← Назад к обзору

Запретная любовь

Слепое пламя и шепот шелка

Прошла неделя с того момента, как Юки погрузился в безмолвную белизну. Южный Храм Воздуха, обычно наполненный светом и легкостью, для него превратился в лабиринт из запахов, звуков и тактильных ощущений. Зрение не возвращалось. Молочная пелена в его глазах все еще стояла неподвижной завесой, разделяя его мир на «до» и «после».

Юки сидел на краю кровати, застеленной мягкими шкурами. Его руки медленно перебирали четки из сандалового дерева — подарок одного из старых монахов. Каждый щелчок бусины помогал ему сосредоточиться, не давая соскользнуть в пучину раздражения. Но сосредоточиться было трудно, потому что в комнате был Аанг.

Аанг не просто присутствовал — он маячил. Юки чувствовал его перемещения каждой клеточкой кожи. Вот Аватар прошелся от окна к двери. Вот он тяжело вздохнул, остановившись у столика с лекарствами. Вот он снова подошел к кровати, и Юки почувствовал легкое колебание воздуха от его движений.

– Аанг, сядь, – не выдержал Юки, его голос прозвучал резче, чем он планировал. – От твоих метаний у меня кружится голова, хотя я даже не вижу, как ты ходишь.

– Прости, – Аанг остановился, и Юки почувствовал, как тот смотрит на него. В этом взгляде было столько неприкрытой тревоги и вины, что воздух вокруг казался густым. – Я просто... Катара говорит, что каналы Ци уже почти восстановились. Почему же туман не уходит? Может быть, мне стоит попробовать войти в состояние Аватара и...

– И что? – Юки перебил его, откладывая четки. – Накачать меня энергией света, пока я не взорвусь, как перегретый паровой котел? Аанг, я уже говорил тебе: это плата. Мое тело адаптируется.

– Неделя, Юки! – Аанг сорвался с места и присел перед ним на корточки, накрывая ладонями колени мага огня. – Ты сидишь в темноте уже неделю. Ты не выходишь на тренировочную площадку, ты почти не ешь. Я вижу, как ты мучаешься, даже если ты пытаешься казаться скалой.

Юки почувствовал тепло рук Аанга. Это тепло было искренним, вибрирующим от любви, но сейчас оно только подливало масла в огонь его собственного нетерпения. Ему надоело быть «пострадавшим». Ему надоело, что его великий Аватар превратился в суетливую няньку.

– Ты слишком много думаешь, монах, – прошипел Юки.

В следующее мгновение движения Юки были настолько стремительными, что Аанг, несмотря на все свои рефлексы мастера магии воздуха, не успел среагировать. Юки выбросил руки вперед, хватая Аанга за плечи, и с силой повалил его назад, на кровать.

Раздался глухой звук удара тел о мягкие шкуры. Юки мгновенно оказался сверху, придавливая Аанга своим весом. Его незрячие, молочно-белые глаза смотрели куда-то чуть выше лица Аватара, но в этой слепоте было больше власти, чем в самом пронзительном взгляде.

– Юки? – Аанг опешил, его дыхание сбилось. Он лежал под магом огня, чувствуя, как бешено колотится сердце того в грудной клетке.

Юки не дал ему договорить. Он наклонился и накрыл губы Аанга своими в требовательном, почти яростном поцелуе. В этом жесте не было нежности — только накопленное за неделю напряжение, жажда контроля и желание доказать, что он всё еще жив, всё еще опасен и всё еще желанен.

Поцелуй был со вкусом горьких трав и дикого пламени. Аанг сначала замер, пораженный этой внезапной вспышкой, но уже через секунду его руки сами собой поднялись, обхватывая талию Юки, притягивая его ближе.

Юки отстранился лишь на мгновение, его дыхание обжигало губы Аватара.

– Ты слишком много говоришь, – прошептал он хрипло. – Ты слишком много переживаешь о том, что я не вижу. Но мне не нужны глаза, чтобы чувствовать тебя.

Юки потянулся к завязкам оранжевого одеяния Аанга. Его пальцы, привыкшие к тонкой работе с молниями, действовали безошибочно. Ткань соскользнула с плеч Аватара, обнажая рельефные мышцы и синие линии татуировок.

– Я покажу тебе это лучше, чем смогу сказать, – Юки начал спускаться поцелуями вниз по шее Аанга.

Он действовал уверенно, ориентируясь на жар, исходящий от кожи Аватара. Его губы касались пульсирующей жилки на горле, затем спускались к ключицам. Юки слегка прикусывал кожу, оставляя за собой дорожку из горячих меток. Он чувствовал, как Аанг под ним вздрагивает, как его пальцы впиваются в шкуры на кровати.

– Юки, постой... – выдохнул Аанг, когда зубы мага огня сомкнулись на его плече чуть сильнее обычного. – Ты же сам говорил... твоя спина... поясница... Катара сказала, тебе нужен покой.

Юки на секунду замер, его плечи мелко задрожали от сдавленного смеха.

– К черту Катару и ее советы, – он снова впился в губы Аанга, заглушая любые возражения. – Да, утром я, скорее всего, не смогу разогнуться. Да, моя поясница будет гореть в аду. Но сейчас... сейчас я хочу чувствовать, как ты сгораешь вместе со мной.

Он ловко стянул штаны с Аанга, действуя решительно и быстро. В комнате стало жарко. Воздух, казалось, начал вибрировать от избытка энергии. Слепота Юки придавала происходящему особую остроту — он не отвлекался на визуальные образы, он полностью растворился в ощущениях. Гладкая кожа под ладонями, запах ветра и озона, исходящий от Аватара, и его тихие, рваные вздохи.

Аанг перестал сопротивляться. Он отдался этой стихии, понимая, что Юки сейчас это необходимо больше, чем любое лекарство. Это был его способ вернуть себе себя, выйти из роли беспомощного больного.

Юки двигался грациозно, как хищник. Даже без зрения его тело помнило каждое движение, каждый изгиб тела любовника. Он ласкал Аанга так, будто читал священный свиток, написанный на языке плоти. Его пальцы скользили по татуировкам-стрелам, словно пытаясь проследить путь энергии Аватара.

– Ты такой горячий... – прошептал Аанг, запрокидывая голову. – Юки, твое Ци... оно светится.

– Пусть светится, – отозвался тот, припадая губами к животу Аватара. – Пусть выжигает всё лишнее.

В какой-то момент Аанг перехватил инициативу. Он перевернул Юки под себя, действуя осторожно, но властно. Он видел, как на лице мага огня отражается целая гамма чувств: от триумфа до томительного ожидания. Белесые глаза Юки были широко открыты, в них отражались блики заходящего солнца, проникающего в окно, и это делало его похожим на древнее божество, сошедшее с небес.

– Я люблю тебя, – выдохнул Аанг, целуя Юки в лоб, прямо между бровей. – Слышишь? Каким бы ты ни был. Со зрением или без. С белым пламенем или без него.

Юки обхватил его шею руками, притягивая к себе для последнего, самого глубокого поцелуя.

– Я слышу, – ответил он, когда их дыхание стало общим. – А теперь замолчи и люби меня так, чтобы я забыл, что такое темнота.

Ночь опустилась на Южный Храм Воздуха, укрывая пагоды прохладным покрывалом. В келье Аватара долго не гас свет свечи, а тени на стенах сплетались в причудливом танце. Это была ночь без слов, ночь, где чувства были острее любого клинка, а близость — сильнее любой магии.

Утром Юки действительно проснулся с ощущением, что его позвоночник превратился в раскаленный штырь. Каждый вдох отдавался тупой болью в пояснице, а мышцы протестовали против любого движения. Но когда он почувствовал рядом теплое тело Аанга и услышал его мерное, спокойное дыхание, на его губах появилась слабая, торжествующая улыбка.

Он потянулся рукой, чтобы коснуться лица спящего Аватара, и вдруг замер.

Сквозь молочную пелену в его глазах пробился тонкий, едва заметный луч света. Он не видел деталей, но он видел очертания. Он видел золотистый нимб утреннего солнца, играющий на лысой голове Аанга.

– Аанг... – прошептал он, и его голос дрогнул.

Аватар мгновенно открыл глаза, вскакивая.

– Что? Что случилось? Тебе плохо? Позвать Катару?

Юки медленно поднял руку и коснулся щеки Аанга, фокусируя взгляд на его серых глазах, которые наконец начали обретать четкость.

– Не зови ее, – Юки улыбнулся, и на этот раз в его улыбке была только нежность. – Я вижу тебя. Плохо, как через густой туман... но я вижу твою дурацкую улыбку.

Аанг замер, боясь пошевелиться, а затем из его глаз брызнули слезы радости. Он прижал Юки к себе, не обращая внимания на его тихий стон от боли в спине.

– Я же говорил... я говорил, что всё вернется!

– Вернулось, – подтвердил Юки, закрывая глаза и утыкаясь носом в плечо Аанга. – Но в следующий раз, Аватар, давай без такого фанатизма. Моя спина тебе этого не простит.

– Обещаю, – засмеялся Аанг, вытирая слезы. – Никакого фанатизма. Только любовь.

Юки хмыкнул, чувствуя, как тьма окончательно отступает, проигрывая свету, который они создали вместе. Белое пламя внутри него наконец утихло, превратившись в ровный, согревающий очаг. Путешествие длиной в восемь лет действительно закончилось здесь, в руках человека, который стал его зрением, его дыханием и его домом.