← Назад к обзору

Жреци джашина против нармальности

Башня, Дилдо и Священный Бур

***

Подвал провонял отчаянием. Запах гнилой капусты, прокисшего вина и сырой земли смешивался с едва уловимым ароматом страха, оставленным предыдущими обитателями этого места — крысами. Наруто, Хидан и их молчаливый раб сидели в темноте, как три заговорщика, планирующие свержение мира. Мир ждал их наверху, готовясь к кровавому спектаклю под названием «второй этап экзамена на чунина».

– Скучно, брат, – нарушил тишину Наруто, лениво ковыряя пальцем щель между досками ящика, на котором сидел. – Пиздец как скучно. Мы сидим в этой вонючей дыре, как два праведника в борделе, а мир наверху живёт своей скучной, безболезненной жизнью!

– Скука – это тихая смерть души, – пробасил Хидан, тоскливо глядя на лезвие своей косы, тускло блестевшее в пробивающемся сквозь щели свете. – Это грех. Мы должны были остаться наверху и продолжить освящение. Вон та баба, Анко, у неё был такой вызывающий взгляд. Она так и просилась на ритуальный алтарь.

– Не, брат, ты не понял, – Наруто хитро прищурился. – Мы не просто так сбежали. Мы провернули аферу! Мы спиздили ключи от рая! Точнее, от Леса Смерти. Это… это стратегический ход! Мы проявили инициативу, а инициатива – это уже не скука!

– Десятая заповедь, – одобрительно кивнул Хидан. – «Если спиздил и ушёл – называется нашёл». Мне нравится.

Они помолчали. Сверху доносились приглушённые крики, топот ног, команды. Коноха готовилась к экзамену.

– А сколько ждать-то? – нетерпеливо спросил Хидан.

– Рин-сенсей сказала, в два часа. А сейчас, по ощущениям, где-то полдень, – Наруто зевнул. – Ещё часа два сидеть в этой помойке.

Он посмотрел на Саске. Тот сидел на полу, прислонившись спиной к холодной, влажной стене. Его глаза были открыты, но ничего не выражали. Он просто смотрел в темноту. Поводок лежал на полу рядом с ним.

– Эй, псина, тебе не скучно? – спросил Наруто.

Саске не ответил.

– Видишь? – Наруто повернулся к Хидану. – Он сломался. Он достиг нирваны безразличия. Это опасно. Если он не страдает, то в чём смысл его существования?

– Надо будет его встряхнуть, – согласился Хидан. – После экзамена.

Они дождались, когда звуки наверху стихли. Стало ясно, что все участники и наблюдатели переместились к сорок четвертому тренировочному полигону, печально известному как Лес Смерти.

– Пора, – сказал Наруто, поднимаясь. – Нас ждёт священная охота!

Они выбрались из подвала так же незаметно, как и забрались в него, и, крадучись по пустым переулкам, направились к огромной, обнесённой высоким забором территории.

***

Лес Смерти встретил их зловещей тишиной. Гигантские деревья, чьи кроны сплетались в плотный купол, почти не пропускали солнечный свет. Внизу царил вечный сумрак. Воздух был тяжёлым, влажным, пахнущим прелой листвой, грибами и чем-то неуловимо опасным. Из глубины доносились странные звуки: то ли крик неведомой птицы, то ли вой хищника, то ли чей-то предсмертный хрип.

– Охуенное местечко, – с благоговением прошептал Хидан, вдыхая полной грудью. – Здесь сам воздух пропитан болью. Столько поколений шиноби удобряли эту землю своими кишками. Чувствуешь? Это место силы!

– Да, атмосфера что надо, – согласился Наруто, с интересом разглядывая гигантского, размером с телёнка, паука, свисавшего с ветки. – Но есть одна проблема.

– Какая?

– Ходить придётся, – поморщился Наруто. – По этой грязи, через эти кусты. Искать другие команды, отбирать у них свитки… Это долго. Нудно. Скучно.

Хидан нахмурился. Он тоже не был фанатом долгих пеших прогулок, если они не заканчивались кровавой резнёй каждые пять минут.

– А мы знаем, куда идти? – спросил он.

– В центр, – ответил Наруто. – Там башня. Туда надо принести два свитка: Неба и Земли.

– И у нас оба, – догадался Хидан.

– Именно! – Наруто хлопнул себя по карману, где лежали украденные свитки. – Мы уже, по сути, прошли этот этап. Осталось только дойти до финиша.

Они постояли ещё минуту, слушая, как где-то вдалеке отчаянно закричал какой-то генин.

– Не, – решительно сказал Наруто. – В пизду. Я не собираюсь бродить по этому лесу несколько дней, как какой-то заблудившийся грибник. У нас есть дела поважнее. Ужин, например.

Он повернулся к Хидану. – Брат, держись за меня. Псина, за мной!

– Ты чего удумал, пиздюк?

– Шуншин но Дзюцу! Прямиком к башне! Это будет наш личный рекорд по прохождению Леса Смерти! Пять минут на всё про всё!

Это была наглая, кощунственная, но абсолютно гениальная в своей простоте идея. Обойти всю суть испытания, всю его сложность и опасность, просто потому что им было лень.

Хидан положил руку на плечо Наруто. Саске, услышав команду, подошёл и тоже коснулся плаща своего хозяина.

– Поехали! – крикнул Наруто.

Мир смазался. Деревья, лианы, тени и пробегающие мимо гигантские сороконожки слились в один зелёно-коричневый поток. Они неслись сквозь лес, как призраки, как сбой в системе, игнорируя все правила и законы этого места. Через несколько мгновений мелькание прекратилось.

Они стояли на поляне перед высокой, серой, цилиндрической башней.

– Прибыли, – с удовлетворением констатировал Наруто. – Быстро, эффективно, без лишней хуйни. Учитесь, салаги.

Они вошли внутрь. Башня была пуста. Густая пыль покрывала пол, а в воздухе висела тишина, нарушаемая лишь гулким эхом их шагов. В центре главного зала на стене висела большая табличка с какой-то нравоучительной надписью.

– «Если нет качеств небесных, добудь их. Если нет качеств земных, беги по полю», – прочитал Хидан. – Что за хуйню они тут пишут?

– Это для неудачников, – отмахнулся Наруто. – Для тех, кто приходит сюда через пять дней, без сил, без свитков и без половины команды. Типа, философская поддержка. А нам это не нужно. Мы победители. Давай, открывай.

Он достал оба свитка и положил их на пол. – Одновременно!

Они присели на корточки и одновременно развернули свитки Неба и Земли. Иероглифы на свитках вспыхнули ярким светом. По полу пробежали искры, воздух загудел, и прямо посреди зала заклубился густой белый дым.

Когда дым рассеялся, на полу, кашляя, сидела Рин Нохара. Она была в своей обычной форме джоунина-наставника, и её лицо выражало крайнюю степень недоумения.

– Что… где я? – пробормотала она, оглядываясь. Потом её взгляд упал на Наруто и Хидана. – Вы? Как вы уже здесь? Экзамен только начался!

Потом она увидела Саске, стоящего на поводке, и её лицо побледнело. – О, боже…

– Привет, Рин-сенсей! – весело помахал ей рукой Наруто. – А вот и вы! Мы уж думали, какой-нибудь старый хрыч из АНБУ появится. А тут вы. Приятный сюрприз!

– Что происходит? – Рин медленно поднялась на ноги, отряхивая пыль. – Почему я здесь?

– Ну, вы типа приз, – пояснил Хидан. – За то, что мы первые. Поздравляете победителей и всё такое.

Рин смотрела на них, и в её глазах плескался ужас осознания. Она поняла, что заперта. Заперта в пустой башне посреди Леса Смерти с двумя маньяками и их рабом.

– Так, отлично, – Наруто потёр руки. – С формальностями покончено. Теперь можно и по домам.

Он повернулся, чтобы идти к выходу. – Стоп, – вдруг сказал он, останавливаясь.

Он медленно обернулся и смерил Рин долгим, оценивающим взглядом. – Рин-сенсей, а вы ведь сейчас стали свидетельницей нашего чуда. Нашего триумфа. Мы прошли это испытание, наплевав на все правила. Это… это почти религиозный опыт.

– И? – с тревогой спросила Рин.

– И теперь вас нужно освятить, – закончил он, и его улыбка стала зловещей. – Профилактически. Чтобы вы, не дай Джашин, не заразились грехом сомнения или, что ещё хуже, не рассказали всем, как мы это сделали. Это должно остаться таинством.

– Наруто, не надо, – её голос дрогнул. – Пожалуйста.

– «Не надо» – это слова еретика! – рявкнул Хидан. – Конечно, надо!

Они двинулись на неё. Рин попыталась отступить, сложила печати для защитной техники, но они были слишком быстры. Хидан одним рывком обезоружил её, а Наруто с лёгкостью повалил на пыльный пол.

– Не бойся, сенсей, это не больно, – промурлыкал Наруто, нависая над ней. – Точнее, не очень. Это же профилактика. Для неё не нужны брёвна.

Он порылся в своей сумке и достал небольшой предмет. Гладкий, из розового пластика, он тихонько жужжал. Это был тот самый вибратор, который они конфисковали в борделе.

– Маленький, но эффективный, – с видом эксперта пояснил Наруто. – Для точечного духовного воздействия.

Рин забилась в его руках, но всё было тщетно. Хидан держал её мёртвой хваткой. – Во имя Джашина, очистись от скверны нормальности! – провозгласил Наруто.

Процедура была быстрой и унизительной. Когда всё закончилось, они отпустили её. Рин лежала на полу, свернувшись в клубок и тихо плача. Она не кричала. Она просто плакала от бессилия и омерзения.

– Вот, – с удовлетворением сказал Наруто, вытирая «инструмент» о её плащ. – Теперь порядок. Можно идти.

Они направились к выходу из башни. – Псина, за нами! – крикнул Наруто.

Саске, который всё это время неподвижно стоял в стороне, послушно поплёлся за ними.

Когда они открыли тяжёлые двери башни, их ждал сюрприз. На выходе, перегородив им путь, стояли трое чунинов-наблюдателей. Они, видимо, дежурили здесь на случай, если кто-то прорвётся слишком быстро.

– Стоять! – грозно сказал старший из них. – Второй этап ещё не окончен! Вы не можете покинуть башню!

Наруто и Хидан переглянулись. На их лицах было одинаковое выражение крайнего раздражения. – «Не можете»? – переспросил Наруто таким тоном, будто ему только что сообщили, что солнце вращается вокруг Земли. – Это ты сейчас кому сказал? Нам? Двум, блядь, пророкам новой эры? Ты сейчас попытался навязать нам свои жалкие, мирские правила?

– Вы мешаете нам идти ужинать, – добавил Хидан, и его голос был полон смертельной угрозы. – А мешать верующему принимать пищу – это тяжкий грех.

– Нам приказано никого не выпускать! – упёрся чунин.

– Ну что ж, – вздохнул Наруто. – Сами напросились. Брат, у нас незапланированный ритуал. Освящение бюрократов.

То, что произошло дальше, было не боем, а экзекуцией. Чунины даже не успели понять, что происходит. Они были сметены, связаны и брошены на пол у входа в башню.

– Так, просто убить их – скучно, – решил Наруто. – Они должны понести наказание за свою тупость и упрямство.

Хидан достал из-за пояса моток плёток, которые он всегда носил с собой. – Отличная идея. Публичная порка.

Они сорвали с чунинов жилеты и рубашки и начали их хлестать. Не сильно, не до крови. А так, унизительно. Словно наказывали непослушных детей.

– Раз! За то, что стоишь на пути прогресса! – удар. – Два! За слепое следование приказам! – удар. – Три! За то, что у тебя такое скучное лицо! – удар.

Чунины выли и извивались, но больше от унижения, чем от боли. Закончив, Наруто и Хидан оставили их лежать связанными и пошли дальше.

– Вот теперь точно всё, – сказал Наруто. – Домой. Жрать.

Они вышли из Леса Смерти, оставив за собой пустую башню с плачущей Рин и выпоротыми чунинами. День был продуктивным.

***

На кухне резиденции Хокаге царил апокалипсис. Тихий, домашний апокалипсис. Минато и Саске-старший так и лежали на полу, связанные и униженные. Их никто не развязал. Остальные сидели за столом, как призраки, глядя в пустоту. Какаши всё ещё сжимал в руке поводок, другой конец которого теперь просто валялся на полу.

Дверь распахнулась, и на пороге появились они. Весёлые, голодные и довольные собой.

– Мы дома! – провозгласил Наруто. – Что на ужин? Я умираю с голоду!

Никто не ответил. Наруто пожал плечами. Он подошёл к столу, отодвинул оцепеневшую Цунаде и сел на её место. Хидан плюхнулся рядом.

– А вы чего папашу не развязали? – с любопытством спросил Наруто, глядя на своего отца. – Нехорошо. Он же так и в туалет сходить под себя может. Хотя… это было бы дополнительным освящением. Ладно, лежите пока.

Они начали есть. Чавканье и стук вилок о тарелки были единственными звуками в этой гробнице.

– День сегодня просто охуенный, брат, – сказал Наруто с набитым ртом. – И в лесу побывали, и башню взяли, и людей хороших освятили. Продуктивно.

– Ага, – согласился Хидан. – Только чего-то не хватает. Какой-то вишенки на торте.

Наруто задумался. Он дожевал кусок мяса, проглотил и его глаза загорелись. – Точно! Я знаю, чего не хватает!

Он вскочил из-за стола и подбежал к Орочимару, который, как всегда, сидел в углу и что-то строчил в своём блокноте, время от времени бросая заинтересованные взгляды на лежащих на полу.

– Орочимару-сенсей! У нас к вам деловое предложение! – радостно объявил Наруто.

Орочимару поднял голову. На его лице была маска вежливого научного интереса. – Я весь во внимании, Наруто-кун.

– Нам нужно… техническое обслуживание, – Наруто потёр руки. – По высшему разряду. После такого насыщенного дня хочется чего-то особенного. Для души и тела.

– Конкретнее, – прошипел Орочимару, и его жёлтые глаза сузились.

– Нам нужно, чтобы вы пробурили нам задницы, – выпалил Наруто. – Буром.

На кухне воцарилась такая тишина, что было слышно, как пылинка падает на пол. Даже Минато, казалось, перестал дышать.

Орочимару замер. Его глаза медленно расширились. Но не от ужаса. От чистого, незамутнённого, детского восторга.

– Пробурить?.. – переспросил он шёпотом. – Буром?..

Он медленно встал. Его губы растянулись в самой счастливой и самой жуткой улыбке, которую кто-либо из присутствующих когда-либо видел.

– Какая… какая элегантная идея! – выдохнул он. – Какая чистота концепции! Исследование пределов регенерации и болевой стимуляции на клеточном уровне! Проверка устойчивости тканей к механическому вращательному воздействию! Сбор уникальных данных о реакции нервной системы на новый тип травмы! Наруто-кун, вы гений!

Он захлопал в ладоши. – Конечно! С превеликим удовольствием! У меня как раз есть в лаборатории прекрасный экземпляр бура с алмазным напылением! Я принесу!

И он, подпрыгивая от нетерпения, выбежал из кухни.

– Вот видишь, брат? – Наруто гордо повернулся к Хидану. – Настоящий учёный всегда поймёт настоящего верующего! У нас общие цели – познание истины через боль!

Через минуту вернулся сияющий Орочимару. В руках он держал большой, блестящий, медицинского вида бур.

– Так, кому первому? – деловито спросил он, подключая прибор к розетке.

– Давай мне! – вызвался Наруто. – Я сегодня заслужил!

Он без лишних слов спустил штаны и нагнулся, оперевшись руками о стол. – Давайте, сенсей! Не стесняйтесь! Мощность на максимум!

Орочимару включил бур. Раздалось низкое, угрожающее жужжание. – Начинаем эксперимент… – прошептал он, и его глаза горели огнём безумного творца.

***

Через полчаса всё было кончено. Наруто и Хидан, с абсолютно счастливыми и умиротворёнными лицами, сидели за столом и пили чай. Орочимару, весь в крови, но с блаженной улыбкой, сидел рядом и лихорадочно строчил в блокноте, бормоча что-то про «феноменальную скорость регенерации слизистой» и «потенциал для создания нового поколения пыточных инструментов».

– Ух, хорошо, – сказал Наруто, ставя чашку. – Вот теперь день действительно удался. Можно и спать.

– Ага, – согласился Хидан, зевая. – Завтра третий этап. Надо быть в форме.

Они встали. – Спокойной ночи, грешники, – бросил Наруто через плечо оцепеневшим зрителям. – И не забудьте развязать папашу с его новым другом. А то они до утра так пролежат, заскучают.

И они, насвистывая, пошли наверх, в свои комнаты.

На кухне остались живые мертвецы. И два сломленных тела на полу. И запах крови, озона и абсолютного, беспросветного безумия. Коноха погружалась во тьму, и эта тьма весело насвистывала, поднимаясь по лестнице спать.