← Назад к обзору

Жреци джашина против нармальности

Кратчайший Путь к Просветлению

Подвал пропах сыростью, гнилой капустой и безысходностью. Тьма была густой, почти осязаемой, и единственным источником света служили два тускло тлеющих кончика трубок с «Дыханием Джашина». В этой промозглой тишине сидели три фигуры: два демона и их сломленная игрушка.

– Скучно, – первым нарушил молчание Хидан, выпуская в темноту кольцо фиолетового дыма. – Я, блядь, ненавижу ждать. Ждать — это как смотреть, как сохнет краска, только краска — это твоя собственная жизнь.

– Терпение, брат, – философски заметил Наруто, затягиваясь. – Ожидание — это тоже форма страдания. Это пытка неизвестностью. Наслаждайся моментом. Предвкушай хаос, который мы устроим.

Саске сидел на холодном бетонном полу у их ног, прикованный цепью к трубе. Он не двигался, не дышал, просто существовал. Его пустые глаза смотрели в темноту, но ничего не видели. Он был идеальным адептом новой веры — тем, кто познал абсолютную пустоту.

Внезапно сверху донёсся глухой, протяжный гул. Звук, который знала вся Коноха. Сигнал, возвещающий о начале второго этапа экзамена на чунина.

Наруто вскочил на ноги, и его глаза загорелись. – Слышал, брат?! Это салют! Салют в нашу честь! Лес Смерти открывает свои объятия!

– Наконец-то! – прорычал Хидан, вскакивая и разминая плечи. – Пора резать! Пора кромсать! Пора нести слово Джашина в массы заблудших зверушек!

– Пошли, псина! – Наруто дёрнул за поводок.

Саске безропотно поднялся, и его цепь загремела в тишине подвала. Они вышибли тяжёлую крышку люка и выскочили на залитую солнцем улицу, как три всадника апокалипсиса, вырвавшиеся из преисподней.

***

У ворот сорок четвертого тренировочного полигона, более известного как Лес Смерти, царила напряжённая атмосфера. Десятки команд генинов стояли, с тревогой глядя на огромные, запертые ворота и решётку, уходящую в небо. Воздух был наэлектризован страхом и предвкушением. Сенсеи давали последние наставления, кто-то проверял оружие, кто-то молча молился.

В эту гнетущую тишину они ворвались, как ураган. Наруто, Хидан и их ручной Учиха на поводке. Они не шли, они маршировали, расталкивая толпу.

– Дорогу верховным инквизиторам! – орал Наруто. – Расступитесь, грешники! Начинается священный крестовый поход!

Все шарахнулись от них. Генины из других деревень смотрели на эту сцену с отвисшими челюстями. Кто эти психи? И почему гений клана Учиха на поводке, как собака? Шиноби Конохи, уже наученные горьким опытом, просто отводили глаза и старались стать невидимыми.

Анко Митараши, стоявшая на крыше будки у ворот, скрипнула зубами. – Опять эти, – прошипела она. – Ну почему именно в мою смену?

Она спрыгнула вниз, приземлившись прямо перед троицей. – Так, клоуны, – процедила она, – правила для всех одни. Вы входите со всеми, получаете один свиток и ищете второй. Цель — башня в центре. Всё ясно?

– Правила для скучных, Анко-сан, – с улыбкой ответил Наруто, потрясая в воздухе двумя свитками — «Неба» и «Земли», которые они вчера украли. – У нас уже фулл-хаус. Так что мы просто пойдём в башню.

Лицо Анко побагровело. – ВЫ!.. Вы всё это время таскали их с собой?! Я думала, вы их уже сожгли или использовали как туалетную бумагу!

– Не богохульствуй! – строго сказал Хидан. – Это священные артефакты! Мы не могли так с ними поступить. По крайней мере, не до того, как они выполнят свою функцию.

– Открывай ворота, женщина! – потребовал Наруто. – У Джашина нет времени на эту вашу бюрократию!

Анко поняла, что спорить бесполезно. Проще было их впустить и надеяться, что их сожрёт какая-нибудь гигантская многоножка. – Ладно, валите, – махнула она рукой. – Но если выйдете из леса раньше, чем через пять дней, я вас дисквалифицирую!

– Договорились! – крикнул Наруто.

Чунины с видимой неохотой отперли огромные ворота. Троица вошла внутрь. За их спинами ворота с лязгом закрылись, отрезая их от остального мира.

Они оказались в сумрачном, влажном лесу. Гигантские деревья сплетались кронами высоко над головой, почти не пропуская солнечный свет. Пахло прелой листвой, сырой землёй и опасностью.

– Ух ты! – с восторгом сказал Наруто, вдыхая полной грудью. – Какая атмосфера! Прямо как в склепе! Мне нравится!

– Место охуенное, – согласился Хидан, с интересом оглядываясь. – Чувствую запах страха. Сотни маленьких, перепуганных душонок бегают где-то здесь.

Они прошли вглубь леса метров на сто. И остановились. – Ну и? – спросил Хидан, оглядываясь. – Где экшен? Где гигантские змеи? Где команды отморозков, которые хотят нас убить и забрать свитки?

– Понятия не имею, – пожал плечами Наруто. – Наверное, прячутся.

Они постояли ещё минуту. Потом ещё одну. Из звуков был только шелест листвы и жужжание каких-то насекомых. – Блядь, – протянул Хидан. – Это ещё скучнее, чем ждать в подвале. Там хоть темно было и воняло. А тут свежий воздух. Тошнит от него.

– Согласен, – кивнул Наруто. Его энтузиазм начал угасать. – Я думал, тут на каждом шагу будет смертельная ловушка, реки крови и горы трупов. А тут… просто лес. Скучный, зелёный, блядский лес.

Он задумался. Его мозг, работающий на смеси садизма, фанатизма и чистой гениальности, искал выход из этой унылой ситуации. И нашёл. – Брат! – его лицо озарилось. – А нахуя мы вообще идём пешком?!

Хидан непонимающе уставился на него. – В смысле?

– В прямом! – Наруто подпрыгнул от возбуждения. – Какая цель экзамена? Доставить два свитка в башню! Про то, КАК их доставить, ничего не сказано! Никто не запрещал использовать шуншин!

Хидан замер. На его лице медленно расплывалась улыбка, похожая на трещину в скале. – Пиздюк… Ты, блядь, гений.

– Я не гений, я пророк! – скромно поправил его Наруто. – Так, направление на башню — прямо. Расстояние — примерно десять километров. Плотность врагов на квадратный метр — удручающе низкая. Вывод: бежим!

– А этот? – Хидан кивнул на Саске, который так и стоял, глядя в никуда.

– А этот с нами! Он часть команды! Не бросать же его тут одного, он же заблудится.

Наруто схватил поводок покороче. – Так, псина, сейчас будет весело! Держись крепче! Брат, на счёт три! Раз… два… ДЖАШИН!

Они сорвались с места. Это было не похоже на бег. Это был полёт на сверхзвуковой скорости в полуметре от земли. Деревья, кусты, лианы — всё слилось в сплошную зелёно-коричневую полосу. Ветер свистел в ушах. Саске, которого Наруто тащил за собой, не бежал — он летел, едва касаясь земли носками сандалий, как жалкое подобие воздушного змея.

Несколько команд, которые только-только углубились в лес и с опаской осматривались, почувствовали лишь внезапный порыв ураганного ветра, который едва не сбил их с ног. Кто-то мельком увидел размытый оранжево-чёрный силуэт, пронёсшийся мимо с хохотом, но списал это на галлюцинации от стресса.

Через тридцать семь секунд после старта они остановились. Резко, как будто врезались в невидимую стену. Они стояли перед огромной, серой, уходящей в небо башней.

– Прибыли, – констатировал Наруто, отряхивая с плаща листья. Хидан огляделся. – И это всё? – разочарованно спросил он. – Я даже не вспотел.

Саске с глухим стуком упал на землю и остался лежать, тяжело дыша. Пробежка на такой скорости, даже в пассивном режиме, вымотала его.

– Ладно, пошли внутрь, – скомандовал Наруто.

Они вошли в башню. Внутри было огромное, гулкое помещение с надписью на стене. – «Если качеств небесных недостаёт, знанья обрети, к вершинам устремись. Если качеств земных недостаёт, по полям беги, телесной силой запасись…» – с трудом прочитал Наруто. – Какая-то заумная хуйня. Короче, открывай свитки, и всё будет.

Они встали в центре зала. – Готов, брат? – спросил Наруто, держа в одной руке свиток «Неба», а в другой — «Земли». – Давай уже, не тяни, – проворчал Хидан.

Наруто одновременно развернул оба свитка. Они вспыхнули ярким светом, иероглифы на них заплясали, и из свитков вырвался столб густого белого дыма. Когда дым рассеялся, на полу, кашляя, сидела Рин Нохара.

Она растерянно огляделась, потом её взгляд упал на Наруто и Хидана. Лицо её вытянулось. Она медленно поднялась на ноги, отряхивая одежду. – Только не говорите мне, – начала она усталым, обречённым голосом, – что вы уже здесь. Экзамен начался пять минут назад.

– Вообще-то, четыре с половиной, – поправил её Наруто. – Мы решили срезать. Лес — отстой.

Рин закрыла лицо руками. – Я так и знала. Я знала, что вы что-нибудь выкинете. И почему именно меня призвало? Почему не Какаши? Не Гая?

– Джашин-сама мудр, – пожал плечами Хидан. – Он посылает нам тех, кто больше всего нуждается в освящении.

Наруто внимательно посмотрел на Рин. – Сенсей, а вы чего такая… помятая? Выглядите так, будто вас только что вытащили из задницы гигантского слизня.

– Меня телепортировало сюда без предупреждения из госпиталя, где я пыталась привести в чувство Ибики! – сорвалась она на крик. – Он всё время бормочет про «божественную дрожь» и просит, чтобы его больше никогда не заставляли прикасаться к бумаге!

– О, так он познал истину! – обрадовался Наруто. – Это же прекрасно! Значит, наши труды не пропали даром!

Он подошёл к Рин ближе. – Но вы всё равно выглядите уставшей, сенсей. И немного… скучной. А скука — это грех. Мы не можем оставить это просто так. Нужна профилактика.

Глаза Рин расширились от ужаса. Она знала, что означает слово «профилактика» в их лексиконе. Она попятилась. – Нет… Наруто, не надо… Я не скучная! Я в ярости! Видишь?! Я киплю от злости!

– Неубедительно, – отрезал Хидан, преграждая ей путь к отступлению. – В твоей ярости нет огня. Одна только усталость.

– Нужно срочно принять меры, – кивнул Наруто. Он щёлкнул пальцами, и в его руке материализовался знакомый предмет. Не гигантское бревно, нет. Маленький, изящный, почти карманный вибратор, который он прихватил из борделя.

– Не бойся, сенсей, – ласково сказал он. – Это не для наказания. Это для профилактики. Чтобы взбодрить твой дух. Маленький разряд божественной энергии.

Рин попыталась бежать, но Хидан схватил её мёртвой хваткой. Её сопротивление было бесполезным. Они повалили её на пол.

– Быстро и почти не больно, – пропел Наруто, включая прибор. – Ну, для нас.

Процедура заняла не больше минуты. Рин лежала на полу, свернувшись в клубок и тихо всхлипывая. Наруто и Хидан стояли над ней с видом врачей, только что сделавших пациенту необходимую, но неприятную инъекцию.

– Вот, – с удовлетворением сказал Наруто. – Сразу видно, в глазах появилась искра жизни. И слёзы. Слёзы — это хорошо. Это очищение.

– Ладно, пошли отсюда, – скомандовал Хидан. – Жрать охота.

Они направились к выходу из башни. – Эй, псина, подъём! – Наруто пнул Саске ногой.

Тот медленно поднялся и поплёлся за ними.

У выхода их путь преградили двое чунинов в стандартной форме. – Стоять! – грозно сказал один из них. – Второй этап экзамена ещё не окончен. По правилам, вы должны оставаться в башне до истечения пятидневного срока.

Наруто и Хидан переглянулись. – Опять, – вздохнул Наруто. – Опять эти скучные люди со своими скучными правилами.

– Они что, не понимают, что правила придуманы для того, чтобы их нарушать? – прорычал Хидан. – Нарушение правил — это и есть служение хаосу! Служение Джашину!

– Похоже, им тоже нужен урок, – решил Наруто. – Урок теологии. Краткий курс.

Чунины не успели даже достать оружие. Хидан метнул в одного из них свою косу, которая намертво пригвоздила его к стене за одежду. Наруто, используя теневое клонирование, мгновенно окружил второго. Через пять секунд оба охранника были связаны и лежали на полу.

– Так, – Наруто достал из-за пояса плётку, которую они прихватили из класса Ируки. – Объясняю на пальцах. Точнее, на ваших задницах. Первое правило клуба Джашина: никаких правил!

Он с размаху опустил плётку на спину одного из чунинов. – Второе правило клуба Джашина: никаких, блядь, правил!

Хидан присоединился к нему со второй плёткой. – Третье правило: если кто-то говорит вам про правила, отпиздите его до тех пор, пока он не забудет само слово «правило»!

Они устроили короткую, но выразительную педагогическую порку. Когда они закончили, чунины лежали на полу, тихо постанывая.

– Надеюсь, урок усвоен, – сказал Наруто, убирая плётку. – Можете передать остальным. Экзамен для нас окончен. Мы идём ужинать.

Они перешагнули через тела и вышли из башни. Солнце уже клонилось к закату.

– Отличный день, брат, – сказал Наруто, потягиваясь. – Продуктивный. Прошли второй этап за пять минут, освятили сенсея для профилактики, отпиздили пару еретиков-охранников… Можно и отдохнуть.

Они неспешно побрели в сторону деревни. Саске молча плёлся за ними. В лесу, который должен был стать для них смертельным испытанием, они провели меньше десяти минут. Они не просто сломали правила экзамена. Они изнасиловали саму его идею и оставили её умирать в центральной башне.

***

На кухне резиденции Хокаге царил мрак. Не физический, но душевный. Взрослые сидели за столом, как на поминках. Минато и Саске, которых Кушина и Микото всё-таки привели в порядок, сидели с остальными. Но это были уже не те люди. Минато смотрел в одну точку, и его взгляд был пуст. Саске… Саске просто не было. Была только оболочка.

Дверь распахнулась, и на кухню ввалилась весёлая троица. – Мы дома! – провозгласил Наруто. – Мам, что на ужин? Мы чертовски голодны!

Никто не ответил. Они как ни в чём не бывало расселись за стол и принялись за еду. – День был просто охуенный! – с набитым ртом рассказывал Наруто. – Лес Смерти — полная лажа. Скукота смертная. Мы его за минуту пробежали. Потом встретили Рин-сенсея, провели ей экспресс-профилактику от уныния. Потом нам какие-то долбоёбы в форме пытались помешать уйти, пришлось преподать им краткий курс джашинизма с помощью плётки. В общем, всё как обычно.

Он доел свою порцию и посмотрел на Орочимару. Змеиный саннин сидел в углу и что-то увлечённо записывал в свой блокнот, изредка хихикая. – Орочимару-сенсей, – обратился к нему Наруто. – У нас к вам деловое предложение.

Орочимару поднял голову, и его глаза загорелись нездоровым любопытством. – Слушаю тебя, Наруто-кун.

– Мы тут подумали, – начал Наруто, и Хидан согласно закивал. – Мы уже испытали режущую боль, колющую, дробящую, вибрирующую… Но мы ещё не познали всей прелести вращательной боли.

– Вращательной? – переспросил Орочимару, и на его лице появилось выражение чистого, незамутнённого научного восторга.

– Ага, – подтвердил Наруто. – Короче. Мы хотим, чтобы вы нам жопу буром пробурили.

На кухне воцарилась такая тишина, что было слышно, как у Минато в голове лопаются последние нейроны. Кушина издала тихий звук, похожий на предсмертный хрип. Цунаде медленно сползла под стол.

Орочимару же вскочил на ноги. Его глаза горели, как два жёлтых прожектора. – ГЕНИАЛЬНО! – прошипел он. – Боже, как я сам до этого не додумался! Чистая, концентрированная, вращательная боль! Разрушение тканей на молекулярном уровне! Это… это новая эра в изучении болевых рецепторов!

– Ну так что, договорились? – спросил Хидан.

– Договорились?! – Орочимару был в экстазе. – Да я всю жизнь о таком мечтал! У меня как раз есть новый комплект буров из вольфрамовой стали с алмазным напылением! Для особо прочных материалов! Пойдёмте! Немедленно!

Он схватил Наруто и Хидана за руки и потащил их в сторону подвала, где уже оборудовал свою импровизированную лабораторию. – Мы начнём с малых оборотов, чтобы зафиксировать первичную реакцию нервных окончаний, а потом постепенно увеличим скорость! О, это будет великолепно!

Они скрылись за дверью. Через несколько минут из подвала донёсся визг работающей дрели, а затем — два голоса, слившиеся в экстатическом вопле, в котором было всё: боль, наслаждение, безумие и чистое, незамутнённое счастье.

На кухне, за столом, сидели сломленные люди и слушали эту песнь агонии. Джирайя молча достал свою флягу, открутил крышку и залпом выпил всё до последней капли. Потом посмотрел на пустую флягу, на своих товарищей, и тихо сказал в пустоту: – Пожалуй, пора бросать пить. Это уже не помогает.

Наруто и Хидан, уставшие, но довольные, вернулись из подвала только под утро. Дыры в их телах уже затягивались. Они молча прошли наверх, в свои комнаты. – Отличный день, брат, – сказал Наруто на прощание. – Продуктивный.

Хидан согласно хмыкнул. Они легли спать. И им снились новые, ещё более изощрённые способы нести в этот скучный, серый мир свет истинной веры. Свет боли.