись.

Соул не заставил себя долго ждать. Он перехватил её ладонь, крепко сжав пальцы, и они почти бегом припустили прочь от основной аллеи. Это было похоже на школьные годы, когда они сбегали с дополнительных занятий, чтобы посидеть на крыше или зайти в старое кафе. Чувство свободы кружило голову.

Через десять минут быстрой ходьбы по петляющим тропинкам они вышли к старой заброшенной оранжерее на окраине парка. Стеклянные стены поросли диким виноградом, а внутри виднелись причудливые тени экзотических растений, которые продолжали расти сами по себе. Рядом находился небольшой каменный мостик над ручьем, скрытый плакучими ивами.

– Ого, – Соул присвистнул, оглядываясь. – Не думал, что в этом вылизанном городе есть такие места.

– Сюда мало кто доходит, – Мака присела на каменный парапет мостика. – Здесь я обычно прячусь, когда работа становится невыносимой, а телефон разрывается от звонков. Тут почти не ловит связь.

Соул сел рядом, плечом к плечу. Шум ручья успокаивал, а тень от ив создавала ощущение уединения.

– Знаешь, Мака, – начал Соул после недолгой паузы, – в Европе я часто представлял себе такие моменты. Только там я сидел в душных залах консерватории, слушая, как кто-то мучает рояль.

– Ты скучал? – она посмотрела на него снизу вверх.

– Больше, чем готов был признать, – он вздохнул и посмотрел на свои руки. – Я писал тебе сообщения сотни раз. Удалял. Снова писал. Думал, что я для тебя — просто эпизод из прошлого. Что ты уже забыла того парня, который вечно спорил с тобой из-за оценок.

Мака покачала головой, чувствуя, как к горлу подступает комок.

– Я никогда не забывала, Соул. Ты был частью моего мира. Тем, кто заставлял меня двигаться вперед, даже когда я уставала быть лучшей.

Соул повернулся к ней, и в его взгляде была такая неприкрытая нежность, что у Маки перехватило дыхание.

– Ты и сейчас лучшая, – он протянул руку и осторожно коснулся её волос. – Но здесь, в этом месте, тебе не нужно ничего доказывать.

Мака закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Здесь не было издательства, не было дедлайнов, не было ожиданий общества. Был только шум воды и тепло руки Соула.

– Расскажи мне о своей музыке, – попросила она, открыв глаза. – О той, которую ты играл вчера. О чем она была?

Соул усмехнулся, глядя на воду.

– О хаосе. О том, как трудно найти свой ритм, когда все вокруг пытаются навязать тебе свой. О том, как я искал дорогу обратно. Вчера, когда я увидел тебя в аэропорту... всё, что я писал последние полгода, вдруг обрело смысл. Финальный аккорд встал на место.

– Значит, я твоя муза? – Мака игриво толкнула его локтем.

– Не льсти себе, Албарн, – он привычно сощурился, но тут же добавил: – Ты просто мой резонанс. Без тебя звук получается плоским.

Мака улыбнулась и положила голову ему на плечо. Соул приобнял её, и они замерли, слушая тишину этого забытого уголка парка.

– Как думаешь, через сколько времени Блэк Стар заметит наше отсутствие? – спросила она через некоторое время.

– Думаю, он уже заметил и сейчас орет на весь парк, что мы не выдержали его сияния и сбежали в страхе, – фыркнул Соул.

– Скорее всего, Цубаки уже пытается его успокоить и объясняет, что нам просто нужно было побыть вдвоем. Она всегда была проницательной.

– Да уж, – согласился Соул. – Они хорошие друзья. Но я рад, что мы сбежали.

Они провели в оранжерее еще около часа, разговаривая обо всем на свете: о глупых случаях из студенчества, о книгах, которые Мака планировала издать, о джазовых клубах Парижа, где Соул иногда подрабатывал по ночам. Время текло незаметно, и Мака поймала себя на мысли, что это самое счастливое воскресенье в её жизни за последние несколько лет.

Когда они решили вернуться, солнце уже начало клониться к закату, окрашивая небо в нежно-розовые и золотистые тона.

– Нам пора, – Мака нехотя поднялась с парапета. – Иначе Блэк Стар действительно поднимет на уши всю полицию города.

– Пусть попробует, – Соул тоже встал и потянулся. – Будет весело посмотреть, как он объясняет копам, что он — звезда мирового масштаба.

Они пошли обратно по той же узкой тропинке. Мака чувствовала себя обновленной. Весь груз ответственности, который она добровольно взвалила на свои плечи, казался теперь легким и незначительным.

Когда они вышли на центральную аллею, то почти сразу увидели своих друзей. Блэк Стар стоял на скамейке и что-то громко доказывал группе случайных прохожих, которые смотрели на него с нескрываемым изумлением. Цубаки стояла рядом, держа в руках сахарную вату и терпеливо улыбаясь.

– А вот и они! – закричал Блэк Стар, заметив Маку и Соула. – Эй, вы! Где вы шлялись? Я уже собирался объявить план перехвата! Вы пропустили мой величайший прыжок через фонтан!

– Прости, Блэк Стар, – Мака подошла к ним, стараясь скрыть улыбку. – Мы просто... заблудились. Парк такой большой.

– Заблудились? Со мной вы бы никогда не заблудились! – он спрыгнул со скамейки и упер руки в бока. – Ладно, я вас прощаю. Но только потому, что я сегодня в хорошем настроении. Цубаки, отдай им вату, я уже наелся.

Цубаки подошла к Маке и тихо шепнула ей на ухо:

– Выглядишь очень счастливой. Я рада, что вы нашли время поговорить.

Мака лишь благодарно кивнула, чувствуя, как щеки заливает легкий румянец.

Вечер закончился в небольшом уютном кафе неподалеку от дома Маки. Они сидели на террасе, пили какао и смотрели на зажигающиеся уличные фонари. Блэк Стар продолжал травить байки, Цубаки смеялась, а Соул сидел рядом с Макой, изредка вставляя свои едкие, но меткие комментарии.

Когда они наконец вернулись в квартиру, Мака почувствовала приятную усталость.

– Завтра тяжелый день? – спросил Соул, когда они остались на кухне одни, пока остальные расходились по комнатам.

– Обычный рабочий день, – ответила Мака, наливая себе стакан воды. – Но теперь я знаю, что вечером меня ждет не пустая квартира и отчеты, а вы. И это меняет всё.

Соул подошел к ней и на мгновение коснулся её лба своим.

– Спокойной ночи, Мака. Тебе нужно поспать. Завтра я планирую вытащить тебя на обед, и никакие проекты не станут мне помехой.

– Попробуй только, Эванс, – улыбнулась она, глядя ему вслед.

Мака зашла в свою спальню и подошла к окну. Ночной город сверкал миллионами огней, но теперь он не казался ей холодным и чужим. В соседних комнатах спали её лучшие друзья, а в сердце звучала та самая музыка, которую Соул вчера подарил этому миру.

Она легла в кровать и закрыла глаза. Завтра будет новый день, новые звонки и новые задачи. Но теперь она знала: тишина и шёпот ветра всегда будут ждать её там, где есть люди, которые любят её по-настоящему. И, возможно, этот резонанс — именно то, ради чего стоило ждать все эти долгие годы.