← Назад к обзору

Выбор монарха

Черное золото и белое пламя

Утро в пекарне всегда начиналось с симфонии звуков, которые для меня, Теневого Монаха, стали дороже любых боевых кличей. Скрип половиц под босыми ногами Юки, ритмичный стук венчика о миску, шипение духовки и, конечно, этот непередаваемый аромат — смесь корицы, дрожжевого теста и свежих ягод.

Я стоял в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку, и просто наблюдал. Мои серые глаза, обычно холодные и пронзительные, смягчались каждый раз, когда Юки оборачивался и улыбался мне, смахивая муку с кончика носа. На нем был надет фартук поверх той самой растянутой футболки, а татуировка на плече — переплетение ветвей — казалась особенно живой в свете утреннего солнца.

– Джинву, хватит подпирать стены, – Юки весело блеснул глазами, поправляя пирсинг в ухе. – Игрит уже подготовил третью партию булочек с кремом. Если ты не поможешь с упаковкой, мы опоздаем.

Я перевел взгляд в угол кухни. Там, в ореоле кухонного пара, стояла высокая фигура в темных доспехах. Великий рыцарь Игрит, чье имя внушало ужас легионам, сейчас с ювелирной точностью раскладывал круассаны по коробкам, стараясь не помять хрупкую корочку.

– Слушаюсь, мой маленький босс, – усмехнулся я, подходя ближе.

Работа спорилась. Мы приготовили невероятное количество выпечки: маффины, эклеры, нежные булочки с джемом и огромные корзины с хлебом. Юки хотел, чтобы в приюте, где он провел свое детство, сегодня был настоящий праздник. Для него это было не просто благотворительностью, а возвращением долга тому месту, которое сохранило его для меня.

Когда фургон был загружен до отказа, мы отправились в путь. Приют находился в тихом районе, окруженном старыми деревьями. Как только мы въехали во двор, нас окружила стайка детей. Их глаза загорались при виде коробок, а когда Юки вышел из машины, раздался радостный крик.

– Брат Юки приехал!

Я стоял чуть в стороне, наблюдая, как он раздает сладости. Юки светился изнутри. Он обнимал детей, шутил с ними, выслушивал их маленькие истории. В его небесно-голубых глазах было столько искреннего тепла, что я в очередной раз поразился — как судьба могла привести меня, существо, созданное для смерти и теней, к этому источнику чистого света?

Одна маленькая девочка, лет пяти, подошла ко мне. Она с опаской посмотрела на мой рост и строгий костюм, но затем протянула руку и коснулась моей ладони.

– А вы принц? – спросила она шепотом. – Юки сказал, что к нам приедет очень важный человек.

Я присел на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

– Нет, малышка, я не принц, – я коснулся её щеки, и мои тени послушно замерли, чтобы не напугать её. – Я просто тот, кому очень повезло встретить Юки.

Глядя на эту сцену, я почувствовал странный укол в груди. Это не была боль, это было осознание. Предсказание Системы о четырех детях больше не казалось мне сухой статистикой. Я видел Юки с этими детьми и понимал, что он рожден быть отцом. И я хотел этого. Я хотел закрепить наши узы так прочно, чтобы никакая сила в мире — ни Ассоциация, ни Ча Хэ Ин, ни сами Небеса — не могли даже помыслить о том, чтобы нас разлучить.

– О чем ты задумался? – Юки подошел ко мне, когда последняя коробка опустела. Он выглядел немного уставшим, но абсолютно счастливым.

– О будущем, – ответил я, поднимаясь и притягивая его к себе. – О том, что нам пора домой. Но по дороге... нам нужно заехать в одно место.

– Куда? – он удивленно поднял брови. – Ты же сказал, что на сегодня встреч с Ассоциацией нет.

– Это не деловая встреча, Юки. Поверь мне.

Мы сели в машину. Я вел её сам, не доверяя руль теням. Юки что-то увлеченно рассказывал о детях, о том, как изменился приют, но постепенно он замолк, заметив, что мы едем не в сторону нашего дома.

– Джинву... – он внимательно посмотрел на меня. – Почему мы едем к центру города? Это же... это район, где государственные учреждения.

– Именно, – я свернул на широкую аллею, ведущую к величественному зданию ЗАГСа.

Юки замер. Его дыхание участилось, а пальцы вцепились в край сиденья.

– Ты... ты серьезно? Прямо сейчас?

– А зачем ждать? – я заглушил мотор и повернулся к нему. – Система показала мне всё, что мне нужно знать. Мое сердце говорит мне то же самое. Ты — моя родственная душа. Мой свет. Я не хочу больше быть «просто Сон Джинву, который живет с пекарем». Я хочу, чтобы ты был моим официально. Перед людьми, перед законом и перед самой вечностью.

Я протянул руку к бардачку и достал небольшую коробочку из темного дерева. Когда я открыл её, Юки ахнул.

Внутри лежали два кольца, которые я создал сам, используя свою ману и редчайшие материалы, добытые в глубинах подземелий S-ранга. Одно было абсолютно черным, глубоким, как сама бездна, выполненным из адамантита теней. Другое — ослепительно белым, из небесного серебра. Оба аксессуара были украшены тончайшей гравировкой: изящные вьющиеся стебли растений, цветы и бутоны переплетались по всей окружности. На черном кольце узор был выполнен светлыми, почти светящимися линиями, а на белом — темными. Контраст был идеальным, символизируя наше единство.

– Они прекрасны... – прошептал Юки, коснувшись пальцем белого кольца. – Когда ты успел?

– Ночью, пока ты спал, – я достал черное кольцо и взял его левую руку. – Черный — это я. Моя тьма, которая теперь защищает тебя. Белое — это ты. Твой свет, который освещает мой путь. Узоры на них — это наша жизнь, которая переплетается, несмотря на разный цвет.

– Ты сумасшедший, Монах, – Юки всхлипнул, и в его глазах блеснули слезы. – Самый могущественный человек в мире привез меня в ЗАГС на фургоне из-под булочек.

– Зато у нас самая вкусная история любви, – я улыбнулся и надел кольцо ему на палец. Оно подошло идеально.

Юки дрожащими руками взял белое кольцо и надел его мне. На моем фоне оно казалось яркой искрой.

– Я люблю тебя, Джинву. Больше жизни.

– Идем, – я вышел из машины и открыл ему дверь. – Нас уже ждут.

Внутри здания было тихо. Я заранее позаботился о том, чтобы нас не беспокоили лишние свидетели или пресса. Чиновник, увидев меня, побледнел и едва не выронил ручку, но мой холодный взгляд заставил его сосредоточиться на документах.

Процедура была быстрой. Мы поставили свои подписи, и в этот момент я почувствовал, как что-то внутри меня окончательно встало на свои места. Это не было магическим контрактом Системы, это было человеческое обязательство, которое значило для меня гораздо больше.

Когда мы вышли на ступени здания, солнце уже клонилось к закату, окрашивая Сеул в золотисто-багряные тона.

– Ну что, господин Окумура-Сон? – я обнял его за талию, чувствуя, как он прижимается ко мне. – Как ощущения?

– Странно, – признался Юки, рассматривая кольцо на своем пальце. – Как будто я теперь под защитой самого сильного существа во вселенной. Но самое главное... я чувствую, что я дома.

– Мы дома, Юки, – поправил я его.

Мы поехали обратно, но на этот раз я не торопился. Мы заехали в небольшой парк на холме, откуда открывался вид на город. Вечерний ветерок обдувал наши лица, принося прохладу после жаркого дня.

– Джинву, посмотри, – Юки указал на свои руки.

В сумерках кольца начали слабо светиться. Белое кольцо испускало мягкий темный ореол, а черное — нежное белое сияние. Они реагировали на нашу близость, на наши чувства.

– Они живые, – прошептал я. – Часть моей маны всегда будет с тобой через это кольцо. Если тебе когда-нибудь будет страшно или тебе понадобится помощь, просто коснись его. Мои тени придут к тебе мгновенно.

– Мне не будет страшно, пока ты рядом, – Юки повернулся ко мне и обвил мою шею руками. – Знаешь, о чем я сейчас подумал?

– О чем?

– О том, что Хэ Ин, наверное, сейчас рвет и мечет, если узнала новости.

Я не сдержал смеха. Представив лицо Ча Хэ Ин, когда ей доложат о моей свадьбе с «простым пекарем», я испытал почти детское удовольствие.

– Пусть рвет. Она хотела золотую клетку, а получила пустоту. Я же выбрал свободу. И тебя.

Юки притянул меня для поцелуя. Его пирсинг на языке снова холодил мою кожу, создавая тот самый контраст, от которого у меня кружилась голова. В этом поцелуе было всё: наше обещание, наша страсть и наше будущее.

– Знаешь, Джинву, – сказал он, когда мы наконец отстранились друг от друга. – Я хочу, чтобы наш первый сын, Алекс, был похож на тебя. Таким же сильным и решительным.

– А я хочу, чтобы он унаследовал твое сердце, – ответил я, поглаживая его по щеке. – Сила без сердца — это проклятие. Я знаю это лучше других.

Мы стояли на холме, два человека, чьи судьбины были связаны не только кольцами, но и чем-то гораздо более глубоким. Я смотрел на Юки и понимал, что готов прожить тысячи жизней, лишь бы каждая из них заканчивалась именно так — в этом парке, с этим человеком.

– Пойдем домой, муж мой? – Юки хитро улыбнулся, выделяя последнее слово.

– Пойдем, – я подхватил его на руки, вызывая его веселый вскрик. – И на сегодня никакой выпечки. Только ты и я.

Когда мы вернулись в квартиру, тени в углах радостно зашевелились. Бер и Игрит склонились в глубоком поклоне, приветствуя нас. Они чувствовали изменение в моем статусе, чувствовали новую энергию, исходящую от Юки.

– Поздравляем, Повелитель! – проскрежетал Бер, чей голос всегда напоминал скрежет металла, но сейчас в нем слышалось искреннее ликование. – Мы будем охранять покой вашей семьи вечно!

– Спасибо, Бер, – я кивнул ему. – А теперь оставьте нас.

Тени мгновенно растворились. Мы остались одни в нашей гостиной, освещенной только луной. Юки подошел к окну и посмотрел на город.

– Это начало, правда? – спросил он тихо.

– Это начало нашей настоящей истории, – я подошел сзади и обнял его, положив руки на его живот. – Истории, в которой нет места одиночеству.

Я чувствовал тепло его тела, слышал его спокойное дыхание. Мои серые глаза, которые раньше видели только смерть и разрушение, теперь видели жизнь. Я видел, как на кухонном столе лежат наши кольца — черное и белое, как символ того, что даже самые противоположные силы могут найти гармонию.

– Я люблю тебя, Сон Юки, – прошептал я ему в самое ухо.

– А я люблю тебя, Сон Джинву, – ответил он, накрывая мои руки своими.

В ту ночь Система выдала последнее сообщение, которое я не стал удалять:

[Синхронизация завершена. Жизненный путь «Теневой Монах и его Свет» активирован. Статус: Счастье.]

Я закрыл окно уведомлений и просто прижал своего мужа к себе. Впереди была вечность, и впервые за долгое время я не боялся её. Потому что вечность с Юки — это не наказание. Это самый прекрасный дар, который я когда-либо получал.

И где-то в будущем, в этом самом доме, будут бегать четверо детей, а аромат круассанов будет смешиваться со звонким смехом. Но это будет завтра. А сегодня у нас была наша первая ночь в качестве семьи. Ночь, полная нежности, белого пламени и черного золота нашей любви.