Запретный плод
Шепот безмолвного договора
Солнечный свет пробивался сквозь плотные шторы моей спальни, рисуя на полу длинные золотистые полосы. Я открыл глаза, и первое, что ощутил — непривычную пустоту рядом с собой. Простыни еще хранили тепло его тела, а в воздухе витал слабый аромат озона и мужского парфюма, смешанный с запахом недавней страсти.
Вчерашняя ночь казалась сном, если бы не ноющая тяжесть в мышцах и не та странная, почти болезненная полнота в груди, которой я не чувствовал с момента своего перерождения. Теневой Монарх не должен чувствовать привязанности. Теневой Монарх — это холод, расчет и бесконечная армия мертвых. Но Юки... Юки был моим живым исключением.
Я прислушался. Из кухни доносился негромкий шум: звон посуды, шипение сковороды и приглушенный напев какой-то мелодии. Мои тени, скрытые в углах комнаты, зашевелились, словно приветствуя пробуждение хозяина, но я жестом приказал им оставаться на местах. Сегодня мне не нужна была охрана.
Натянув домашние штаны, я вышел из спальни. Мои шаги были бесшумными — привычка охотника, ставшая второй натурой.
Юки стоял у плиты, спиной ко мне. На нем были только мои старые спортивные штаны, которые сидели на нем чуть ниже, чем нужно, открывая вид на ямочки на пояснице. Его широкие плечи, покрытые татуировками, двигались в такт его действиям. В утреннем свете он выглядел еще более нереальным — мускулистый, сильный, живой. Мой брат. Мой любовник. Мое проклятие.
Я подошел сзади, не давая ему времени обернуться, и обхватил его за талию. Мои руки сомкнулись на его крепком животе, и я с силой притянул его к себе, утыкаясь лицом в изгиб шеи. Кожа там была горячей и пахла мылом.
– Доброе утро, – прохрипел я, чувствуя, как он вздрогнул от неожиданности, но тут же расслабился, откидывая голову на мое плечо.
– Доброе, – отозвался он, и я почувствовал вибрацию его голоса всем телом. – Ты долго спал, Джинву. Я думал, великие охотники S-ранга просыпаются с первыми лучами солнца.
Я не ответил, лишь прижался губами к его шее, оставляя легкий, почти невесомый поцелуй чуть ниже уха. Юки тихо выдохнул, его рука накрыла мою, переплетая наши пальцы.
– Я ведь не просто охотник, – прошептал я, вдыхая его запах. – И вчерашняя ночь... она стоила того, чтобы проспать вечность.
Юки выключил плиту и медленно повернулся в моих руках, не разрывая объятий. Его ярко-синие глаза смотрели на меня серьезно, без тени той игривости, что была минуту назад. Он положил ладони мне на грудь, прямо над сердцем, которое сейчас билось только ради него.
– Джинву, нам нужно поговорить, – его голос стал тише. – Ты ведь понимаешь, что всё это... наши отношения... это нужно держать в секрете.
Я замер. Мои серые глаза, похожие на грозовую тучу, впились в его лицо. Я знал, к чему он клонит. Мир видел во мне героя, спасителя, символ надежды. И мир был крайне консервативен в своих ожиданиях.
– Знаю, – коротко ответил я. – Общество не поймет. Семья... мама...
– Дело не только в обществе, – перебил он, и в его взгляде мелькнула тень беспокойства. – Что ты будешь делать с Ча Хэ Ин? Весь интернет гудит о вас. Газеты, телевидение — все только и говорят о том, что вы вот-вот объявите о помолвке. Вас уже чуть ли не женили заочно.
Я почувствовал, как внутри меня шевельнулась раздраженная тень. Ча Хэ Ин. Талантливая, сильная, красивая женщина. Охотник S-ранга, которая действительно проявляла ко мне интерес. И я позволял этому интересу существовать, потому что это было удобно. Это была идеальная ширма для того, кем я стал на самом деле.
– Ча Хэ Ин — это просто часть образа, Юки, – я попытался смягчить тон, проводя ладонью по его щеке. – Она союзник. Сильный игрок на доске.
– Она женщина, которая на тебя смотрит так, будто ты — центр её вселенной, – Юки высвободился из моих объятий и отошел к окну, облокотившись на подоконник. – И все вокруг ждут этой свадьбы. Если ты сейчас резко отдалишься от неё, возникнут вопросы. А вопросы приведут к нам.
Я смотрел на его татуированную спину, на то, как напряжены его плечи. Ревность? Возможно. Но в его словах была горькая правда. Моя жизнь больше не принадлежала мне одному. Каждый мой шаг рассматривался под микроскопом.
– Ты боишься, что я выберу её? – спросил я, делая шаг к нему.
Юки обернулся, его губы искривились в горькой усмешке.
– Я боюсь, что у тебя не будет выбора, брат. Теневой Монарх может победить монархов, но сможет ли он победить ожидания миллионов людей? Если правда всплывет... это уничтожит твою репутацию. Тебя назовут чудовищем не из-за твоих сил, а из-за того, что ты спишь с собственным братом.
– Пусть называют, – отрезал я, и воздух в кухне внезапно похолодал. Мои глаза вспыхнули фиолетовым светом. – Мне плевать на их мнение. Я стер с лица земли угрозы, которые они даже вообразить не могли. Если кто-то посмеет осудить нас...
– Нет, Джинву! – Юки резко подошел ко мне и схватил за плечи, встряхивая. – Ты не можешь просто убить общественное мнение. Ты не можешь призвать легион теней, чтобы они заставили людей нас любить. Ты должен играть по правилам, хотя бы внешне.
Я смотрел в его синие глаза, в которых сейчас плескалась мольба. Он не за себя боялся. Он боялся за меня. За то, что я потеряю тот свет, в котором меня купал мир.
– Ты предлагаешь мне продолжать этот спектакль с Ча Хэ Ин? – мой голос прозвучал опасно тихо.
– Я предлагаю тебе быть осторожным, – Юки опустил руки, его плечи поникли. – Встречайся с ней, появляйся на публике. Пусть они думают, что всё идет по плану. А здесь... за этими дверями...
– Здесь ты будешь моим, – закончил я за него, снова притягивая его к себе.
Я прижал его спиной к холодильнику, нависая сверху всей своей массой. Мои 190 сантиметров роста против его таких же 190 — мы были равны физически, но моя внутренняя сила подавляла всё вокруг.
– Это будет больно, Юки, – прошептал я, касаясь своим лбом его лба. – Видеть меня с ней. Знать, что газеты пишут о нашей «любви». Ты уверен, что выдержишь это?
Юки закрыл глаза, его дыхание участилось.
– Я выдержу что угодно, пока я знаю, к кому ты возвращаешься ночью, – он открыл глаза, и в них снова была та самая решимость, которая заставила меня влюбиться в него. – Я — твоя настоящая тень, Джинву. Та, которую никто не видит, но которая всегда рядом.
Я поцеловал его — на этот раз медленно, тягуче, закрепляя наш негласный договор. Это был союз, заключенный в тайне, скрепленный страстью и обреченный на вечное скрывание.
– Я разберусь с Ча Хэ Ин, – пообещал я, отрываясь от его губ. – Я найду способ держать её на расстоянии, не вызывая подозрений. Но помни...
Я провел пальцем по его нижней губе, которая припухла от поцелуев.
– Если мне придется выбирать между миром и тобой, я сожгу этот мир дотла.
Юки улыбнулся — той самой легкой, мимолетной улыбкой, которая делала его лицо божественным.
– Не сожжешь. Потому что я тебе не позволю. А теперь ешь свой завтрак, Монарх. Остынет ведь.
Я смотрел, как он возвращается к плите, и чувствовал, как тьма внутри меня довольно урчит. Мы были связаны узами, которые были крепче крови и древнее магии. И пусть весь мир говорит о Ча Хэ Ин — правда принадлежала только нам двоим, скрытая в глубоких тенях моей квартиры.
– Юки, – позвал я, когда он уже раскладывал еду по тарелкам.
– М? – он обернулся.
– Надень футболку. Или я за себя не ручаюсь, и завтрак нам не понадобится.
Он рассмеялся — чистым, открытым смехом, который заполнил всю кухню, вытесняя остатки утренней тревоги. В этот момент я понял, что ради этого смеха я готов играть любую роль. Даже роль идеального героя, у которого нет тайн.