← Назад к обзору

Я другой человек

Шелковые узы и аромат греха

– Тэхён-а, ты снова опаздываешь, – голос Чонгука прозвучал мягко, но в нем отчетливо слышались капризные нотки, которые он позволял себе только наедине с Кимом.

Тэхён замер у зеркала, поправляя манжеты безупречно белой рубашки. Он обернулся и посмотрел на омегу, который полулежал на огромной кровати, застеленной темным шелком. Чонгук выглядел картинно: на нем был только длинный кашемировый кардиган кремового цвета, который то и дело соскальзывал с плеча, обнажая бледную кожу, помеченную едва заметными алыми пятнами — следами вчерашней страсти.

– У меня встреча с советом директоров «Ким Индастриз», Гук-и, – Тэхён подошел к кровати и присел на край, протягивая руку, чтобы убрать непослушную прядь с глаз омеги. – Это займет не больше двух часов.

Чонгук перехватил его ладонь и прижался к ней щекой, прикрывая глаза. Его запах — теперь густой, насыщенный персик с примесью терпкого мускуса Тэхёна — заполнил легкие альфы.

– Два часа — это слишком долго. Мне скучно, – Чонгук приоткрыл один глаз и хитро посмотрел на Тэхёна. – Отмени встречу. Намджун-хён справится сам.

Тэхён усмехнулся. Кто бы мог подумать, что тот напуганный, сломленный мальчик, которого он вытащил из подвала Хёншика, превратится в это очаровательное, властное создание? Чонгук больше не боялся его. Он изучил все слабые места Тэхёна и теперь играл на его чувствах, как на струнах дорогой скрипки.

– Намджун — мой советник, а не глава корпорации, – Тэхён попытался высвободить руку, но Чонгук сжал пальцы крепче. – Чонгук, не наглей.

– А если я хочу наглеть? – Чонгук резко сел, сбрасывая кардиган с плеч. – Ты обещал, что я могу просить всё, что угодно. Ты сказал, что этот мир принадлежит мне.

Тэхён вздохнул, чувствуя, как его решимость тает. Чонгук стал его самой большой слабостью и самой великой силой. Сеул шептался о них. О «Ледяном Демоне», который превратился в верного пса у ног своего прекрасного омеги. Их называли самой красивой парой города, символом новой эры мафии, где жестокость граничила с абсолютным обожанием.

– Чего ты хочешь? – сдался Тэхён.

– Хочу поехать с тобой, – Чонгук просиял, вскакивая с кровати. – Хочу сидеть у тебя на коленях, пока ты будешь отчитывать этих старых альф. Хочу видеть, как они дрожат под твоим взглядом.

– Это исключено, – отрезал Тэхён, хотя в его глазах промелькнула искра веселья. – Это деловая встреча, а не цирк.

– Тогда я не буду есть весь день, – Чонгук скрестил руки на груди и надул губы, принимая свой самый упрямый вид. – И не буду разговаривать с тобой вечером.

Тэхён покачал головой. Он знал, что Чонгук не шутит. С тех пор как они стали парой, омега проявлял характер, который порой пугал даже самого Кима. Чонгук был ненастным. Ему всегда было мало внимания, мало подарков, мало любви. Он требовал всего Тэхёна без остатка, и Тэхён с радостью отдавал.

– Хорошо, – Тэхён встал и притянул Чонгука к себе за талию. – Собирайся. Но ты будешь вести себя тихо.

– Посмотрим, – прошептал Чонгук, целуя его в подбородок.

***

Зал заседаний в главном офисе «Ким Индастриз» был полон напряжения. Шесть влиятельных мужчин в дорогих костюмах сидели за длинным столом из красного дерева, ожидая своего лидера. Когда двери распахнулись, все они синхронно встали, готовые к докладам.

Но когда в зал вошел Тэхён, ведя за руку Чонгука, по рядам акционеров прошел шепоток. Чонгук был одет в узкие черные брюки и полупрозрачную блузу, которая не скрывала его омежий статус. Он шел с высоко поднятой головой, и в его взгляде не было ни капли смущения.

Тэхён сел во главе стола, а Чонгук, проигнорировав свободное кресло рядом, действительно устроился прямо на его коленях, по-хозяйски положив руку на плечо альфы.

– Продолжайте, – коротко бросил Тэхён, не обращая внимания на ошеломленные лица подчиненных.

– Господин Ким... – начал один из старейших членов совета, господин Ли. – Мы обсуждаем слияние с «Пак Групп». Это рискованный шаг, учитывая их связи с портовыми группировками...

– Это скучно, – громко перебил его Чонгук, накручивая прядь волос Тэхёна на палец. – Тэхён-а, почему он так долго говорит? У него неприятный голос.

В зале воцарилась гробовая тишина. Господин Ли покраснел, его губы задрожали от негодования, но он не посмел сказать ни слова омеге, за спиной которого стоял самый опасный человек Кореи.

– Чонгук-и, тише, – Тэхён приобнял его за талию, но в его тоне не было строгости. – Господин Ли, продолжайте. И постарайтесь быть лаконичнее. Мой омега не любит долгих речей.

Заседание превратилось в фарс. Чонгук откровенно скучал: он рассматривал свои ногти, шептал Тэхёну на ухо какие-то глупости, заставляя того едва заметно улыбаться, и даже пару раз демонстративно зевнул. Но никто не смел возмутиться. Все знали, что один недовольный взгляд Чонгука может стоить им карьеры, а возможно, и жизни.

Когда встреча наконец закончилась, и совет поспешно покинул кабинет, Тэхён откинулся на спинку кресла, выдыхая.

– Ты невозможен, Гук-и. Ты сорвал мне подписание контракта.

– Ой, да брось, – Чонгук повернулся к нему лицом, обхватывая ногами его бедра. – Ты всё равно подпишешь его завтра. А сегодня я хочу поехать в торговый центр. В тот новый бутик, который открыли французы.

– У нас дома уже некуда складывать твою одежду, – заметил Тэхён, но его руки уже привычно легли на бедра омеги.

– Ты обещал, – напомнил Чонгук, притираясь носом к его щеке. – Ты обещал выполнять все мои капризы. Или ты лгал?

Тэхён посмотрел в его глаза. В них больше не было того ужаса, который он увидел в подвале Хёншика. Теперь там была уверенность в своей силе и безграничная любовь, смешанная с легким безумием. Чонгук стал его личным демоном, его искушением.

– Я никогда не лгу тебе, – Тэхён притянул его для глубокого, властного поцелуя. – Едем. Но вечером ты наденешь то красное белье, которое я купил в прошлый раз.

– Только если ты сам его с меня снимешь, – выдохнул Чонгук в его губы.

***

Вечерний Сеул сиял огнями, когда их лимузин припарковался у элитного торгового комплекса. Намджун и еще четверо охранников следовали за ними на почтительном расстоянии, обеспечивая «коридор безопасности».

Чонгук вел себя как настоящий принц. Он заходил в бутики, едва взглядывал на вещи и просто указывал пальцем: «Это, это и вот то в трех цветах». Консультанты бегали вокруг него, боясь даже дышать громко. Тэхён шел следом, молча оплачивая счета, суммы которых могли бы обеспечить небольшой город на год.

– Тэхён-а, посмотри! – Чонгук остановился у витрины с ювелирными украшениями. – Это колье с черными бриллиантами. Оно похоже на твои глаза.

– Оно стоит как половина этого здания, Чонгук, – Тэхён подошел ближе, рассматривая украшение.

– И что? – Чонгук обернулся к нему, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. – Разве я не стою этого? Или тебе жалко денег для своего «персика»?

Тэхён почувствовал, как внутри него поднимается знакомая волна обладания. Он любил, когда Чонгук требовал. Это значило, что омега чувствует себя в безопасности, что он знает — Тэхён отдаст ему весь мир, если тот попросит.

– Заверните, – бросил Тэхён подошедшему менеджеру. – И наденьте его на него прямо сейчас.

Когда холодные камни коснулись кожи Чонгука, он довольно замурлыкал, любуясь своим отражением. Он выглядел великолепно: порочный, дорогой и абсолютно недосягаемый для кого-либо, кроме Тэхёна.

– А теперь я хочу есть, – заявил Чонгук, поправляя колье. – Хочу мороженое с золотой крошкой. И чтобы мы ели его на крыше того отеля, где мы были в первый раз.

– Чонгук, сейчас осень, на крыше холодно, – попытался возразить Тэхён.

– Тогда согрей меня, – Чонгук прижался к нему, игнорируя вспышки камер папарацци, которые караулили их у выхода. – Разве ты не мой альфа?

Тэхён сдался. Опять. Он понимал, что Чонгук вьет из него веревки, что его капризы становятся всё более изощренными, но он ничего не мог с собой поделать. В прошлой жизни у него была власть над людьми, но в этой жизни у Чонгука была власть над его сердцем. И эта власть была куда более абсолютной.

***

На крыше отеля действительно было прохладно. Ветер с Хана доносил запахи реки и ночного города. Тэхён накинул свой пиджак на плечи Чонгука, обнимая его сзади, пока омега с детским восторгом ел свое экзотическое мороженое.

– Ты счастлив? – тихо спросил Тэхён, вдыхая аромат волос Чонгука.

Омега замер, ложка с золотой крошкой зависла в воздухе. Он медленно повернулся в объятиях Кима, и его лицо стало серьезным.

– Иногда мне кажется, что я сплю, – прошептал Чонгук. – Что я всё еще там, в том подвале, и всё это — просто предсмертный бред.

Тэхён сжал его сильнее, чувствуя, как внутри снова вскипает ярость на тех, кто причинил Чонгуку боль.

– Это не сон. Я убил их всех, Гук-и. Их больше нет. Есть только мы.

Чонгук прислонился лбом к его груди.

– Я знаю. Поэтому я такой... ненастный. Я боюсь, что если я перестану просить, если я перестану быть капризным, ты поймешь, что я — просто сломанная игрушка, и уйдешь.

Тэхён приподнял его подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.

– Послушай меня внимательно, Чон Чонгук. Я переродился в этом теле не для того, чтобы снова завоевать Сеул. Я здесь ради тебя. Ты — моя империя. Ты — мой трон. И если ты захочешь, чтобы я сжег этот город завтра утром только для того, чтобы тебе было теплее завтракать, я сделаю это. Ты никогда не будешь для меня «сломанным». Ты — единственное, что в моей жизни имеет смысл.

Чонгук всхлипнул, и слеза скатилась по его щеке, застревая в гранях черных бриллиантов на шее.

– Тогда пообещай мне кое-что еще, – прошептал он.

– Всё, что угодно.

– Никогда не становись добрым. Оставайся этим ледяным демоном для всех остальных. Будь жестоким, будь беспощадным. Чтобы никто и никогда не посмел даже подумать о том, чтобы забрать меня у тебя.

Тэхён хищно улыбнулся. Это была та сторона Чонгука, которую он обожал. Его омега не хотел мира, он хотел власти. Он хотел быть под защитой самого страшного хищника в лесу.

– Обещаю, – Тэхён впился в его губы поцелуем, в котором было больше клятвы, чем страсти.

Они стояли на вершине мира, окруженные огнями и тенями. Самая красивая пара Сеула. Глава мафии и его ненастный ангел.

– Тэхён-а, – позвал Чонгук, когда они уже собирались уходить.

– Да?

– Я передумал насчет красного белья.

Тэхён удивленно поднял бровь.

– И что же ты хочешь вместо него?

Чонгук подошел к нему вплотную и прошептал на ухо слова, от которых у Тэхёна потемнело в глазах, а дыхание сбилось. Омега отстранился, вызывающе улыбаясь и облизывая губы.

– Выполнишь этот каприз, господин Ким?

Тэхён не ответил словами. Он просто подхватил Чонгука на руки и быстрым шагом направился к лифту. Его подчиненные, увидев выражение лица босса, мгновенно расступились, освобождая путь.

В эту ночь особняк Кима снова наполнился звуками, от которых дрожали стены. Тэхён выполнял желания Чонгука с той же тщательностью, с которой он планировал свои самые кровавые операции. Он был рабом этих желаний, и в этом рабстве он находил свое высшее освобождение.

Чонгук был ненастным, он был капризным, он был порой невыносимым. Но когда он засыпал на груди Тэхёна, крепко сжимая его руку даже во сне, Тэхён понимал: его вторая жизнь была дана ему именно для этого. Чтобы стать монстром, у которого есть сердце. И это сердце принадлежало омеге с запахом персика и душой, закаленной в огне.

– Спи, мой маленький король, – прошептал Тэхён, укрывая их обоих шелковым одеялом. – Завтра мы купим тебе еще одно здание. Или еще одну жизнь. Всё, что ты захочешь.

За окном шел дождь, смывая пыль с улиц Сеула, но в их золотой клетке было тепло и тихо. Тэхён закрыл глаза, зная, что пока Чонгук рядом, его трон непоколебим. И никакие призраки прошлого не смогут разрушить этот хрупкий, порочный рай, который они построили на костях своих врагов.

Они были самой красивой парой Сеула. И самой опасной. Потому что нет ничего страшнее альфы, который готов на всё ради каприза своего омеги, и нет ничего коварнее омеги, который знает это.