Зло творимое нами
Анатомия торжества и привкус свадебного геля
– Йошифуса, если ты сейчас же не перестанешь пытаться вырастить себе дополнительные суставы, чтобы застегнуть эти запонки, я применю «Стирание» прямо здесь, – голос Шоты Айзавы прозвучал от двери с привычной долей усталости, хотя в глубине глаз читалось нечто, подозрительно похожее на гордость.
Хираи замер перед зеркалом. Его человеческая форма за последний год стала более статной, исчезла болезненная худоба, а пепельные волосы были аккуратно уложены — насколько это вообще было возможно для человека с его метаболизмом. Он действительно пытался совладать с крошечными кусочками серебра, используя мелкую моторику, усиленную генами паука, но нервы брали своё.
– Это не мутация, Сотриголова, это обычный тремор, вызванный избытком окситоцина и кортизола, – отозвался Йошифуса, наконец-то защелкнув проклятую деталь на манжете. – Биологически я сейчас нахожусь в состоянии «бей или беги», хотя мой мозг понимает, что бежать от Тоги — затея, обреченная на провал. Она найдет меня по запаху в любой точке земного шара.
– Она уже здесь, – Айзава отошел в сторону, пропуская в комнату шумную компанию.
– Химера-кун! Ты выглядишь просто сногсшибательно! – Изуку Мидория, втиснутый в парадный костюм, просиял своей фирменной улыбкой. За его спиной маячили Иида, энергично размахивающий руками, и Бакуго, который выглядел так, будто его заставили жевать лимоны.
– Слышь, чучело свалки, – буркнул Кацуки, проходя мимо и бесцеремонно хлопая жениха по плечу (от чего у того едва не сработал рефлекс маскировки хамелеона). – Если ты во время клятвы превратишься в ту рыжую переростковую шавку и обслюнявишь алтарь, я лично подорву твой свадебный торт.
– Я тоже рад тебя видеть, Кацуки, – Хираи усмехнулся, поправляя воротник. – Твой уровень агрессии сегодня на пять процентов ниже обычного. Неужели костюм жмет?
– Заткнись! – взорвался Бакуго, но тут же замолк под строгим взглядом Ииды.
– Друзья, мы здесь, чтобы поддержать нашего товарища в этот знаменательный день! – провозгласил Тенья. – Йошифуса, твоя трансформация из... скажем так, неоднозначного элемента в опору нашего общества — это пример для всех нас!
Хираи чуть заметно поморщился. Он всё ещё не привык к роли «опоры общества». В его голове он всё ещё оставался тем самым русским студентом-биологом, который просто хотел, чтобы сюжет был поинтереснее. Но, глядя на этих парней, он признавал: этот поворот сценария оказался куда глубже и приятнее всех его первоначальных планов.
– Ладно, теоретики, – Хираи проверил карман пиджака, где лежал специально синтезированный высококалорийный гель с ароматом шампанского. – Пора идти. Мои сенсоры улавливают приближение Всемогущего. А если Символ Мира пришел вовремя, значит, шоу пора начинать.
Сад академии Юэй был преображен до неузнаваемости. Арка из белых цветов, сотни гостей и легкий аромат глициний. Йошифуса стоял у алтаря, стараясь дышать ровно. Его эхолокация работала на минимуме, но он всё равно «видел» каждое движение в толпе. Вот Индевор, старающийся выглядеть менее устрашающе рядом с Рей. Вот Эри в нарядном платьице, крепко сжимающая руку Мирио.
А затем заиграла музыка, и все звуки мира для Хираи просто исчезли.
В конце дорожки появилась Химико.
Она не была похожа на обычную невесту. Её платье было пышным, но коротким, позволяющим легко двигаться, а в волосах вместо фаты красовались маленькие заколки в форме ножей, инкрустированные рубинами — подарок Йошифусы. Но главное — её глаза. В них больше не было безумия, только чистый, концентрированный восторг.
Она шла под руку со Всемогущим, который, несмотря на свою худобу, шел с прямой спиной, гордо подняв голову.
Когда они дошли до алтаря, Тошинори Яги аккуратно передал руку Химико Йошифусе.
– Береги её, юноша, – прошептал он. – Вы оба прошли долгий путь.
– Я рассчитал все риски, Тошинори, – так же тихо ответил Хираи. – Вероятность того, что я её подведу, стремится к абсолютному нулю.
Химико хихикнула и прижалась к его руке.
– Ты пахнешь как... как самый лучший день в моей жизни, Йошифуса-кун.
Церемония прошла как в тумане. Клятвы, кольца, аплодисменты. Но самое интересное началось на банкете.
– Итак! – объявил Денки Каминари, вскакивая на стул с бокалом сока. – Первый тост от «Баку-сквада»! Химера, мы все знаем, что ты можешь превращаться в монстра, но сегодня ты доказал, что самый страшный твой навык — это способность заставить Тогу носить платье дольше десяти минут!
Хохот взорвал зал. Тога в ответ лишь показала язык, продолжая уплетать огромный стейк с кровью, который Хираи лично заказал для неё в качестве основного блюда.
– А теперь, – Мина Ашидо вытолкнула вперед смущающегося Мидорию, – подарок от класса 1-А!
Изуку вышел в центр зала, держа в руках небольшую коробку.
– Йошифуса, Химико... мы долго думали. У вас есть всё: лаборатории, признание, сила. Но мы решили подарить вам кое-что для вашего нового дома.
В коробке оказался высокотехнологичный инкубатор для редких растений и... пара щенков гривистого волка, выведенных в одном из заповедников.
– Чтобы тебе не было скучно, когда ты не в форме Зверя, – добавил Киришима, широко улыбаясь. – Они такие же длинноногие, как ты!
Хираи почувствовал, как в горле встал ком. Его биологический анализатор подсказывал, что это слезы, и он быстро подавил этот процесс, чтобы не портить имидж холодного ученого.
– Спасибо, – коротко сказал он, но в его янтарных глазах блеснуло нечто очень теплое.
Ближе к вечеру, когда официальная часть сменилась танцами, началось настоящее веселье. Бакуго и Тодороки устроили импровизированный фейерверк, соревнуясь, чьи вспышки ярче. Шото создавал ледяные скульптуры, которые Кацуки тут же подсвечивал взрывами.
– Эй, Химера! – крикнул Индевор, который, кажется, немного перебрал с праздничным настроением и теперь горел чуть ярче обычного. – Я слышал, твоя кожа может выдержать пять тысяч градусов! Проверим в спарринге?!
– Отец, не сейчас! – попытался вмешаться Шото, но Хираи лишь усмехнулся.
– Только если вы согласны потом оплатить мой новый костюм, Старатель. Ткань из паутины дорогая в производстве.
В какой-то момент Тога утащила Йошифусу с танцпола в тень старых деревьев на окраине сада. Там, в тишине, нарушаемой лишь далекой музыкой, они наконец остались одни.
– Тебе не скучно, Йошифуса-кун? – спросила она, прислонившись спиной к его груди. – Без злодейских планов, без погонь? Просто... свадьба, друзья, Юэй?
Хираи обнял её, чувствуя ритм её сердца. Его эхолокация рисовала мир вокруг: счастливых людей, спящих щенков в коробке, светлячков в траве.
– Знаешь, Химико, – он вдохнул запах её волос. – Раньше я думал, что сюжет — это когда вокруг всё рушится, и я стою в центре хаоса. Но сегодня я понял: самый сложный и захватывающий сюжет — это когда ты строишь что-то, что невозможно разрушить.
Он повернул её к себе. В лунном свете её лицо казалось волшебным.
– Быть героем — это не работа. Это самый масштабный эксперимент в моей жизни. И я не променяю его ни на одну злодейскую лигу в мире.
– Даже если я захочу снова поиграть в догонялки с Деку-куном? – она хитро прищурилась.
– Только если ты пообещаешь вернуться домой к ужину, – улыбнулся он. – Я синтезировал новый гель со вкусом твоих любимых яблок.
– Тогда я согласна, – Химико потянулась к его губам.
В этот момент за их спинами раздался грохот. Это Минета, пытавшийся стащить кусок торта, не рассчитал траекторию и обрушил на себя пирамиду из бокалов.
– МОИ БИОЛОГИЧЕСКИЕ ЧАСЫ ПОДСКАЗЫВАЮТ, ЧТО ПОРА ВМЕШАТЬСЯ! – проревел Иида, уже несясь к месту происшествия на турбо-двигателях.
Хираи рассмеялся. Громко, искренне, без всякого научного подтекста. Он подхватил Химико на руки и, не удержавшись, на мгновение активировал частичную трансформацию — его ноги стали длиннее, а прыжок позволил им мгновенно оказаться в центре событий, приземлившись прямо перед ошарашенными друзьями.
– Шоу должно продолжаться! – провозгласил он, ставя смеющуюся жену на землю.
Этот вечер был полон смеха, нелепых ситуаций и искренней теплоты. Йошифуса Хираи, попаданец, биолог и бывший злодей, наконец-то признал: его жизнь в этом мире — это не сериал, за которым он наблюдает со стороны. Это его собственная история. И лучшего финала для этой главы он не мог бы и пожелать.
А впереди была целая жизнь. Жизнь, в которой Химера и его безумная, прекрасная жена собирались доказать всему миру, что эволюция — это, прежде всего, способность любить.
– Горько! – заорал Каминари, искрясь от восторга.
И под громкие аплодисменты героев, злодеев в отставке и учителей, Йошифуса Хираи снова поцеловал свою Химико, чувствуя, как в его венах течет самая мощная сыворотка в мире — абсолютное, биологически подтвержденное счастье.