← Назад к обзору

Выбор

Спектр новых чувств

На следующее утро дом семьи Сон наполнился странной, почти осязаемой смесью облегчения и неловкости. Когда я вошел в гостиную, родители уже сидели за столом. Отец внимательно читал газету, но я видел, как подергиваются уголки его губ, а мама суетилась у плиты, накладывая двойную порцию риса.

Я сел на свое место, чувствуя на себе выжидающие взгляды. Коробочка с кольцом, которую я вчера так демонстративно положил перед Юки, теперь лежала в моем ящике — как напоминание о едва не совершенной ошибке.

– Я вчера был у Юки, – начал я, нарушая тишину. – Мы поговорили. С Ча Хэ-Ин всё кончено.

Мама облегченно выдохнула, прижимая руки к груди.

– Слава богу, сынок. Юки места себе не находил. Он ведь не со зла, он просто...

– Я знаю, мам. Он видел то, чего не хотел замечать я.

Я помедлил, вспоминая уютную квартиру в Каннаме и человека, который был рядом с моим братом.

– И я познакомился с Ливоном.

В комнате повисла пауза. Отец отложил газету и посмотрел на меня своими мудрыми глазами.

– Значит, ты теперь в курсе, – спокойно произнес он.

– Вы знали? – я искренне удивился. – Знали о них и молчали?

– Юки рассказал нам пару месяцев назад, – ответила мама, подсаживаясь к столу. – Он очень боялся твоей реакции. Ты для него — идеал, Теневой Монарх, символ мужества. Он думал, что ты не поймешь его выбора.

В этот момент в комнату вихрем влетела Джи-А. Моя младшая сестра, как всегда, была полна энергии, но стоило ей услышать имя Ливона, как её глаза заблестели фанатичным огнем.

– О боже, Джин-Ву! Ты наконец-то узнал? – она буквально подпрыгнула на месте и уселась рядом, едва не опрокинув мой чай. – Правда же они лапочки? Ливончик такой милый, такой обходительный!

– Джи-А, потише, – попытался я её осадить, но сестру было не остановить.

– Ты вообще понимаешь, какая это эстетика? – она прижала руки к щекам, и её лицо приняло мечтательное выражение. – Наш Юки — такой типичный альфа, весь в татуировках, резкий, сильный... А Ливон — идеальный омега, утонченный, умный адвокат! Они же просто каноничная пара!

Я почувствовал, как к лицу приливает жар. Термины, которыми сыпала сестра, были мне знакомы лишь отдаленно, но контекст заставлял меня чувствовать себя крайне неуютно.

– Джи-А, что ты несешь? Какой еще «альфа» и «омега»? Это реальная жизнь, а не твои комиксы.

– Ой, братик, не будь таким занудой! – она хитро прищурилась и вдруг выхватила телефон. – Смотри, я тут нашла одну статью про психологию отношений... и фанфики по похожим типажам. Просто сравни мужской и женский секс, и мужской с мужским. Ты поймешь, что мужской — это так прекрасно, так страстно, так... сильно!

Она сунула мне под нос экран смартфона с какими-то текстами и картинками, от одного взгляда на которые я покраснел до корней волос. Мои глаза расширились, а тени в углах комнаты испуганно дрогнули, резонируя с моим шоком.

– Ты помешалась, дура Джи-А! – выкрикнул я, вскакивая со стула. – Что ты мне показываешь?!

– Ва-ха-ха! Посмотрите на него! Величайший охотник человечества смутился от парочки картинок! – Джи-А залилась звонким смехом, продолжая тыкать в экран. – Оппа, это искусство! Это химия!

Я не выдержал. Чувствуя, что еще секунда — и я провалюсь сквозь землю от стыда, я пулей вылетел из дома, слыша вслед издевательский хохот сестры и тихий смешок отца.

Оказавшись на улице, я быстрым шагом направился прочь. Слова сестры крутились в голове набатом. «Мужской секс... прекрасный... сильный...». Перед глазами невольно всплыла вчерашняя сцена: Юки, прижимающий Ливона к себе, его руки на талии адвоката, тихий шепот...

– Черт, Джи-А, я тебя убью, – пробормотал я, закрывая лицо рукой.

Мое воображение, обычно занятое тактическими схемами сражений, теперь подкидывало образы, от которых становилось жарко. Я пытался сосредоточиться на чем-то другом, но образ брата и его парня теперь стоял перед глазами в совершенно ином свете.

Я бесцельно бродил по городу, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Ноги сами вынесли меня в тихий район, подальше от шумных центральных улиц. Здесь было много небольших кафе с открытыми террасами и уютных магазинчиков.

Проходя мимо одного из таких кафе, я внезапно почувствовал странный импульс. Мое чутье Монарха, которое обычно реагировало на опасность или магическую энергию, на этот раз сработало иначе. Это было мягкое, притягивающее чувство.

Я повернул голову и замер.

За небольшим столиком у окна сидел парень. У него были тонкие, почти аристократичные черты лица и короткие светлые волосы, которые мягко подсвечивало утреннее солнце. Его пронзительные голубые глаза смотрели куда-то вдаль, задумчиво и спокойно. Он опирался подбородком на правую руку, слегка наклонив голову, и в этой позе было столько естественного изящества, что я невольно залюбовался.

На нем была простая белая рубашка с расстегнутым воротником, из-под которой виднелась черная футболка. Стильные детали — черные серьги-кольца, цепочка с кулоном-клинком, массивный браслет на запястье — выдавали в нем человека с тонким вкусом.

В его руках был стакан с темным напитком. Он аккуратно придерживал его тонкими пальцами, на одном из которых поблескивало кольцо с гравировкой.

Я поймал себя на мысли, что стою и пялюсь на незнакомца уже добрую минуту. Обычно люди пугались моего взгляда, чувствовали исходящую от меня мощь, но этот парень, казалось, был в своем собственном мире.

«Просто прогуляйся, Джин-Ву. Просто познакомься», – нашептывал внутренний голос, подозрительно похожий на голос Джи-А.

Сделав глубокий вдох, я решительно направился к террасе. Мои тени, почуяв мой интерес, заволновались, но я мысленно приказал им затихнуть.

– Свободно? – спросил я, остановившись у его столика.

Парень медленно перевел взгляд на меня. Его голубые глаза на мгновение расширились, оценивая мой рост и, возможно, ту ауру, которую я не до конца смог скрыть. Но он не испугался. Напротив, на его губах появилась легкая, едва заметная улыбка.

– Да, присаживайтесь, – ответил он. Голос у него был мягкий, с приятным бархатистым оттенком.

Я сел напротив, чувствуя себя непривычно скованно.

– Я Сон Джин-Ву, – представился я, решив не напускать туману.

– Акихира Тацуми, – он слегка склонил голову. – Выглядите так, будто только что спасались бегством от чего-то очень страшного.

Я невольно усмехнулся, вспоминая Джи-А с её телефоном.

– Можно и так сказать. Младшая сестра — это иногда страшнее, чем подземелье S-ранга.

Тацуми негромко рассмеялся, и этот звук подействовал на меня успокаивающе.

– О, я вас понимаю. У меня самого нет сестер, но японец в Корее — это тоже своего рода испытание на выносливость.

Оказалось, что Тацуми приехал из Японии по делам, связанным с дизайном и искусством. Мы разговорились. К моему удивлению, общение с ним давалось мне невероятно легко. Он не спрашивал о моих подвигах, не смотрел на меня как на живое божество. Для него я был просто интересным собеседником.

Мы обсуждали всё на свете: от разницы в корейской и японской кухне до философии боевых искусств. Тацуми оказался на редкость проницательным и начитанным человеком. В его движениях, в том, как он поправлял волосы или крутил трубочку в стакане, была какая-то магнетическая притягательность.

Я поймал себя на том, что смотрю на его губы, когда он говорит, и в памяти снова всплыли слова Джи-А. На этот раз я не покраснел. Напротив, внутри возникло странное, будоражащее любопытство.

– Знаете, Джин-Ву, – произнес Тацуми, внимательно глядя мне в глаза, – у вас очень глубокий взгляд. Словно вы видели то, что другим и не снилось. Но при этом в вас сохранилось что-то... очень человечное. Это редкость.

– Спасибо, – я почувствовал, как в груди разливается тепло. – Мне редко говорят такие вещи.

Время за разговором пролетело незаметно. Когда Тацуми взглянул на часы и засобирался, я почувствовал укол разочарования.

– Мне пора идти, встреча по работе, – он поднялся, поправляя рубашку. – Было очень приятно познакомиться с вами, Джин-Ву.

– Подожди, – я тоже встал, возвышаясь над ним. – Может... обменяемся номерами? Я бы хотел продолжить наш разговор.

Тацуми улыбнулся — на этот раз открыто и тепло.

– Я надеялся, что вы это предложите.

Мы быстро обменялись контактами. Когда он уходил, я еще долго смотрел ему в след, чувствуя, как мир вокруг обретает новые краски.

Возвращаясь домой, я уже не думал о Ча Хэ-Ин или о язвительных шуточках сестры. В моем кармане лежал телефон с новым номером, а в голове крутилось имя: Акихира Тацуми.

«Может быть, Джи-А в чем-то и права», – подумал я, и на моем лице появилась хитрая улыбка, которую редко видели окружающие.

Жизнь Теневого Монарха только что стала намного интереснее. И, кажется, впереди меня ждал спектр чувств, о которых я раньше даже не смел мечтать.