Зимние волки. История Гражданина
Холодная Жатва
***
Порывистый ветер швырял в лицо ледяную крошку. Метель, их главный союзник, выла и стонала, превращая мир в ревущий белый хаос. Под этим прикрытием отряд «Зимние волки», одетый в темно-серые нанокостюмы, сливавшиеся с сумерками, двигался подобно стае призраков. Они спускались по склону, пробираясь сквозь корявые, засыпанные снегом лиственницы и черные, как клыки, скальные выступы. Впереди, в долине, тускло светились огни захваченной станции «Вершина-7» — рана на девственно-белом теле тундры.
Они подошли к периметру. Простой забор из сетки-рабицы, увенчанный колючей проволокой, — слабая преграда, но штурмовать его шумно и глупо.
– Яга, Синеглазка, сможете перелететь? – мысленно спросил Лёня.
– Сможем, командир, – откликнулась молодая ведьма, – но метла в такую погоду — что бумажный змей. Снесет к чертям.
– Тогда план «Б», – решил Лёня.
Он шагнул к забору. Закрыв глаза, он сосредоточился, протягивая невидимые нити Дара Единства к Снежинке и Эльзе, что была за тысячи километров, но чья сила навсегда осталась в нем. Его ладонь, не касаясь металла, замерла в нескольких сантиметрах от сетки. Воздух вокруг руки заискрился, пошел инеем. Сетка-рабица мгновенно покрылась толстым слоем льда, который с громким треском, похожим на выстрел, разорвал стальные звенья. Образовался широкий, оплавленный холодом проход.
– Чисто, – бросил он. – Проходим.
«Волки» один за другим бесшумно проскользнули на территорию базы. Здесь ветер был чуть тише, приглушенный строениями. Лёня взмахом руки раздал последние указания.
– Снежинка, ваша группа — на ту сопку. Снайперские гнезда. Прикрываете нас. Гензель, Гретель, Яга, Котофей, Синеглазка — за мной, к складам. Герда, ваша группа — к радиовышке. Работаем по плану. Связь телепатическая. Пошли.
Группы разошлись, растворяясь в метели. Снежная Королева, или Снежинка, вместе с дочерью Айлой и двумя бывшими пиратами, Андерсоном и Харольдом, словно тени, скользнули к каменистому холму, нависавшему над базой. Заняв позиции среди валунов, они достали из «Закипсов» свое оружие. Это были не просто винтовки, а произведения искусства — крупнокалиберные СВЛК-14С «Сумрак» и бесшумные «Винторезы», оснащенные сложнейшей оптикой, способной видеть и в темноте, и в метель, и сквозь стены. Четыре ангела смерти заняли свои места в этом ледяном театре.
Тем временем группа Лёни двигалась вдоль темных, безмолвных складов. Дар прозрения рисовал в их сознании точную картину: два боевика курили у дальнего угла ангара, еще один патрулировал вертолетную площадку.
– Гензель, Гретель, двое у угла — ваши, – мысленно скомандовал Лёня. – Яга, Синеглазка, патрульный у вертолета. Я и Катя — в прикрытии. Работаем.
Брат и сестра, бывшие агенты, двигались синхронно, как единый организм. Они обошли склад с двух сторон. Два едва слышных щелчка — и в шеи боевиков вонзились метательные ножи. Они рухнули в сугроб, даже не пискнув. Одновременно с этим Яга, пробормотав короткое заклинание, взмахнула рукой. Воздух вокруг патрульного сгустился, превратившись в липкую, невидимую паутину. Он замер на полушаге, пытаясь закричать, но звук застрял в горле. Синеглазка, выскользнув из тени, одним точным ударом рукояти кинжала в основание черепа отправила его в вечный сон.
Путь к складам был чист.
– Осматриваем, – приказал Лёня. – Ищем заложников. Быстро.
Они разделились, заглядывая в каждое окно, проверяя каждую дверь. Большинство складов были забиты геологическим оборудованием, ящиками с образцами породы, бочками с горючим. Но один, самый большой, был заперт на массивный амбарный замок.
Именно возле него и замерла Яга. Она прижалась к обледенелой стене, её лицо исказилось.
– Что там? – спросила Катя.
– Смерть, девонька, – глухо ответила ведьма. – Много смерти. Холодной. Недавней.
Она подлетела на своей метле к небольшому, заиндевевшему окошку под самой крышей. Протерев стекло рукавицей, она заглянула внутрь. И отшатнулась, едва не свалившись.
– О боже мой… – выдохнула она, и её голос в телепатической сети прозвучал как удар колокола. – Вот почему… вот почему стоит остерегаться людей. Особенно таких вот…
Её мысленный крик достиг каждого члена отряда.
– Гражданин. Волки. Боюсь, мы опоздали, – её голос дрожал от ужаса и ярости. – Я вижу трупы. Десятки трупов. Мужчины, женщины… в белых халатах. Ученые. Сложены, как дрова.
В голове Лёни на мгновение наступила звенящая тишина. А потом её сменил низкий, яростный гул. Он видел это раньше. В Буче. В Оргастре. И вот теперь здесь, на своей земле.
– Грязные черти, – прошипел он, сжимая автомат так, что побелели костяшки. – Будьте вы все прокляты!
– Продолжаем работу! – его голос стал холодным и острым, как осколок льда. – Всем занять позиции на крышах. Ждем.
Словно мстительные горгульи, они забрались на плоские крыши складов, сливаясь с заснеженной поверхностью. Теперь вся центральная площадь была у них как на ладони.
***
В это же время группа Герды добралась до радиовышки. Ажурная металлическая конструкция, облепленная снегом и утыканная антеннами, уходила в ревущую темноту. Рядом с ней стоял небольшой фургон-радиостанция, из трубы которого вился дымок.
– Я займусь вышкой, – прошептала Альфида с хищной улыбкой. – Вы, сухопутные крысы, разберитесь с будкой.
Пока пиратка, ловко, как обезьяна, карабкалась по обледенелым балкам, прикрепляя к узловым точкам пластиковые брикеты С-4, Герда, Кай и Роллан подкрались к фургону. Герда прислушалась. Внутри — четыре сердцебиения. Четыре голоса, лениво переговаривающихся о чем-то.
– Готовы? – спросила она.
Кай и Роллан кивнули.
– Роллан, дверь. Кай, мы входим. Используем «замедление».
Роллан, набрав побольше воздуха, с разбегу ударил плечом в хлипкую дверь. Замок вылетел с треском. В ту же секунду для Герды и Кая мир замедлился. Крик удивления одного из радистов растянулся в низкий гул. Чашка с горячим чаем, вылетевшая из его рук, застыла в воздухе, разбрызгивая капли, похожие на янтарные бусины. Четверо боевиков, пытавшихся схватиться за оружие, двигались как в густом киселе.
Герда и Кай были молниями. Два выстрела из пистолетов с глушителями. Еще два. Четыре тела мешками осели на пол, так и не поняв, что произошло.
– Чисто, – выдохнула Герда, когда мир снова набрал обычную скорость.
Пока Роллан испуганно озирался на результат их работы, а Альфида спускалась с вышки, Кай уже рылся в бумагах на столе.
– Лёня, говорит Кай, – передал он по телепатической связи. – Я нашел кое-что. Накладная. Похоже, этот вертолет только что доставил им новую партию взрывчатки. Судя по маркировке… С-4, производство США. НАТОвский стандарт.
Он перевернул несколько листов.
– И еще записка. Корявым почерком. «Груз доставлен. Можете начинать подготовку к вскрытию. Вход должен быть открыт до рассвета». Повторяю: «вскрытие», «вход».
– Принял, Кай, – отозвался Лёня. – Информация подтверждается. Заминировали?
– Так точно, командир, – отчиталась Альфида, похлопывая по детонатору в руке. – Жду вашего фейерверка.
– Ждите. Конец связи.
***
Лёня и Катя, оставив группу на крышах, скользнули к главному зданию станции. Это был длинный, одноэтажный барак, в окнах которого горел свет. Они обошли его, заглядывая в каждое окно. Внутри было пусто, но царил страшный беспорядок: перевернутая мебель, разбросанные бумаги, разбитая аппаратура. Похоже, здесь кого-то искали. И нашли.
Двух дозорных у входа они сняли так же тихо, как и остальных. Лёня при помощи дара прозрения просканировал здание. Пусто. Почти. Одна тепловая сигнатура в самом большом помещении.
– Иду один. Прикрывай, – сказал он Кате.
– Пойдем вместе, – твердо ответила она. – Мы всегда вместе.
Они вошли внутрь. В большом холле, служившем, видимо, и столовой, и комнатой отдыха, горели две пустые двухсотлитровые бочки, превращенные в импровизированные печи. Между ними, спиной ко входу, стоял человек в расстегнутой армейской шинели поверх бронежилета и грел руки над огнем. Голова его была абсолютно лысой и блестела в свете пламени. Это был не Марганцов.
– Брось оружие! – голос Лёни был тверд как сталь. Ствол его автомата смотрел точно в затылок незнакомцу. – Руки за голову! Живо!
Человек медленно поднял руки, даже не обернувшись.
– Ох, блин, – произнес он неожиданно мягким, почти интеллигентным голосом. – А я уж думал, не придете. Заждался. Вы меня чуть не напугали.
Он медленно повернулся. Лицо у него было обычное, ничем не примечательное, если не считать усталой, ироничной улыбки в уголках губ. Он безропотно пнул в сторону свой автомат и поднял руки.
– Где заложники? – спросил Лёня, не опуская оружия.
– Заложники? – лысый удивленно вскинул брови. – Какие заложники? Ах, вы про ученых… Так нет их больше. Неэффективный элемент. Отказались сотрудничать. Пришлось утилизировать.
– Кто вы? Кто вами руководит? Где Марганцов? – чеканил вопросы Лёня.
– А что, если я и то, и другое, и третье ни фига не знаю? – мягко улыбнулся лысый.
– Тогда я могу снести твой чердак к чертям собачьим и заняться твоими дружками-дебилами! – прорычал Лёня.
– Можете, – легко согласился тот. – Но не лучше ли сначала поговорить? Узнать, так сказать, мотивацию противника. Это ведь так по-вашему, по-правильному.
Он достал из кармана шинели пачку сигарет и закурил, не спрашивая разрешения.
– Вы, ребята, всё делаете не так, – он выпустил струю дыма. – Вы пытаетесь сохранить этот мир. А его не нужно сохранять. Его нужно вскрыть, как консервную банку. Вычистить всю гниль, что накопилась за тысячелетия. Мы не убиваем. Мы творим историю.
– Историю из трупов невинных людей? Стариков, женщин, детей? – с отвращением сказала Катя.
– Жертвы неизбежны, милая леди, – поправил её лысый. – Мы ищем то, что люди за последние сотни, а то и тысячи лет искали и не смогли найти. Ключ. Источник. Называйте как хотите. То, что спит под этой промерзшей землей. А мой босс, господин Марганцов, как вы его называете, — он не просто террорист. Он — визионер. У него много друзей. Очень влиятельных друзей. И за границей тоже. Людей, которые устали от этого мира и готовы заплатить любую цену, чтобы построить новый.
– Всякая грязная мразь платит вам грязные деньги за убийства граждан, – процедил Лёня. – Вы просто подлые, безбожные ублюдки.
Лысый усмехнулся и вдруг повернулся к ним спиной, снова протягивая руки к огню.
– Возможно, – бросил он через плечо. – Но знаете, что самое забавное? Кто-то очень могущественный тоже хочет заполучить то, что мы ищем. И этот кто-то поставил на вас. Так что у моего босса теперь есть еще кое-какие заботы. Личного характера. Особенно в отношении Мальчика с сердцем судьбы.
В его руке, до этого скрытой в широком рукаве шинели, молниеносно появился маленький карманный пистолет. Он развернулся и открыл огонь.
– Сдохни, малявка!
Пули с сухим треском ударились о невидимый барьер в нескольких сантиметрах от лиц Лёни и Кати. Их талисманы, почувствовав угрозу, мгновенно активировали защитные заклинания. Свинцовые горошины отскочили, не причинив никакого вреда.
Глаза лысого расширились от изумления. Это было последнее, что он увидел.
– Тупоголовый болван, – выплюнул Лёня.
Короткая очередь из его автомата с глушителем превратила лысую башку в кровавое месиво.
Не теряя ни секунды, Лёня отдал мысленный приказ, который эхом пронесся в сознании каждого «волка»:
– Шторм!
***
И ад разверзся.
Первой взорвалась радиовышка. Альфида, с дьявольским смехом нажавшая на детонатор, устроила настоящий фейерверк. Искареженный металл взлетел в небо, обрывая для боевиков последнюю нить связи с внешним миром.
В ту же секунду с крыш и с холма открылся шквальный огонь. Снайперы работали как хирурги. Каждый выстрел находил свою цель. Боевики, выбегавшие из казарм на шум взрыва, падали, не успев понять, откуда пришла смерть.
Снежинка, подняв руку, соткала из метели и ледяного воздуха стену острых, как бритва, осколков, которая обрушилась на группу наемников, пытавшихся добраться до вертолета. Их крики мгновенно потонули в вое бури.
Лёня и Катя вырвались из здания, ведя огонь с двух рук. Их движения были отточены и смертоносны. Остальные «волки» спрыгнули с крыш, врываясь в бой. Герда и Кай, прикрывая друг друга, работали как слаженный дуэт, их автоматы не умолкали ни на секунду. Яга и Синеглазка неслись по базе, словно две фурии, их клинки и заклинатия сеяли смерть и панику.
Боевики, привыкшие к легкому сафари на беззащитных ученых, столкнулись с чем-то невообразимым. С призраками, которые появились из ниоткуда и убивали с нечеловеческой эффективностью. Сопротивление было сломлено в считанные минуты.
Когда последний выстрел затих, на базе воцарилась тишина, нарушаемая лишь воем ветра. Холодная жатва была завершена.
***
Они обыскивали станцию методично и быстро. Результаты были неутешительны. Все компьютеры были уничтожены, жесткие диски — физически пробиты. Бумажные архивы сожжены в тех самых бочках. Марганцов, или тот, кто им руководил, замел следы так же тщательно, как и Мейлис в Оргастре.
Лёня подошел к вертолету Ми-8. Что-то знакомое, почти забытое, шевельнулось в глубине его памяти. Он забрался в холодную кабину пилотов, а затем прошел в грузовой отсек. Простые откидные сиденья вдоль бортов, потертый пол, запах солярки и старого металла…
И тут он увидел его. В дальнем углу, прикрепленный к переборке, висел небольшой, выцветший флаг. Черное полотнище, а на нем — стилизованная белая волчья голова с оскаленной пастью и какая-то арабская вязь под ней.
Воспоминание ударило как разряд тока. Ему тринадцать. Новосибирский детский дом. Ночь. Люди в масках, крики, страх. Его и еще нескольких ребят, самых крепких, тащат к этому самому вертолету. И этот флаг, развевающийся над базой террористов в глухой тайге, куда их привезли, чтобы сделать пушечным мясом.
Это был он. Тот самый вертолет.
Лёня с силой ударил кулаком по переборке. Прошлое, от которого он так долго бежал, настигло его здесь, на краю света. Марганцов был не просто очередным врагом. Он был призраком из его личного ада.
– Лёня? – Катя тронула его за плечо. – Ты в порядке?
– В полном, – глухо ответил он, отворачиваясь.
Остальные члены отряда закончили обыск. Кроме оружия, боеприпасов и небольшой партии наркотиков в одном из ящиков, ничего ценного они не нашли. Никаких карт, никаких планов, указывающих на то, где именно находится этот мифический «вход».
– Они прибыли с воздуха, это точно, – доложил Гензель. – И, похоже, собирались здесь основательно поработать. Эта взрывчатка… её хватит, чтобы пробить тоннель в скале.
Лёня вышел из вертолета и посмотрел на мрачную громаду горы 2389, окутанную аномальным сиянием.
– Значит, мы знаем, где искать, – сказал он. – Пополняем боезапас из их арсенала. Наркотики — сжечь. Раненых у нас нет. Через час выступаем. Мы найдем этот «вход». И посмотрим, что за тварь там спит.