Жреци джашина против нармальности
Борт номер 666: Выборы и Турбулентность
***
Самолёт, это уродливое дитя инженерного безумия и чистого хаоса, названное «Авиа Похоронка», летел. Он летел, потому что законы физики, логики и здравого смысла, взглянув на его конструкцию, просто сдались и ушли в запой. Внутри, в салоне, собранном из кусков резиденции Хокаге и старых шкафов, царила тишина. Не гнетущая, не скорбная. Просто пустая. Парализованные тела легенд Конохи, привязанные к креслам, были лишь декорациями.
Наруто сидел в кресле пилота, которое он соорудил из трона своего отца, и скучал. Он дёргал за штурвал-велосипедный руль, заставляя самолёт вилять из стороны в сторону, но даже крики ужаса, доносящиеся из грузового отсека, где катались незакреплённые инструменты Орочимару, не приносили былой радости.
– Скучно, – констатировал он, обращаясь к Хидану, который сидел в кресле второго пилота и пытался научить Току новым матерным частушкам.
– Согласен, блядь, – кивнул Хидан. – Эти овощи даже не дёргаются. Никакого интерактива.
– Точно! – осенило Наруто. – Интерактив! Нам нужна демократия!
Он вскочил со своего трона, подбежал к парализованным пассажирам и, сложив одну-единственную печать, снял с них технику всеобщего паралича. – Фуин: Свобода Волеизъявления! – торжественно объявил он.
Тела шиноби обмякли, а затем начали медленно приходить в себя. Первые судорожные вдохи, первые осмысленные, полные ужаса взгляды. Они могли двигаться. Но были всё ещё привязаны к креслам.
– Итак, господа грешники и дамы-маринады! – Наруто прокатился по проходу на офисном стуле. – На борту нашего прекрасного лайнера объявляется первая в истории священная демократическая процедура! Мы выбираем пилота!
Он раздал всем листовки, наспех нарисованные углём на вырванных страницах из блокнота Орочимару. Кандидатов было пятеро.
**Кандидат №1: Наруто Узумаки.** На рисунке он был изображён в виде сияющего ангела с нимбом из колючей проволоки. Слоган: «Долетим с ветерком! Возможно, по частям, но весело!»
**Кандидат №2: Хидан.** Грубый шарж изображал его с косой и в платье принцессы. Слоган: «Голосуй или освящу! Выбор за тобой, ублюдок!»
**Кандидат №3: Бобик.** Собака была нарисована с куриной ножкой в зубах и в лётном шлеме. Слоган: «ГАВ! (За этим словом стоит мудрость веков и обещание стабильности)».
**Кандидат №4: Барсик.** Изображение кота было подозрительно реалистичным и аристократичным, с моноклем и плёткой. Слоган: «Порядок через боль. Дисциплина через унижение. Мяу».
**Кандидат №5: Тока.** Попугай с пиратской повязкой на глазу и бутылкой рома. Слоган: «Тысяча чертей! Я хотя бы умею летать! Каррамба!»
– Голосование тайное! – проорал Наруто, раздавая всем огрызки карандашей. – Но я всё вижу, так что голосуйте правильно!
Взрослые, с дрожащими руками, смотрели на эти листки безумия. Это был очередной фарс, очередное издевательство. Но что-то в их глазах уже изменилось. Терапия Шизуне и ледяная ярость Тобирамы не прошли даром. Они больше не были просто жертвами. Они были заговорщиками.
– А пока вы тут думаете, – сказал Наруто, – нам, пилотам, надо обсудить предвыборную программу. И покурить.
– Где мы курить-то будем? – удивился Хидан. – Тут же, блядь, всё из дерева! Сгорим нахуй!
– Мы выйдем на крыло! – гениальная идея, как всегда, пришла Наруто в голову мгновенно.
Он распахнул дверь самолёта. Поток ледяного ветра ворвался в салон. Пятеро кандидатов — Наруто, Хидан, Бобик, Барсик и Тока — один за другим вышли на вибрирующее крыло и уселись, свесив ноги в пропасть.
– А чтобы вам тут не было скучно, пока мы на совещании, – крикнул Наруто оставшимся в салоне, – мы вас развяжем! Играйте, веселитесь, только самолёт не ломайте!
С этими словами он щёлкнул пальцами, и невидимые путы, державшие взрослых, испарились. – О! И ещё! – он заглянул обратно в салон. – Чтобы вы не натворили глупостей и не попытались посадить нашу птичку без лицензированного пилота, мы примем меры предосторожности!
Он схватил Орочимару, который с научным интересом рассматривал конструкцию крыла, и зашвырнул его в кабину пилота. – Модернизируй там всё, змей! Поставь пушки, лазеры, катапульту с дерьмом! И запрись изнутри! Чтобы никто не мешал!
Дверь в кабину захлопнулась и с лязгом задвинулась на несколько титановых засовов, которых раньше там не было. Самолёт остался без управления. Он просто летел по прямой, слегка покачиваясь.
– Ну вот, – сказал Наруто, усаживаясь на краю крыла рядом с Хиданом. – Теперь порядок. Можно и о смысле жизни подумать.
***
В разрушенной резиденции Хокаге, среди обломков мебели и разбитых надежд, Шизуне наконец смогла перегрызть свои путы. Она была одна. Брошенная. Забытая. Но не сломленная. Её профессиональный гнев требовал выхода.
– Они думают, что сбежали, – прошептала она, растирая затёкшие запястья. – Они думают, что я просто буду ждать. Глупцы.
Она сложила печати, но это была не медицинская техника. Это было древнее, почти забытое призывное дзюцу. Она прикусила палец и ударила ладонью по земле. – Техника Призыва: Армия Подземных Строителей!
Земля задрожала. Но из дыма появились не гигантские жабы или змеи. Из-под земли, как армия демонов, полезли крысы. Но это были не обычные грызуны. Ростом с хорошего пса, с бугрящимися под серой шерстью мышцами, в крошечных строительных касках и с миниатюрными инструментами в лапах. Они смотрели на Шизуне с немым обожанием, как на свою королеву.
– Привет, мальчики, – улыбнулась она холодной, мстительной улыбкой. – У мамочки для вас есть работа. Нам нужно построить самолёт. Истребитель. С пулемётами, ракетами и одной очень большой, очень острой бурильной установкой. И чтобы валерьянкой пах. Нам нужно догнать одних плохих парней.
Вожак крыс, гигантский пасюк с мускулатурой бодибилдера и шрамом через всю морду, выступил вперёд и отдал честь, приложив к каске крошечный мастерок. Работа закипела.
***
На борту «Авиа Похоронки» царил управляемый хаос. После того, как Наруто и Хидан вернулись с крыла, устав от философских диспутов о том, является ли боль доказательством существования или существование доказательством боли, они решили, что их лайнер недостаточно брутален.
– Это не самолёт, а летающий дом престарелых! – заявил Наруто. – Нам нужен боевой дирижабль! Летающая крепость!
Он снова обратился к своим «пассажирам», которые сбились в кучу в хвосте самолёта, с ужасом наблюдая за происходящим. – Так, мужики! Праздник кончился! Вы все мобилизованы на священную стройку!
Минато, Джирайя, Какаши, Хаширама и другие мужчины-шиноби были выдернуты из толпы. На их запястья и лодыжки нацепили тяжёлые кандалы, которые Орочимару предусмотрительно оставил в грузовом отсеке.
– Вы будете нашими рабами! – радостно объявил Хидан, раздавая им молотки и пилы. – А чтобы вы лучше работали, у нас есть мотивация!
Барсик, с плёткой в лапе, взобрался на груду ящиков. – Я ваш новый прораб, – промурлыкал он. – Любое неповиновение, любой косой взгляд, любая жалоба — и вы познакомитесь с моим методом кнута и… кнута. Пряников не будет. Начинайте!
Под щелчки плётки и унизительные комментарии кота, легенды мира шиноби начали прикручивать к фюзеляжу листы брони, вырезанные из остатков их же собственных домов. Орочимару, из запертой кабины, по громкой связи давал ценные указания: – Левее, Минато-кун! Ты прикручиваешь бронепластину вверх ногами! Джирайя, не отвлекайся, нам нужно усилить левое крыло, иначе при первом же вираже оно отвалится! Какаши, перестань читать свою книжку и подай мне вон тот плазменный резак!
Женщины остались не у дел. – А с вами что делать? – задумался Наруто, глядя на Кушину, Цунаде и Мито. – Вы для работы слишком хрупкие. И в вас ещё наш божественный напиток настаивается. Нельзя вас трясти.
– Пусть будут стюардессами! – предложил Хидан.
– Точно! – Наруто снова провёл голосование. Единогласно, под дулом косы Хидана, на должность «Верховной Стюардессы и Хранительницы Нектара» была избрана Цунаде. Ей выдали короткую юбку, которую она в последний раз носила лет тридцать назад, и поднос с пустыми стаканами.
Затем выбирали кока. Путём честного и открытого голосования (Наруто просто ткнул пальцем) на эту должность был назначен Бобик. Его рабочее место оборудовали в хвосте самолёта, выдав ему кастрюлю и поварёшку. Он тут же начал «готовить», с энтузиазмом смешивая в кастрюле гвозди, смазочное масло и свои слюни.
Самые жаркие дебаты разгорелись вокруг должности капитана. Каждый из пяти членов «банды» считал себя достойнейшим. – Я придумал этот самолёт! – орал Наруто. – А я ваш духовный лидер, блядь! – ревел Хидан. – Я единственный, кто умеет летать! – каркал Тока. – Я самый красивый, – лениво зевал Барсик. – ГАВ! – веско аргументировал Бобик.
Голосование зашло в тупик. В итоге, после долгих споров, было решено, что капитанами будут все пятеро. Они нацепили на себя фуражки, отобранные у охраны Хокаге, и с важным видом уселись на крыше самолёта, свесив ноги и размышляя о дальнейшей судьбе мира.
***
А в это время в самом тёмном и дальнем углу грузового отсека, за ящиками с инструментами Барсика, сбились в кучку те, кто ещё мог мыслить. Мужчины, измождённые рабским трудом. Женщины, униженные до предела. Легенды, ставшие посмешищем.
– Мы должны что-то делать, – прошептал Минато, потирая натёртые кандалами запястья. Его рука, прокушенная Бобиком, всё ещё болела.
– Что? – глухо спросил Джирайя. – Что мы можем сделать? Они бессмертны. Они безумны. А мы… мы их рабы.
– Он прав, – вздохнул Хаширама. – Нас превратили в скот. Даже моя древесная техника бессильна против этого кота с плёткой. Он пригрозил, что если я выпущу хоть одну веточку, он заставит меня удобрять её лично.
– Не сдаваться! – голос Тобирамы был тих, но в нём звенела сталь. – Они совершили ошибку. Они дали нам время. Они дали нам возможность говорить.
– И о чём нам говорить? – усмехнулся Какаши, пряча лицо за воротником. – О том, как нас будут пытать в следующий раз?
– О плане побега, – отрезал Тобирама. – Слушайте меня внимательно. Они — хаос. А мы — порядок. Мы не можем победить их силой. Но мы можем победить их разумом. Наша цель — не самолёт. Наша цель — кабина пилота. Там Орочимару. Он — ключ.
– Но кабина заперта, – возразила Кушина, которая принесла им воды под видом исполнения обязанностей стюардессы.
– Любой замок можно вскрыть, – глаза Тобирамы блеснули в полумраке. – Они думают, что играют с нами. Они не понимают, что теперь мы играем с ними. Наша задача — притворяться. Притворяться сломленными, покорными, тупыми рабами. Мы будем выполнять все их приказы. Мы будем участвовать в их идиотских голосованиях. Мы будем аплодировать их спектаклям. А сами, по миллиметру, по крупице, будем готовить свой ответ.
Он обвёл всех тяжёлым взглядом. – Они хотят хаоса? Мы дадим им его. Но это будет наш, контролируемый хаос. Они хотят играть в демократию? Отлично. Мы будем голосовать. И на следующем голосовании мы изберём капитаном того, кого нужно. Мы устроим бунт на этом ковчеге отчаяния. И мы вернём себе всё, что у нас отняли. С процентами.
В углу грузового отсека, под звуки ударов молотков и щелчков плётки, рождался заговор. Заговор сломленных, но не покорённых. Ярость, долгое время копившаяся в их душах, начала обретать форму. Форму холодного, расчётливого и беспощадного плана.
На крыше самолёта Наруто и Хидан смотрели на проплывающие под ними облака. – Слушай, а в чём вообще смысл? – вдруг спросил Наруто. – Ну, вот этого всего. Боль, страдания, унижения…
– А хуй его знает, – честно ответил Хидан. – Но это пиздец как весело, правда?
– Правда, – согласился Наруто.
Они не знали, что под ними, в трюме их летающей тюрьмы, веселье только начиналось. И оно обещало быть совсем не таким, как они себе представляли.