← Назад к обзору

Жена монарха

Кровь и тени

Прошел месяц с того дня, когда моя жизнь едва не превратилась в пепел из-за чужой одержимости. Месяц, который я провел в тени своей жены, восстанавливая то, что было почти разрушено. Ча Хэ Ин официально признали погибшей, её имя высекли на мемориале героев, и мир, как это часто бывает, быстро переключился на новые трагедии и триумфы. Для всех она осталась сияющим идеалом, а для меня — лишь поучительным уроком о том, что даже Монах может быть уязвим, если забудет о тех, кто держит его за руку.

Юми была великолепна. Она не просто простила меня — она заново выстроила наш мир. Сегодня утром она, сияющая своей неземной красотой, собрала Мину и отправилась к моим родителям. Мама всегда обожала Юми, а в Мине она и вовсе души не чаяла. Сухо и Мидун, ворча о несправедливости учебного процесса, ушли в школу.

Я остался в офисе гильдии, разгребая накопившиеся дела. За утро я успел закрыть трое врат ранга А, которые внезапно открылись в пригороде. Для меня это было не сложнее, чем смахнуть пыль с полки, но бюрократия после зачистки утомляла сильнее, чем сама битва.

Я сидел в своем кресле, глядя на город через панорамное окно, когда мой телефон на столе завибрировал. Я ожидал сообщения от Юми о том, как они добрались, но на экране высветилось имя Алекса.

Мой старший сын. Моя гордость и моя головная боль. В шестнадцать лет он уже обладал силой, превосходящей многих охотников S-ранга, но его дерзость часто шла впереди его благоразумия.

Я открыл сообщение, и мое сердце, которое, казалось, давно разучилось чувствовать страх, пропустило удар.

«Старик, помоги. Я не могу выйти на связь через систему, что-то блокирует сигнал. На меня напали. Я убил многих, но их слишком много, и они продолжают приходить. Я истекаю кровью. Координаты ниже...»

Мир вокруг меня на мгновение замер. Воздух в кабинете стал холодным, а тени в углах взметнулись вверх, отвечая на мой внезапный выброс ярости. Алекс. Мой сын. Кто-то посмел поднять руку на мою кровь.

Я не стал вызывать Игриса или Бера. Я сам рванул сквозь пространство.

Координаты привели меня в заброшенную промышленную зону на окраине города. Здесь пахло ржавчиной, гнилью и чем-то еще — едким запахом запретной магии, той самой, что блокирует связь и искажает восприятие.

Я вышел из тени посреди огромного склада. Зрелище, представшее моим глазам, заставило бы любого другого содрогнуться. Пол был усеян телами существ, которых я никогда не видел раньше — странные гибриды людей и демонических тварей, облаченные в черные лохмотья. Их было десятки, если не сотни.

В центре этого мясного цеха, прислонившись спиной к бетонной колонне, сидел Алекс. Его взъерошенные черные волосы слиплись от пота и крови, небесно-голубые глаза, так похожие на глаза Юми, были подернуты дымкой боли, но в них всё еще горел упрямый огонь. Его правая рука безвольно лежала на полу, а левой он сжимал глубокую рану на боку. Его футболка была пропитана алым, а фарфоровая кожа, унаследованная от матери, стала пугающе бледной.

Вокруг него стояло еще около десятка этих тварей, готовясь к последнему броску.

– Алекс! – мой голос прозвучал как раскат грома, от которого задрожали стены склада.

Твари обернулись, но у них не было шанса даже вскрикнуть. Моя воля обрушилась на них, буквально разрывая их на атомы. Я не использовал кинжалы, я просто стер их из существования силой своего присутствия.

В мгновение ока я оказался рядом с сыном.

– Отец... – Алекс попытался улыбнуться, но вместо этого закашлялся, и на его губах выступила кровавая пена. – Ты долго... Долго шел. Стареешь.

– Замолчи, – я опустился перед ним на колени, мои руки дрожали, когда я коснулся его плеча. – Не трать силы.

Я немедленно призвал магию исцеления. Зеленый свет окутал его тело, но, к моему ужасу, раны затягивались медленно. Слишком медленно.

– В их оружии... был яд, – прошептал Алекс, его веки начали тяжелеть. – Магический... он разъедает ману изнутри. Я не смог... не смог их всех...

– Ты сделал больше, чем достаточно, – я подхватил его на руки, чувствуя, какой он легкий и какой холодный. – Я здесь. Ты в безопасности.

– Маме... не говори, – он вцепился пальцами в мою толстовку. – Она... она их из-под земли достанет... и мне влетит за порванную куртку...

– Обязательно влетит, – я прижал его к себе, чувствуя, как внутри меня закипает ледяная, всепоглощающая ярость. – Но сначала я вылечу тебя.

Я вызвал Бера. Великий муравей-король материализовался мгновенно, его аура заполнила склад.

– Мой Повелитель! – Бер склонился в глубоком поклоне, но, увидев раненого молодого господина, издал яростный клекот. – Маленький принц! Кто посмел?!

– Бер, возьми его. Доставь в наш секретный медицинский блок. Используй все свои навыки исцеления. Если с его головы упадет хоть один лишний волос — я лично развею тебя по ветру.

– Будет исполнено, мой Повелитель! – Бер осторожно принял Алекса из моих рук. Его движения были на удивление бережными для такого монстра.

Как только они исчезли в тени, я выпрямился. Воздух вокруг меня начал плавиться. Я чувствовал остатки магии тех, кто напал на моего сына. Это не были обычные монстры из врат. Это были наемники, снабженные технологиями, предназначенными для охоты на высших существ.

Кто-то решил, что раз Ча Хэ Ин мертва, а я занят семьей, то Теневой Монах расслабился. Кто-то решил ударить по самому дорогому.

Я закрыл глаза, расширяя свое восприятие на весь город. Каждая тень стала моими глазами. Каждое колебание маны — моим слухом.

– Игрис! – позвал я.

Рыцарь вышел из моей тени, его доспехи тускло поблескивали в полумраке склада.

– Найди их, – приказал я, и мой голос вибрировал от мощи, которую я больше не собирался сдерживать. – Всех, кто причастен к этому нападению. Всех, кто поставлял им оружие и яд. Мне не нужны пленные. Мне нужны их души для допроса.

– Будет исполнено, мой Повелитель, – Игрис поклонился и растворился в темноте.

Я остался стоять посреди склада, залитого кровью моего сына. Мой телефон снова завибрировал. Сообщение от Юми.

«Мы у родителей, Мина уже ест бабушкины пирожки. Как дела у тебя? Алекс не берет трубку, он сказал, что пойдет на тренировку. Присмотри за ним, хорошо?»

Я смотрел на экран, чувствуя, как во мне борются два человека. Теневой Монах, готовый превратить этот мир в пепел ради мести, и муж, который не знал, как сказать своей фарфоровой богине, что их старший сын едва не погиб.

Я набрал ответ дрожащими пальцами: «Всё в порядке, милая. Алекс со мной, мы немного задержимся на тренировке. Не волнуйся. Люблю вас».

Я убрал телефон в карман. Мое лицо снова стало маской из холодного камня. Сегодня Сеул узнает, почему меня называют Монахом. Сегодня тени будут длинными, а крики — долгими.

Я вышел из склада, и за моей спиной здание просто схлопнулось, превратившись в груду строительного мусора под давлением моей гравитации.

Через десять минут я уже был в медицинском блоке. Бер трудился над Алексом, его руки двигались с невероятной скоростью, вытягивая черные нити яда из вен сына.

– Как он? – спросил я, подходя к операционному столу.

– Яд был сложным, мой Повелитель, – прострекотал Бер, не отрываясь от работы. – Создан специально против носителей вашей крови. Если бы вы опоздали на пять минут... Но сейчас он стабилен. Раны заживают. Ему нужен долгий сон.

Я выдохнул, чувствуя, как гора свалилась с моих плеч. Я подошел к сыну и коснулся его лба. Температура спадала, дыхание становилось ровным.

– Спи, боец, – прошептал я. – Папа разберется с остальным.

В этот момент из тени вышел Игрис. В его руке была зажата призрачная сфера — душа одного из нападавших.

– Повелитель, я нашел их логово. Это остатки радикальной группировки, считавшей, что охотники S-ранга — угроза человечеству. Они называют себя «Очищение». У них есть база в горах.

Я посмотрел на Игриса, и в моих глазах вспыхнуло фиолетовое пламя, которое заставило бы содрогнуться даже мертвых.

– «Очищение»? – я издал короткий, пугающий смешок. – Что ж, сегодня я проведу для них процедуру полного очищения от жизни.

Я обернулся к Беру.

– Оставайся с ним. Никого не впускать. Даже если придет Юми — придумай что угодно, но не давай ей увидеть его в таком состоянии, пока я не закончу.

– Слушаюсь, Повелитель.

Я шагнул в тень, и пространство вокруг меня исказилось. Через секунду я стоял на вершине заснеженной горы. Перед моими глазами был скрытый магическим щитом бункер.

Я не стал играть в скрытность. Я просто пошел вперед.

Магический щит лопнул, как мыльный пузырь, под тяжестью моего шага. Сирены взвыли, из дверей посыпались люди в черной броне, вооруженные высокотехнологичными винтовками.

– Огонь! – закричал кто-то, и в меня полетели сотни магических зарядов.

Я даже не замедлился. Заряды просто исчезали, не долетая до меня метра. Я поднял руку, и из земли вырвались сотни теневых шипов, пронзая нападавших.

– Вы тронули моего сына, – мой голос разнесся над горами, отражаясь эхом от скал. – Вы посмели пустить кровь в моем доме.

Я вошел внутрь бункера. Каждый коридор превращался в кладбище. Я не чувствовал жалости. Я видел бледное лицо Алекса и кровь на его руках. Эти люди хотели «очистить» мир от таких, как мы? Что ж, я покажу им, что такое истинная бездна.

В центральном зале я нашел их лидера. Это был пожилой мужчина с фанатичным блеском в глазах. Он сидел за пультом управления, лихорадочно пытаясь активировать какое-то устройство.

– Сон Джинву! – выкрикнул он, когда я вошел. – Ты — монстр! Твой сын — монстр! Вы не должны существовать! Мы создали оружие, которое убьет тебя!

– Ты ошибся, – я оказался перед ним в одно мгновение, хватая его за горло. – Мой сын — человек. Он любит клубничный торт, спорит с сестрой и делает татуировки втайне от матери. А вот я... я действительно монстр для таких, как ты.

Я сжал пальцы, и хруст шейных позвонков стал последним звуком, который он услышал.

Я уничтожил базу до основания. Ни одного документа, ни одной технологии, ни одной живой души не осталось после моего ухода. Тени поглотили всё, превращая высокотехнологичный бункер в пустую пещеру.

Когда я вернулся в медицинский блок, Алекс уже пришел в себя. Он сидел на кровати, обмотанный бинтами, и пытался пить воду, которую ему подавал Бер.

– О, вернулся, – Алекс посмотрел на меня, и в его глазах уже не было той боли. – Управился быстро. Мама звонила?

– Звонила, – я сел на край кровати. – Она ждет нас дома к ужину.

– Старик... – Алекс отвел взгляд. – Прости. Я облажался. Я думал, что справлюсь сам. Хотел доказать, что я уже взрослый охотник.

Я посмотрел на него и вдруг увидел в нем себя — того молодого парня Е-ранга, который лез в самое пекло, чтобы прокормить семью.

– Ты справился, Алекс. Ты выжил против армии, созданной специально для твоего убийства. Ты убил больше половины из них, будучи раненым. Это не «облажался». Это подвиг.

Алекс удивленно поднял на меня глаза.

– Правда?

– Правда. Но куртку твою жалко. Юми действительно будет ругаться.

Сын рассмеялся, и этот звук окончательно вернул мне самообладание.

– Слушай, пап... – он замялся. – То, что ты сделал с ними... это ведь из-за меня?

– Никто не имеет права трогать мою семью, Алекс. Никто и никогда. Это закон, по которому живет этот мир, пока я в нем существую.

Мы вернулись домой через пару часов. Алекс надел новую куртку, которую я успел купить по дороге, и старался не морщиться от боли в боку. Юми встретила нас на пороге. Она внимательно посмотрела на Алекса, потом на меня. Её небесно-голубые глаза сузились, сканируя нас с головы до ног.

– Почему у Алекса новая куртка? – спросила она, скрестив руки на груди. – И почему от вас обоих пахнет гарью и озоном?

Я замер. Алекс тоже окаменел. Противостоять армии наемников было проще, чем лгать этой женщине.

– Мы... э-э... зашли в новый тир для охотников, – выдавил я. – Там произошел небольшой сбой оборудования. Куртку задело искрой.

Юми подошла к Алексу, взяла его за подбородок и внимательно осмотрела его лицо. Потом она перевела взгляд на меня.

– Сон Джинву, – произнесла она тем самым тоном, от которого у Теневого Монаха начинали потеть ладони. – Ты ведь знаешь, что я чувствую, когда ты лжешь?

– Юми, всё в порядке, – я попытался улыбнуться.

Она вздохнула и вдруг обняла Алекса, прижимая его голову к своему плечу.

– Иди в душ, горе-охотник. И постарайся, чтобы Мина не увидела твои пластыри. Она расстроится.

Когда Алекс ушел, Юми повернулась ко мне. Её лицо было серьезным, а в глазах стояли слезы, которые она так старательно скрывала.

– Ты их убил? – спросила она тихо.

– Всех до единого, – ответил я, подходя к ней и обнимая за талию. – Они больше никогда не причинят ему вреда.

Юми уткнулась лицом в мою грудь.

– Спасибо, Джинву. Я знала, что что-то не так. Я чувствовала, как тень Алекса дрогнула. Но я верила, что ты успеешь.

Я гладил её по волосам, чувствуя, как напряжение окончательно покидает мое тело.

– Я всегда успею, Юми. Пока вы у меня есть, я буду самым быстрым и самым опасным существом во вселенной.

– Пойдем ужинать, – она отстранилась и вытерла глаза. – Сухо и Мидун уже съели половину закусок. И, Джинву...

– Да?

– Завтра ты купишь Алексу еще одну куртку. Эта мне не нравится. Цвет слишком мрачный.

Я улыбнулся. Моя фарфоровая королева снова была в своей стихии.

– Как скажешь, любимая. Всё, что захочешь.

Мы вошли в дом, где пахло уютом и едой. Маленькая Мина с криком «Папа!» бросилась мне навстречу, и я подхватил её, чувствуя, как её маленькие ручонки обхватывают мою шею.

В этот вечер мы сидели за столом всей семьей. Алекс старался не показывать боли, Сухо и Мидун наперебой рассказывали о школьных новостях, а Юми подкладывала лучшие кусочки мяса старшему сыну, делая вид, что не замечает его бледности.

Я смотрел на них и понимал: мой мир — это не легионы теней и не бесконечные сражения. Мой мир — это эти пять человек за столом. И ради них я готов быть монстром, богом или просто отцом, который покупает новые куртки.

А тени... тени всегда будут на страже. Потому что Сон Джинву никогда не забывает своих врагов. И он никогда не прощает тех, кто пытается разрушить его фарфоровый рай.