Я другой человек
Осколки разбитого рая
Ночной Сеул за окном автомобиля сливался в сплошную полосу огней. Тэхён сидел на заднем сиденье, прислонившись лбом к холодному стеклу. В салоне пахло дорогим парфюмом Намджуна и едва уловимым ароматом персика, который, казалось, въелся Тэхёну под кожу.
В голове всё еще крутились кадры из клуба: испуганные глаза Чонгука, его нелепая форма и та безнадежная решимость, с которой он пытался «спасти» семью. Тэхён сжал челюсти так, что заболели зубы. Он, человек, который управлял судьбами тысяч людей, не заметил, как под его собственным носом его близкий человек едва не шагнул в пропасть.
– Господин Ким, мы приехали, – тихо произнес Намджун, паркуя машину у скромного многоквартирного дома. – Охрана уже на позициях. Никто не приблизится к подъезду без моего ведома.
– Хорошо, – Тэхён открыл дверь, но на мгновение замер. – Намджун.
– Да?
– Завтра утром найди способ перевести деньги его матери так, чтобы это выглядело как выигрыш в лотерею или наследство от забытого родственника. Она не должна ничего заподозрить. И... проследи, чтобы тот менеджер из «Пандоры» больше не мог работать в этой сфере. Даже уборщиком.
– Будет сделано, – Намджун склонил голову в знак почтения.
Тэхён вышел из машины и направился к подъезду. Его походка была тяжелой, не соответствующей телу подростка. Он чувствовал себя древним атлантом, на плечи которого снова взвалили небо, хотя он только-только начал привыкать к мысли о свободе.
В квартире было тихо, но свет в гостиной горел. Как только Тэхён повернул ключ в замке, с дивана тут же подскочила фигура. Чонгук. Он всё еще был в той же одежде, только сверху накинул свою старую растянутую кофту, пытаясь спрятать позорную форму клуба. Его глаза были красными и опухшими от слез.
– Тэхён-а... – Чонгук сделал шаг навстречу, его голос дрожал. – Ты вернулся. Я... я так боялся, что ты останешься там.
Тэхён молча прошел мимо него, даже не взглянув. Он начал снимать обувь, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение, смешанное с чем-то болезненным, чему он не мог дать названия.
– Нам нужно поговорить, – Чонгук зашел ему за спину, преграждая путь в коридор. – Пожалуйста, выслушай меня. Я знаю, ты злишься, но я сделал это не потому, что хотел...
– Замолчи, – коротко бросил Тэхён, продолжая свой путь к кухне.
– Нет, не замолчу! – Чонгук почти вскрикнул, хватая его за рукав. – Ты ведешь себя так, будто я совершил преступление! Я просто хотел помочь нам! Мама плачет каждую ночь из-за счетов, а ты... ты стал чужим! Ты смотришь на всех так, будто мы мусор под твоими ногами! Откуда у тебя эти деньги? Кто тот человек в черной машине?
Тэхён резко остановился и обернулся. Его взгляд был настолько тяжелым, что Чонгук невольно отпустил его руку и отступил на шаг. В тусклом свете кухонной лампы лицо Тэхёна казалось высеченным из мрамора.
– Ты хочешь поговорить? – голос Тэхёна был пугающе спокойным. – Ты хочешь знать, почему я злюсь? Ты пошел в место, где омег продают и покупают как мясо. Ты выставил себя на витрину, даже не понимая, что ценник на тебе уже висел. Если бы я не оказался там сегодня, завтра ты бы не смог смотреть на себя в зеркало. Ты понимаешь это своей пустой головой?
– Я просто хотел заработать! – Чонгук снова залился слезами, закрывая лицо руками. – Я не знал, что там так страшно... Я думал, это просто клуб...
Тэхён смотрел на вздрагивающие плечи брата. Глава мафии внутри него кричал, что это слабость, что нужно проигнорировать эти слезы и уйти в свою комнату. Но тело подростка, его новая биология, реагировала иначе. Запах расстроенного омеги бил по инстинктам, вызывая странное желание защитить, укрыть от всего мира.
– Хватит, – Тэхён подошел к нему и, к собственному удивлению, положил руку на затылок Чонгука, притягивая его к себе.
Чонгук замер, а затем с тихим всхлипом уткнулся носом в плечо Тэхёна. Он вцепился в его рубашку, словно утопающий в спасательный круг.
– Всё, забудь об этом, – Тэхён почувствовал, как его собственное сердце начинает биться быстрее. – Денег больше не будет не хватать. Я обо всём позаботился. Тебе больше никогда не придется искать работу.
– Но как... – Чонгук попытался поднять голову, но Тэхён не позволил.
– Не спрашивай. Просто знай, что я не позволю этому дому развалиться. А теперь иди спать. Ты выглядишь ужасно.
– Я не хочу спать, я хочу, чтобы ты объяснил...
– Чонгук, – Тэхён отстранил его и посмотрел прямо в глаза, – я не в настроении для дискуссий. Либо ты идешь в кровать сам, либо я тебя туда отнесу. Выбирай.
Чонгук шмыгнул носом, глядя на решительное лицо брата. В этом новом Тэхёне была сила, которой невозможно было противостоять. Это не была агрессия прежнего Тэхёна-задиры, это была власть человека, который привык, что его слово — закон.
– Ладно, – прошептал Чонгук. – Но ты тоже ложись. Ты бледный.
Тэхён ничего не ответил. Он взял Чонгука за локоть и повел его в спальню. Комната Чонгука была светлой, заполненной мягкими игрушками и тетрадями — полная противоположность тому миру, в котором Тэхён привык обитать.
– Ложись, – приказал он, указывая на кровать.
Чонгук послушно забрался под одеяло, всё еще не сводя глаз с брата. Тэхён подошел к окну и задернул шторы, проверяя, нет ли лишних теней во дворе. Старая привычка параноика никуда не делась.
– Тэхён-а, – тихо позвал Чонгук, когда Тэхён уже собирался уходить. – Ты ведь не уйдешь снова ночью?
Тэхён остановился у двери. Он чувствовал, как усталость наваливается на него свинцовым грузом. Это тело было слишком слабым для таких эмоциональных и физических встрясок.
– Не уйду, – ответил он, не оборачиваясь.
Он уже взялся за ручку двери, но что-то заставило его помедлить. Он вернулся к кровати и, поколебавшись секунду, поправил сползшее одеяло, тщательно подоткнув его у плеч Чонгука. Его движения были точными и неожиданно нежными.
– Спи, мелкий, – прошептал он.
Чонгук удивленно моргнул, его веки начали тяжелеть. Запах Тэхёна, который теперь стал более терпким и уверенным, действовал на него успокаивающе. Впервые за долгое время он почувствовал, что находится за каменной стеной.
Тэхён вышел из комнаты и закрыл дверь. В гостиной он тяжело опустился на диван, закрыв глаза.
– Что ты со мной делаешь, пацан... – пробормотал он в пустоту.
Его прошлая жизнь была цепочкой предательств, крови и одиночества. У него не было семьи, которой можно было бы доверять. У него были только подчиненные, которые ждали момента, чтобы вонзить нож в спину. А теперь у него был этот странный, добрый брат, который готов был пойти в притон ради него.
Тэхён достал телефон и увидел сообщение от Намджуна: «Объект "Менеджер" устранен из системы. Деньги будут на счету матери завтра в 9:00. Какие дальнейшие указания, господин?»
Тэхён быстро набрал ответ: «Начни сбор информации о школе. Мне нужны досье на каждого учителя и каждого ученика, чьи родители имеют вес в городе. Если я застрял в этом теле, я сделаю эту школу своим штабом».
Он отложил телефон и посмотрел на свои руки. Они всё еще мелко дрожали от перенапряжения. Он понимал, что его путь к вершине будет долгим, но теперь у него была цель, отличная от простой жажды власти.
Он должен был построить империю, которая станет крепостью для этого маленького омеги с запахом персика.
Тэхён встал и направился в ванную. Ему нужно было смыть с себя запах «Пандоры», запах дешевого шампанского и чужих похотливых взглядов. Когда он проходил мимо зеркала, он снова увидел в нем подростка, но на этот раз он не отвел взгляд.
– Ну что ж, Ким Тэхён, – сказал он своему отражению. – Посмотрим, как этот мир справится с тобой во второй раз.
Утром Тэхёна разбудил шум на кухне. Он резко сел на кровати, рука инстинктивно нырнула под подушку в поисках оружия, но пальцы нащупали лишь простыню. Он выругался про себя, вспоминая, где находится.
На кухне Чонгук, уже переодетый в школьную форму, суетился у плиты. Он выглядел гораздо лучше, чем ночью, хотя тени под глазами всё еще выдавали пережитый стресс.
– О, ты проснулся! – Чонгук улыбнулся, и на его щеках появились милые ямочки. – Я приготовил завтрак. Мама ушла на смену пораньше, просила передать, чтобы ты обязательно поел.
Тэхён сел за стол, подозрительно оглядывая тарелку с омлетом. В его мире еда часто была способом убийства, но здесь... здесь она пахла заботой.
– Почему ты улыбаешься? – холодно спросил Тэхён, принимаясь за еду. – После того, что было вчера, ты должен сидеть тише воды, ниже травы.
Чонгук замер с лопаткой в руке, его улыбка немного померкла, но не исчезла.
– Я просто подумал... что ты вчера был очень добрым ко мне. Ты уложил меня спать. И ты сказал, что защитишь нас.
Тэхён подавился куском омлета и быстро запил его водой.
– Тебе приснилось, – отрезал он, стараясь не смотреть на брата. – Ешь быстрее, мы опаздываем.
– Тэхён-а, – Чонгук сел напротив него, внимательно вглядываясь в его лицо. – Ты ведь не собираешься делать ничего опасного, правда? Те деньги... ты ведь не украл их?
Тэхён медленно поднял взгляд. Его глаза снова стали холодными и непроницаемыми.
– Чонгук. Запомни правило номер один: не задавай вопросов, на которые не хочешь знать ответа. Просто живи своей жизнью. Ходи в школу, улыбайся своим друзьям, будь тем же невыносимо добрым парнем. Остальное — не твоя забота.
– Но мы же братья... – начал было Чонгук.
– Именно поэтому, – перебил его Тэхён. – Именно поэтому ты будешь в безопасности.
По дороге в школу они молчали. Чонгук то и дело пытался поймать взгляд Тэхёна, но тот был полностью погружен в свои мысли. Он анализировал карту района, расположение камер наблюдения и возможные пути отхода. Школа теперь не была для него местом учебы — она была территорией, которую нужно было захватить.
Когда они вошли в школьные ворота, шум мгновенно стих. Ученики расступались, провожая их взглядами. Вчерашний инцидент с Минхо и директором превратил Тэхёна в легенду.
– Смотри, – шепнул Чонгук, указывая на группу парней у входа. – Это друзья Минхо. Они выглядят... напуганными?
Тэхён едва заметно усмехнулся. Парни, которые раньше не упускали случая толкнуть его или выкрикнуть оскорбление, теперь старательно изучали свои ботинки.
– Страх — это хорошая база для уважения, – произнес Тэхён так тихо, что Чонгук едва услышал.
У входа их ждал Намджун. Он был одет в менее официальный костюм, но всё равно выглядел слишком солидно для этого места. В руках он держал кожаный портфель.
– Кто это? – Чонгук напрягся, инстинктивно прячась за спину брата.
– Мой помощник, – просто ответил Тэхён.
Намджун подошел к ним и вежливо поклонился сначала Тэхёну, а затем, к огромному удивлению Чонгука, и ему самому.
– Доброе утро, господа. Господин Ким, документы готовы. Директор Пак ждет вас для обсуждения... благотворительного взноса в фонд школы.
Чонгук округлил глаза.
– Благотворительного взноса? Тэхён, откуда у нас...
– Иди на уроки, Чонгук, – Тэхён мягко подтолкнул его в сторону входа. – Намджун проводит тебя до класса.
– Но я сам могу дойти!
– Намджун проводит тебя, – повторил Тэхён тоном, не терпящим возражений. – Это не обсуждается. Теперь у тебя всегда будет сопровождение.
Чонгук хотел было возмутиться, но, встретившись с ледяным взглядом брата, лишь вздохнул и покорно пошел вперед. Намджун последовал за ним, сохраняя почтительную дистанцию.
Тэхён остался один на школьном дворе. Он чувствовал, как нити его новой паутины начинают расползаться по этому городу. Он был омегой, он был подростком, у него не было ничего, кроме его разума и нескольких верных людей. Но этого было достаточно.
Он посмотрел на окна второго этажа, где находился класс Чонгука.
– Я сожгу этот мир, если понадобится, – прошептал он. – Но ты никогда больше не наденешь ту форму, Чонгук-и.
Тэхён развернулся и направился к кабинету директора. Сегодня у него было много дел. Нужно было официально оформить свою власть в этой маленькой песочнице, прежде чем выходить на настоящую арену.
Он шел по коридору, и каждый его шаг отзывался эхом. Он больше не был жертвой. Он был охотником, который вернулся из мертвых, чтобы забрать то, что принадлежит ему по праву. И на этот раз у него было то, чего не было раньше — сердце, которое билось ради кого-то другого.
Это делало его уязвимым. Но это же делало его непобедимым. Ведь человеку, которому есть что терять, нет равных в жестокости, когда дело касается защиты своего сокровища.
Тэхён толкнул дверь в кабинет директора, даже не постучав. Директор Пак вскочил с места, его лицо мгновенно озарилось заискивающей улыбкой, за которой скрывался первобытный ужас.
– Господин Ким! Проходите, присаживайтесь. Чай? Кофе?
Тэхён сел в кресло и положил ноги на стол, прямо на стопку важных бумаг.
– Мне не нужен чай, Пак, – Тэхён достал из кармана золотую зажигалку — подарок Намджуна сегодня утром. – Мне нужно, чтобы с этого момента каждое ваше решение проходило через меня. Вы — лицо этой школы. Я — её мозг. Мы договорились?
Директор сглотнул, глядя на огонек зажигалки в руках подростка.
– Д-договорились, господин Ким.
Тэхён удовлетворенно кивнул. Первый этап был завершен. Впереди была долгая дорога домой, на трон, который всё еще хранил тепло его крови. Но теперь он знал, что в конце каждого дня его будет ждать запах персика и робкая улыбка брата. И ради этого стоило снова стать дьяволом.