Выбор
Шепот за закрытой дверью
– Думаешь, я поступил правильно? – негромко спросил Юки, когда дверь нашей спальни на втором этаже тихо щелкнула, отсекая нас от остального мира.
Он всё еще нес меня на руках, словно я ничего не весил, хотя я был мужчиной вполне крепкого телосложения. Его руки, покрытые татуировками, были горячими и надежными. В полумраке коридора я видел лишь отблеск его небесно-голубых глаз, в которых сейчас плескалось несвойственное ему сомнение.
Я обхватил его за шею, чувствуя пальцами влажные от пота волосы на затылке. Юки был напряжен, как натянутая струна.
– Ты о чем именно? – я едва коснулся губами его виска.
– Обо всём этом, – он осторожно опустил меня на кровать, но не отстранился, а сразу навис сверху, упираясь руками в матрас по обе стороны от моей головы. – О том, что заставил их... ну, фактически заниматься этим при нас. О том, что давал советы Джин-Ву, как будто я какой-то гуру. Это ведь так интимно, так лично... А я влез в их пространство со своими нравоучениями.
Я посмотрел на него снизу вверх. Юки всегда казался окружающим дерзким бунтарем, которому море по колено, но я знал его изнанку. За пирсингом, татуировками и грудой мышц скрывалось сердце, которое болело за брата больше, чем за самого себя.
– Юки, посмотри на меня, – я поймал его лицо в свои ладони. – Твой брат — Теневой Монарх. Он бог среди людей, но в вопросах чувств он всё еще тот напуганный мальчишка ранга Е, который боится сломать то, что ему дорого. Если бы ты не подтолкнул его, он бы еще год ходил вокруг Тацуми, боясь даже за руку его взять лишний раз.
Юки вздохнул, и его дыхание опалило мои губы. Он медленно опустился ниже, прижимаясь всем телом, и начал покрывать мою шею короткими, властными поцелуями.
– Я просто не хотел, чтобы он совершил те же ошибки, что и я когда-то, – пробормотал он мне в кожу, и я почувствовал, как его зубы осторожно прихватили мою мочку уха. – Помнишь, как я в первый раз испугался собственной силы рядом с тобой? Как я думал, что мои руки слишком грубые для твоей кожи?
– Помню, – я невольно выгнулся навстречу его ласкам, запуская пальцы в его черные взъерошенные волосы. – Но ты научился. И он научится. Ты дал ему самое важное — разрешение быть не только воином, но и любовником.
Юки оторвался от моей шеи и посмотрел мне прямо в глаза. В его взгляде вспыхнуло то самое пламя, от которого у меня всегда перехватывало дыхание.
– Ливон... ты ведь знаешь, что ты — лучшее, что случалось в этой семье за последние годы? – его голос стал низким, вибрирующим. – Без тебя я бы не набрался смелости высказать Джин-Ву всё про ту куклу Хэ-Ин. Без тебя я бы не стал тем, кто я есть.
– Ты сам это сделал, Юки, – я улыбнулся, чувствуя, как его колено настойчиво раздвигает мои бедра. – Я просто был рядом, чтобы поймать тебя, если ты упадешь.
– Тогда не отпускай меня, – прошептал он, накрывая мои губы своими в глубоком, требовательном поцелуе.
Внизу, на первом этаже, царила тишина, окутанная тенями Джин-Ву, но здесь, наверху, воздух искрил от нашего собственного электричества. Юки двигался с грацией хищника, его движения были уверенными и точными. Он знал каждую чувствительную точку на моем теле, каждый мой вздох, каждый тихий стон.
Я чувствовал, как его татуировки скользят по моей коже — холодный шелк рисунков на горячей плоти. Это было наше искупление, наш способ сказать друг другу то, что не выразить словами.
– Ты уверен, что они там... справятся? – выдохнул я, когда Юки на мгновение прервался, чтобы стянуть с себя остатки одежды.
– Джин-Ву — гений, – Юки ухмыльнулся, и эта ухмылка была полна гордости. – Он осваивает навыки мгновенно. А Тацуми... этот парень крепче, чем кажется. Он выдержит напор Монарха. К тому же, я чувствую, как тени брата сейчас вибрируют от удовольствия. Весь дом буквально дышит его счастьем.
Я закрыл глаза, позволяя себе полностью раствориться в ощущениях. Юки был прав. Напряжение, которое месяцами висело над семьей Сон, наконец-то лопнуло, сменившись чем-то новым, живым и настоящим.
Мы любили друг друга долго и неистово. В каждом движении Юки чувствовалась та самая «сталь», о которой он говорил брату, но эта сталь была обернута в бесконечную нежность. Он берег меня, даже когда терял контроль, даже когда его дыхание становилось рваным, а движения — резкими.
Когда всё закончилось, и мы лежали, переплетясь ногами и руками под тонкой простыней, Юки долго молчал, перебирая мои пальцы.
– Ливон? – позвал он тихо.
– Да?
– Спасибо, что не побоялся стать частью этого безумия. Адвокат и брат Теневого Монарха... звучит как завязка для плохого романа.
Я тихо рассмеялся, прижимаясь к его плечу.
– Это лучший роман в моей жизни, Юки. И я ни за что не променяю его на спокойную практику в скучном офисе.
Юки притянул меня ближе, укрывая нас одеялом.
– Завтра будет новый день, – пробормотал он, уже засыпая. – И маме придется готовить завтрак на четверых очень голодных мужчин. Представляю её лицо.
– Она будет счастлива, – я закрыл глаза, чувствуя, как сон накрывает меня теплой волной. – Она всегда хотела, чтобы её мальчики нашли тех, кто будет их беречь.
В ту ночь поместье Сон впервые за долгое время было наполнено не только магической мощью, но и простым человеческим миром. Двое братьев, две судьбы, два разных пути к свету — и одна на двоих тишина, в которой больше не было места сомнениям.
Я засыпал, слушая мерное биение сердца Юки, и знал: что бы ни принесло завтра, какие бы враги ни вышли из порталов, мы выстоим. Потому что теперь у нас была сила, которая была древнее и мощнее любой магии теней.
У нас была любовь, которая не боится правды.