← Назад к обзору

Ник и ллойд страсть

Свитки, хмель и божественная неразбериха

Пространство зала между мирами, казалось, решило окончательно сменить гнев на милость. Тяжелая, гнетущая атмосфера первых минут пребывания здесь сменилась чем-то легким, почти праздничным. Густой туман у стен теперь переливался всеми цветами радуги, а экран, вместо пугающей надписи о загрузке, выдал серию веселых искорок и бодрую мелодию, напоминающую музыку из старых восточных комедий.

– Опять? – Кай поудобнее устроился на диване, закинув ногу на ногу. – После карт на раздевание и пьяных танцев я уже готов ко всему. Даже если сейчас Первый Мастер Кружитцу начнет танцевать чечетку.

– Зейн, ты можешь проанализировать, что нас ждет? – Ния с интересом всматривалась в экран.

– Энергетический фон сменился с «драматического» на «хаотично-бытовой», – отозвался ниндроид, чьи глаза-сенсоры мерцали голубым. – Вероятность того, что мы увидим нечто серьезное, составляет менее пяти процентов. Мой вердикт: нас ждет продолжение домашнего хаоса в обители Творца.

Экран вспыхнул, и перед зрителями предстала огромная библиотека монастыря. Высокие стеллажи, уходящие в бесконечность, были забиты свитками, книгами и артефактами. Однако вместо тишины и благоговения здесь царил форменный погром.

В центре зала, на огромном ковре, сидел Ллойд. Его внешний вид заставил Мисако в зале прижать руки к щекам. Зеленый ниндзя был обмотан несколькими длинными свитками, словно мумия, его волосы торчали в разные стороны, а на носу красовалось чернильное пятно. Рядом с ним, заваленный грудой пергамента, сидел Ник. Страж выглядел не лучше: один его рог был украшен бумажным фонариком, а в руках он держал огромную кисть, которой пытался что-то поправить в развернутом документе.

– Ллойд, я официально заявляю: твой дедушка — маньяк архивации, – Ник отбросил кисть в сторону и устало откинулся на груду свитков. – Как можно было свалить в одну кучу «Трактат о сотворении миров» и «Рецепт идеального омлета от тетушки Марии»?

– Он сказал, что это «система ассоциативного хаоса», – Ллойд чихнул, подняв облако вековой пыли. – Ник, если мы не разберем эти свитки до вечера, он обещал запереть нас в комнате для медитаций без эликсира. На целую неделю!

– Это жестоко даже для бога, – простонал Ник, потягиваясь. – Дай сюда этот свиток. Что там? «Техника призыва золотых облаков для полива огорода»? Серьезно?

– Нет, это... – Ллойд присмотрелся к иероглифам, его глаза заблестели от смеха. – Это список жалоб Первого Мастера на своего брата. Слушай: «День 456-й. Первый Мастер Бездны снова украл мои тапочки и наполнил их жидким светом. Мои пятки сияли три дня. Неприемлемо».

В зале раздался дружный хохот. Даже Гармадон не выдержал и прикрыл рот рукой, содрогаясь от беззвучного смеха.

– Отец... он всегда был таким мелочным в своих дневниках? – прошептал Ву, вытирая слезы.

– Похоже на то, брат, – ответил Гармадон. – Кажется, мы многого не знали о буднях творцов.

На экране в библиотеку вошел Первый Мастер Кружитцу. На нем был надет рабочий фартук, а в руках он нес поднос с тремя чашками и знакомым пузатым кувшином.

– Так, бездельники, как продвигается работа? – старик поставил поднос на единственный свободный край стола. – Я вижу, вы уже освоили технику «запутывания в знаниях». Ллойд, почему ты выглядишь как экспонат исторического музея?

– Дедушка, эти свитки живут своей жизнью! – воскликнул Ллойд, пытаясь распутаться. – Один из них укусил Ника за палец, когда тот пытался его свернуть!

– Это был «Свиток Голодных Истин», – невозмутимо заметил старик, разливая подозрительно пахнущую жидкость по чашкам. – Он не любит, когда его сворачивают до обеда. Пейте, это поможет вам сосредоточиться. Или хотя бы перестать видеть в свитках врагов.

Ник подозрительно принюхался к чашке.

– Мастер, это снова тот эликсир? Мы же договорились, что после «инцидента с колонной» мы переходим на чай.

– Это чай! – возмутился Первый Мастер, хотя его глаза хитро блеснули. – Просто... с добавлением пары капель ферментированного сока Древа Жизни. Для тонуса.

– Опять они пьют! – Джей в зале всплеснул руками. – Зейн, посчитай, сколько литров этого «чая» они употребили за всё время видео?

– Мои расчеты показывают, что печень Ллойда должна была стать золотой в буквальном смысле, – отозвался ниндроид.

На экране Ллойд сделал большой глоток и тут же зажмурился.

– О-о-о, кажется, тонус пришел, – пробормотал он, и его глаза внезапно вспыхнули зеленым огнем. – Ник, смотри! Я вижу структуру этого текста! Он... он движется!

Ллойд схватил один из свитков и начал быстро перебирать его пальцами.

– Это не просто свиток, это карта! Карта того, где дедушка спрятал свои заначки от бабушки!

Первый Мастер Кружитцу внезапно побледнел и попытался выхватить пергамент.

– Отдай! Это... это чертежи Небесного Замка! Очень секретные!

– «Секретный склад печенья за третьим облаком слева»? – прочитал Ник, перехватывая руку старика. – Мастер, вы — гений конспирации.

– Отстаньте от пожилого человека! – Первый Мастер попытался придать себе величественный вид, но в одном носке (второй он, видимо, так и не нашел после игры в карты) это выглядело неубедительно. – Лучше помогите мне сложить Свитки Стихий. Они разлетелись по всей комнате.

– Стихий? – Ллойд икнул, и из его рта вылетела маленькая золотая искорка. – А что будет, если их сложить неправильно?

– Ну... – Первый Мастер задумчиво почесал бороду. – В прошлый раз, когда я это сделал, в Ниндзяго пошел дождь из жареных кальмаров. Было вкусно, но жители почему-то паниковали.

– Ладно, за работу! – Ник вскочил на ноги, его похмелье, кажется, окончательно сменилось азартом. – Ллойд, ты ловишь те, что светятся синим, я — те, что красным. Мастер, вы... просто стойте и не мешайте нам своим «тонусом».

Началось сущее безумие. Свитки, почувствовав свободу и магию эликсира, начали летать по библиотеке, словно обезумевшие птицы. Ллойд носился по стеллажам, используя свои золотые крылья, чтобы перехватывать их в воздухе. Ник, используя свою силу Они, создавал маленькие черные дыры, которые всасывали пергаменты в корзины.

– Лови его! Лови! – кричал Ллойд, пикируя на свиток, который пытался спрятаться в люстре. – Он кусается! Ник, он реально кусается!

– Используй энергию Они, Ллойд! – советовал Ник, уворачиваясь от летящего в него тома «Истории Драконов». – Покажи ему, кто здесь главный монстр!

Первый Мастер Кружитцу стоял в центре комнаты, размахивая руками, как дирижер.

– Синий к синему! Красный к красному! Не вздумайте смешивать Огонь и Лед, иначе у нас тут будет хаммам вместо библиотеки!

В зале для зрителей стоял невообразимый шум. Ниндзя болели за Ллойда, злодеи — за свитки.

– Давай, Ллойд! Врежь этому пергаменту! – орал Кай, подпрыгивая на диване.

– Смотрите на Ника! – воскликнула Сора. – Он использует хвост, чтобы держать три свитка одновременно! Вот это техника!

На экране Ллойд наконец поймал последний, самый строптивый свиток — Свиток Ветра. Тот отчаянно сопротивлялся, создавая в комнате настоящий мини-торнадо.

– Попался! – Ллойд прижал его к груди, смеясь и тяжело дыша. Его лицо сияло от восторга. – Ник, мы сделали это!

Они приземлились в центре комнаты. Библиотека была разгромлена окончательно: полки пусты, повсюду перья и обрывки бумаги, но все Свитки Стихий были аккуратно (ну, почти) сложены в три большие кучи.

– Фух, – Ник вытер пот со лба, обнимая Ллойда за плечи. – Это было сложнее, чем битва с армией каменных воинов.

– Молодцы, – Первый Мастер Кружитцу подошел к ним, оглядывая хаос. – А теперь самое интересное. Чтобы закрепить магию свитков, их нужно... склеить.

– Склеить? – переспросил Ллойд. – Чем?

Старик хитро улыбнулся и достал из кармана маленькую баночку с чем-то липким и розовым.

– Это «Слюна Древнего Улитки-Мудреца». Самый прочный клей во всех мирах. Но есть нюанс: он реагирует на эмоции. Если вы будете злиться, он не приклеит. Если будете любить — схватится намертво.

Ллойд и Ник переглянулись.

– Любить, значит? – Ник притянул Ллойда к себе, его взгляд стал томным и обещающим. – Ллойд, ты же знаешь, как сильно я... люблю порядок в библиотеке?

– Ой, замолчи, – Ллойд покраснел, но не отстранился. – Давай просто мазать.

Они начали наносить клей на края свитков. Это превратилось в еще одну комичную сцену: клей лип ко всему — к рукам, к волосам, к рогам Ника. В какой-то момент Ллойд и Ник оказались буквально склеены ладонями.

– Ник! Отпусти! – смеялся Ллойд, пытаясь высвободить руку.

– Не могу! Клей чувствует мою любовь к тебе! – патетично воскликнул Ник, прижимаясь лицом к плечу Ллойда. – Мы теперь одно целое, мой маленький дракон! Навсегда! Или пока клей не высохнет.

Первый Мастер Кружитцу сел на пол рядом с ними, наблюдая за этой картиной.

– Знаете, – тихо сказал он, и в его голосе прозвучала нотка настоящей теплоты. – Я специально разбросал эти свитки.

Ллойд и Ник замерли, глядя на него.

– Что? – хором переспросили они.

– Я хотел увидеть, сможете ли вы работать вместе не только в бою или... в баре, – старик усмехнулся. – Баланс — это не только удержание силы. Баланс — это когда ты можешь смеяться, даже когда всё вокруг разваливается. И когда ты можешь доверить свою руку кому-то, зная, что он её не отпустит. Даже если она в слюне улитки.

Ллойд посмотрел на свою руку, намертво приклеенную к руке Ника, а затем на своего стража. Его взгляд стал мягким и полным нежности.

– Спасибо, дедушка, – прошептал он.

– А теперь, – Первый Мастер Кружитцу поднялся, отряхивая халат. – Раз уж вы так хорошо склеились, идите и почините ту колонну на террасе. И не забудьте надеть венок на рога Ника, он ему очень шел.

– Мастер! – возмутился Ник, но Ллойд уже тянул его за собой к выходу, весело смеясь.

Экран начал медленно гаснуть под звуки их шутливой перепалки и ворчание старика о том, что «молодежь нынче совсем не умеет пользоваться улиточной слюной».

В зале для зрителей зажегся свет. Все сидели притихшие, с улыбками на лицах.

– Знаете, – подал голос Кай. – Я бы тоже не отказался от такого «обучения». Ну, кроме части с улитками.

– Это было... душевно, – признала Харуми, и в её голосе впервые не было яда. – Ллойд нашел то, что мы все искали. Дом. Даже если этот дом находится в библиотеке между мирами.

– Он вернется, – твердо сказал Гармадон, вставая с дивана. – И когда он вернется, я лично пожму руку этому Нику. А потом, конечно, попытаюсь его побить. Но сначала пожму.

– И мы будем ждать его, – добавил Мастер Ву, опираясь на посох. – Нашего Зеленого ниндзя. Нашего мастера Баланса.

Экран окончательно погас, оставив лишь легкое мерцание золотых искр в воздухе. Зрители начали медленно расходиться, унося с собой тепло этого странного, смешного и бесконечно важного урока. Урока о том, что любовь — это самый лучший клей для разбитого мира.

– Слушай, Зейн, – донесся голос Джея уже в дверях. – А у нас в монастыре есть улитки? Мне просто для эксперимента...

– Джей, даже не думай об этом! – хором ответили ниндзя.

Зал погрузился в тишину, но где-то в глубине тумана всё еще слышался тихий, счастливый смех Ллойда и рокочущий голос Ника, обещающий, что они обязательно справятся с любым хаосом. Главное — делать это вместе. И, желательно, с хорошим запасом эликсира.